научиться восстанавливать воспоминания… Люк внутренне надеялся на то, что память Солусара не пропала, а всего лишь заблокированы. Нужно только найти к ним путь…
И в этом сражении Люку приходилось преодолевать невзгоды самостоятельно: Кам не испытывал ровным счетом никакого желания возвращать свои воспоминания, зацикленной мантрой повторяя о своей верности Императору. Словно, его все это устраивало.
Или же, как подозревал юный Скайуокер, Кам просто не хотел усложнять свою жизнь. Или же Люк просто надеялся на то, что все обстоит именно так. Кам… Он более сложная, как это не парадоксально, личность, по сравнению с тем же Императором.
Он верен последнему, но в то же время не представляет себя абсолютное зло, каким хочет казаться.
После обучения на Темного джедая, император Палпатин выбрал Солусара личным воином Бисса, входящего в состав Элиты Темной Стороны. По рассказам Солусара боевым приемам владения световым мечом его обучал еще один член этой организации. Люку было интересно встретиться с ним, чтобы узнать о фехтовании побольше.
Но Кам заявил, что это невозможно, так как все «элиты», кроме него, убиты при странном стечении обстоятельств. Все они охотились за Люком, проверяли различные слухи о местах его нахождения. И там же нашли свою смерть. Причем большинство — от светового меча.
Солусар и почти все прислужники Императора считали, что именно Люк или Лейя расправились с темными служителями. Однако Скайуокер и Органа-Соло не имели к произошедшему никакого отношения.
В тот момент Люк крепко задумался. Кто во всей галактике способен уничтожить группу элитных воинов Темной Стороны, не оставляя за собой следов? На память приходила не красящая его встреча с двумя женщинами — рыжеволосой фурией и безжалостной тогрутой — на Оссусу.
Мастерство обеих впечатляло — при каждой мысли о том поединке у Люка начинали болеть кости.
Большое количество свободного времени позволило ему проанализировать то, что он слышал от Солусара о служителях Императора. Если юный джедай прав, то именно эти двое стоят за убийством «элитов». В таком случае, вспоминая слова убитого им гранд-адмирала, становилось понятно, что тот не лгал, указывая на опасность, представляемую Императором галактике.
Похоже, что Доминион может вести тайную войну против Империи, сохраняя внешнее спокойствие.
Солусар охотно делился новостями во время совместных тренировок. После последней попытки побега Люку запрещали покидать каюту без разрешения, так что к каждому предложению оказаться за ее пределами он относился с исключительной важностью.
Солусар рассказал ему о многом, что происходило за время его плена. Во что-то Люк мог с легкостью поверить, вроде потерявшего голову Исполнителя Седрисса, решившего было самостоятельно атаковать Доминион. Во что-то, вроде сотрудничества Исанне Айсард с ботанской разведкой, нет.
Распахнувшаяся дверь заставила его прервать размышления.
На пороге стоял отряд штурмовиков. Захоти он, ни один из них не смог бы его остановить. Солусар был настолько уверен в своей силе и превосходстве, что не считал нужным даже отбирать у него световой меч.
А Люк, понимая, что находится под постоянным контролем, не спешил его использовать. Он знал, что есть точка не возврата, пересеки он которую, больше не сможет даже надеяться на удачное завершение своей миссии по возвращению Солусара к свету.
— Что происходит? — поинтересовался Люк, подметив, что за иллюминатором полосы гиперпространства превратились в точки далеких звезд. И рисунок их был очень смутно знаком.
— Вас вызывают на мостик, — сообщил командир отряда.
— Вы не ответили на мой вопрос, — напомнил юный джедай. До сих пор ареал его обитания на этом корабле ограничивался исключительно несколькими палубами в офицерской части. Здесь было все необходимое для комфортного, можно даже сказать, роскошного проживания. Люку и прежде приходилось бывать на борту имперских кораблей. Но нигде прежде он не наблюдал кафетериев, тренировочных залов, зон отдыха среди офицерских кают. Вероятно, что этот звездолет, чем бы он ни был, Солусар переделал под себя.
Все верно — Люк понятия не имел о том на каком корабле он находится. Даже вид из иллюминатора не шибко помогал ему в этом. Слишком уж неудобно он был расположен — на потолке. Как будто кому-то нравилось смотреть на космос таким образом.
Вид с этой точки не позволял ему рассмотреть обводы звездолета, чтобы определить его принадлежность.
— Вас вызывают на мостик, — эхом повторил штурмовик. Пришлось подчиниться и проследовать за сержантом и его людьми.
По опыту Люк знал, что больше нет никакого смысла пытаться добиться от них хотя бы слова по существу. По всей галактике элита Штурмового Корпуса уже давным-давно мертва. Но не при Императоре.
Проторчав в заключении на Биссе столько времени, Люк с горечью осознал, что все те многомиллионные жертвы, которые принес Альянс и Новая Республика для победы над врагом, фактически являлись лишь прелюдией. До сих пор он и большая часть руководства Новой Республики считали, будто львиная часть флота и Штурмового Корпуса Империи уничтожены во время имперских междоусобиц или при диверсиях на крупных кораблях, вроде звездных суперразрушителей, двойников печально известного «Палача» и «Лусанкии».
Но реальность оказалась зла — Палпатин в очередной раз хитро обставил своих недругов, эвакуировав лучшие части Вооруженных Сил Империи на Бисс или другие миры Глубокого Ядра. И, как подозревал Люк, совсем скоро галактике вновь придется с ними столкнуться.
Путешествие по коридорам неведомого звездолета навело его на мысли, что корабль, которым управлял Солусар, не является имперским звездным разрушителем. По опыту он мог сказать, что коридоры здесь излишне широки, выше стандартных. И во много крат более протяженные.
Не говоря уже о сотнях боевых дроидов, которые наводняли коридоры. В прошлые попытки побега их не наблюдалось. Да и когда они с Солусаром отправлялись на тренировки, коридоры были пусты.
Либо боевые машины, опасные даже для джедаев, появились на корабле во время одной из остановок, либо же они были тут все время. И «элит» скрывал от него реальные свои возможности.
В душе закрались нехорошие предчувствия.
Они подтвердились как раз в тот момент, когда перед его лицом распахнулись огромные бронедвери. За ними располагался поистине огромный мостик, который мог бы посоперничать размерами с таковым на «Лусанкии».
А сквозь центральный иллюминатор можно было разглядеть километры и километры металла, устремленного к носовой части звездолета. Черного металла… На мостике по самым скромным подсчетам находилось до роты штурмовиков и офицеров. И все как один делали вид, будто его здесь не существует.
Солусар ждал его на центральном помосте. Непоколебимый как скала, он был таким только внешне. Внутри же у него бушевала буря эмоций — от сожаления и
