парень. — Только быстро, и выметайся. И вообще, приведи уже себя в порядок, денег возьми на лекарей. У меня после произошедшего на тебя рефлекс выработался, вообще тебя видеть не могу!
— Простите, господин, — склонилась женщина. — Я обдумаю вашу просьбу. А касательно новостей… мой источник сообщил мне, что наша проблема не единичная. Личность, о которой я не имею права говорить, и от слуги которой поступала большая часть информации, утверждает, что её хозяйка тоже пыталась использовать силы Мангустова.
— Ого! — заинтересовался Богомолов. — И каков результат?
— Хреновый, — грустно усмехнулась женщина. — Очень хреновый. Примерно, как наш, только задействована была, скорее всего, другая способность Мангустова. К сожалению, купленные нами люди так и не смогли выяснить деталей, та дама не разглашает произошедшего с ней. Но!
Бегемот в женском обличье с важным видом подняла указательный палец, привлекая внимание.
— Но! — повторила она. — Это даёт нам возможность думать, что у князя Мангустова более одной способности. Так же источник сообщает, что научники той самой дамы пришли к выводу, что способностей, скорее всего, аж три!
— И зачем нам данная информация? — скривился парень, снова испытав дежавю с приближающейся волосатой бородавкой. — Мы облажались и не можем пользоваться возможностями! Это хорошо, мы от него отречься успели и догадались, а если нет? Пара трупиков в гостиной? Или без вести пропавшие, скорее, судя по дару, который нас едва не уничтожил!
— Не соглашусь, господин, — склонила она свою ряху, исподлобья наблюдая за реакцией. — Врага надо знать в лицо! А мы теперича знаем намного больше, чем раньше. Как по мне, это важно! И вообще, я бы порекомендовала вам случайно встретиться с княгиней, которая тоже попалась в ловушку силы Мангустова. Соблазнить её у вас не вызовет никаких затруднений, особенно учитывая её красоту. И вызнать о второй способности. А, узнав, можно будет выработать способы противодействия, ведущих к победе над ним.
* * *
Странно, но макры, на которые были наложены проклятия, воспринимались совершенно иначе. Если бы меня кто спросил, в чём разница, я не ответил бы. Но они были иными. От первого тянуло просто силой, от второго просто веяло каким-то потусторонним злом, третий заставлял глупо хохотать, и приходилось прикладывать силы, чтобы не поддаться влиянию.
Моя работа действительно оказалась простой. Взять проклятый магом макр и перенести в большой, центральный макр содержимое маленького. К сожалению, маленький при этом разрушался, но что такое стоимость этой мелочи по сравнению с шансом вернуть свою изнанку? Полноценно. А ведь там ещё есть уровень, куда я так и не рискнул сунуться до сих пор.
Ахмад перехватывал управление заклинанием в макре в последний момент и как-то крепил всё это в единую схему, постоянно ворча о примитивизме происходящего. Чуть ли не матерился, если честно. Ему эта работа была в тягость.
Но, когда я начал переносить восьмой макр он вдруг закричал:
— Убирай, срочно! Отзывай, Андрей, ты точно сможешь! Не переноси эти данные, они несовместимы. Мы сейчас угробим всю работу!
Я моментально отодвинул свежесозданный конструкт от конечного результата, постоянно тратя силы на его подпитку. К моему удивлению, энергия из них утекала довольно быстро. Граф Майский тоже выразил недоумение на этот счёт, ранее он с таковым эффектом не сталкивался. Но, по его словам, схема должна была быть работоспособной.
— Что не так? — возбуждённо спросил гость. — С моей стороны косяков нет. Всё ровно по схеме, и оно должно работать. Схема чрезвычайно интересная, хотя и примитивная. Но, думаю, лучше идти по ней, чем испортить в моменте, упустив из вида какую-то важную деталь.
В кабинете мы находились втроём, остальные давно покинули нас. Запасы макров были значительными, более того, один раз я достоверно увидел, как Майский достал макр низкого порядка из ниоткуда для подпитки. Возможно, это был не единичный случай, но, кроме этого, я подобного не замечал.
Похоже, пространственный карман Либи был не уникален. И, в отличие от любимого пушистика, имел размер, пригодный для настоящего использования.
— Да, мне тоже интересно, — уточнил я, чувствуя, как медленно, но верно утекает моя энергия в проклятый макр. — И да, долго я это не удержу, максимум минут пятнадцать.
— Парни, доверьтесь моему опыту, — ответил артефактор. — Мне кажется, что создатель манускрипта, по которому мы работаем, вставил защиту от копирования. Если я добавлю данный макр с заклинанием, всё пойдёт вразнос. Система и так весьма неустойчивая, мне постоянно приходится сдерживать артефакт, что мы создаём. Но, я точно знаю, если я добавлю данное заклинание, устойчивость упадёт окончательно и оно рванёт. Андрей, прости, но от особняка мало что останется. А от нас точно будут только воспоминания. В памяти тех, кому удастся выжить. Извини, но это ловушка.
— Отлично, — огорчённо отозвался я. — Но ведь все хором говорили, что схема рабочая! И что теперь, прощай моя изнанка окончательно?
— Я до сих пор уверен, что это должно сработать! — вдруг слегка повышенным тоном сказал мой гость. — Вот только я бы сделал схему немного иначе. Вы готовы довериться моему опыту? Основную идею я оставлю прежней.
— Друзья, я уже почти не могу удерживать конструкт, — напряжённым голосом сказал Ахмад. — Можно, я его разрушу? Он неустойчив. И да, господин, я уверен в вашей компетентности, и видел вашу силу и опыт. Я готов на новый эксперимент.
— Нужно! — резко ответил Майский, и я кивком головы подтвердил мнение.
Макр аж пятого уровня, в который мы вкладывали все заклинания вдруг пошёл дымком и испарился. Дорогой эксперимент получился. Да и плевать. Всего один лось с пятого уровня изнанки принесёт такой же. Или медведь. Да хватает там огромного зверья!
Тот макр, который я держал своей силой, без подпитки повторил судьбу своего крутого собрата, тоже исчезнув. А Майский, схватив рукописи, плюхнулся в кресло, с наслаждением вытянув ноги. Ахмад повторил его, а я подошёл к бару. Налив каждому на палец хорошего коньяка, я раздал его ребятам. Напиваться не следовало, но такое количество не повредит.
Спустя полчаса коллективного изучения бумаг, парни синхронно посмотрели на меня. До этого они то спорили, как ненормальные, то зависали, обдумывая предложение оппонента. Я не вмешивался. Наконец, Ахмад встал, подошёл ко мне и в успокаивающем жесте положил мне руку на плечо.
— Андрей, — тихо сказал он. — Решение найдено. Вот только мы оба боимся, что
