логична, если б речь шла об инфекции, терроризирующей человечество тысячи лет, вроде оспы или кори, но COVID-19 — инфекция новая, а значит, стойкого иммунитета к ней, как к гриппу, пока не будет. И в условиях эпидемии лучше из соображений безопасности напоминать иммунной системе, что инфекция пока никуда не исчезла, а сделать это можно безопасно только вакциной. Думаю, через год-два регулярность вакцинации от COVID-19 сойдет до года или даже больше. Посмотрим. Все зависит от того, как этот вирус будет меняться и наш иммунитет за этим будет поспевать.
«Вакцину от COVID-19 сделали слишком быстро».
Сделали так быстро, как смогли, спешили, чтобы вас и нас спасти. К счастью, технологии уже были отработаны[149], и само создание векторной вакцины не заняло много времени: больше пришлось затратить на необходимые проверки и испытания. Припомните, что Дженнер и Пастер особенно не заморачивались насчет юридических норм, когда испытывали на детях свои вакцины от оспы и бешенства, потому что верили в успех, а на кону стояла жизнь. Сейчас «Спутник-V», «Модерну», «АстраЗенеку» и прочие выпустили в широкую практику после всех необходимых проверок. А вопрос доверия или недоверия — это субъективное мнение, каждый вправе его иметь, тут, как говорится, время покажет. Это самый точный и строгий эксперт.
«Это не вакцина, а генная терапия! Вакцина меня генетически модифицирует!»
Я понимаю, откуда «ноги растут» у этой идеи. Векторные вирусы действительно используются для коррекции генома у людей с генетическими болезнями, вроде спинальной мышечной атрофии. Препарат, разработанный для ее лечения, представляет собой вирус, который доставляет в нейроны спинного мозга недостающий ген, благодаря чему восстанавливается синтез недостающего белка. Эта методика спасает жизни детей с редким орфанным заболеванием — спинальной мышечной атрофией (СМА), встречающимся примерно у 1: 1 000 000 новорожденных. Стоит это лекарство (вводится один раз) в РФ порядка 150 млн рублей. Такова цена жизни и здоровья человека. Один укол — и человек живет дальше здоровым. Возможно, будет создано и лекарство от гемофилии, а может быть, от болезни Дауна или других генетических нарушений. Что в этом плохого? Я же не возмущаюсь, что редактор и корректор исправят ошибки и опечатки в моей книге! Что же страшного, если благодаря векторным лекарствам можно исправлять «опечатки» природы?[150] Векторная вакцина не имеет никаких корректоров генома, кроме единственного гена S-белка — маркера вируса SARS-COV-2, ничем больше не модифицирует организм. Мало того, векторный вирус довольно быстро погибает, кстати, вместе с зараженными им клетками в месте инъекции, но иммунитет за три недели успевает обучиться борьбе с инфекцией.
«Вакцины могут содержать микрочипы, позволяющие правительствам или другим организациям отслеживать местонахождение привитого лица».
Еще не существует таких чипов: их создание пока технически невозможно. Подобные выдумки — вера в фантастику. Может быть, когда-нибудь, лет через двадцать, и удастся создать что-то подобное, но сейчас таких мелких устройств не существует. То, что в разработке, слишком дорогое для массовой чипизации, быстро разрушается в организме и выводится. Самый маленький чип, вроде тех, что используются для маркировки домашних животных, не меньше зерна длиннозерного риса: 1 мм в диаметре и 5–7 — в длину. Никаким шприцем незаметно его не ввести. А местонахождение людей сейчас отслеживают и без чипов — этому служат наши телефоны, банковские карты и социальные транспортные карты, а также уличные видеокамеры. Если вы не злоумышленник и не злодей, то чего вам бояться?
«Прививка приводит к бесплодию. Или молодая женщина, которая сделает прививку, потом не сможет родить здорового малыша».
Прививка, вакцина, а речь идет именно о векторной вакцине, не попадает в органы воспроизводства, а погибает намного раньше, еще в тканях предплечья. Но сам по себе миф возник не на пустом месте. Дело в том, что обычные правила вакцинации «в холодный период», когда не было эпидемии, гласили, что беременные имеют отвод от вакцинации вообще, от любой. Объяснялось это тем, что при беременности иммунитет специально снижается для вынашивания ребенка, а вакцина иммунитет возбуждает, что может хоть и маловероятно, но спровоцировать преждевременное прерывание беременности. На самом деле ничего подобного не наблюдалось. Этот вывод был сделан исходя из чисто теоретических рассуждений, к которым можно отнести также рекомендации по запрету приема некоторых препаратов, не потому что они реально могут нанести вред плоду, а потому только, что никаких исследований на эту тему не проводилось. Вакцину («Спутник-V») проверяли на беременных животных, а потом и на добровольцах, на случайно вакцинированных беременных (которые пришли на вакцинацию, не зная о своем положении), подтвердилось, что вреда плоду вакцина не наносит[151].
«У вакцины могут быть неизвестные эффекты в будущем».
Жизнь вообще полна сюрпризов, не только от вакцины. Но имеющиеся сейчас препараты максимально избавлены от «побочек», характерных для вакцин XIX и XX веков, которые готовили из убитых и ослабленных микробов и вирусов. Медики знали о возможных рисках, предупреждали о них, и все равно вакцинация всегда была оправданной, потому что риски эти минимальны по сравнению со спасением населения городов и стран. Векторные рекомбинантные вакцины, за которыми будущее, избавлены от массы побочных эффектов, характерных для традиционных вакцин, но никто и никогда не даст 100 %-ную гарантию безопасности любому препарату. Никаких отдаленных побочных эффектов векторные вакцины не имеют. Не способны они на это.
«Некоторые прививки пустые».
Это отголосок клинических испытаний вакцины, когда людей предупреждали, что половина всех «вакцин» — пустышки, чтобы подтвердить: да, на введение настоящей вакцины антитела появляются, а на введение пустышки — нет. Это необходимый элемент испытаний и проверок. Потом, после завершения испытания, всех, кто получал «пустышку», приглашают на настоящую вакцинацию. Это обязательное правило. Но люди привыкли, как говаривала моя прабабушка: «Слушать брюхом, а не ухом».
«Я не заболею, у меня иммунитет хороший».
Если иммунитет хороший и до сих пор с коронавирусной инфекций не встречался, весьма вероятно, что вы умрете от тяжелого острого респираторного синдрома — ковидной пневмонии на фоне «цитокинового шторма». Убивает не ослабленный, а именно хороший иммунитет, которому просто не хватит времени, чтобы успеть и напечатать антитела к вирусу, если вы заразитесь. Ему проще вас убить, чем стараться спасти, раз уж вы сами не хотите пойти и привиться, чтобы заранее «проинформировать» иммунитет о новой инфекции. Для него такая информация из вакцины крайне важна, ведь чтобы спасти вас, он должен вооружиться знанием о строении нового вируса.
«Лучше переболеть и приобрести иммунитет, чем делать прививки. Естественное формирование иммунитета более безопасно, чем его приобретение путем вакцинации».
Как раз наоборот. Пусть вакцина дает не настолько мощную защиту, как
