Читаем без скачивания Корона из желудей - Кэтрин Фишер

— А как же ты?

— Забудь обо мне. У меня есть одежда, немного денег. Как-нибудь продержусь. — Она невесело рассмеялась. — Найдется другой город. Не такой красивый, как тот, что хочет построить Форрест, но для такой, как я, сойдет и похуже. Прощай, Зак Павлин.

Я не улыбнулся, просто кивнул, хотел сказать что-то еще, однако она уже исчезла в проеме двери.

Я ждал, но Сильвия не возвращалась. Я отвернулся и не сразу сообразил, где нахожусь. Привычный хаос, царивший на площадке, теперь сбивал с толку, со всех сторон надо мной нависали массивные фасады, словно тридцать домов Круга по прихоти воображения обратились камнями величественной изгороди, свидетелями моей глупости. Я воображал высокие деревья, что вырастут тут когда-нибудь: пять мощных стволов в сердце Круга, пышными кронами закрывающие луну. Откуда-то выпорхнула птица, я поднял голову и увидел Сильвию.

По лестницам и неразобранным лесам она взобралась на крышу и теперь стояла у парапета. Ее платье мерцало в лунном свете, руки вцепились в край плиты. Она смотрела вниз на площадку.

У меня перехватило дыхание.

Форрест вышел из подвала.

— Мастер! — крикнул я.

Он обернулся. Мы оба замерли, а опомнившись, бросились к ней. Форрест стоял ближе и оказался проворнее. Я слышал, как он, оступаясь, с грохотом карабкается вверх по лестницам.

Я, пыхтя, лез вслед за ним. Потные ладони скользили, облака золотистой пыли оседали на плечах, словно морось. Перила закончились на полпути, и мне пришлось вцепиться в кольца и подтянуться на руках. Дыхание замерло, сердце выпрыгивало из груди.

На самом верху перед глазами поплыли круги. Шатаясь, я выбрался на крышу.

— Сильви, — сказал Форрест откуда-то из темноты. Его голос походил на хриплое карканье. — Сильви, прошу тебя, не делай этого.

Я встал позади него.

Она сидела на самом краю, свесив ноги над бездной. Местами крыша представляла собой голые стропила, и в просветы между ними ничего не стоило провалиться. Ровный ряд каменных колонн высился снизу, ожидая кровельщиков.

Форрест дышал с трудом, я слышал, как клокочет у него в груди.

Ее голос донесся откуда-то издалека.

— Не вините Зака, это сделала я.

Мастер судорожно ловил воздух ртом. Я собирался шагнуть к нему, но места на узком помосте не осталось.

— Комптон хотел заполучить чертеж. Велел мне принести его. Я задолжала ему, и… были другие причины. Я познакомилась с ним у Гибсона.

— Ты любишь его? — прошептал Форрест.

Сильвия повернула к нам лицо. Глаза темнели на мертвенно-бледном лице.

— Любила, наверное, давно. Он был так красив, так деликатен, говорил так учтиво и любезно… впрочем, я быстро поняла, что он негодяй, увидела его жестокость, высокомерие. Но так и не смогла избавиться от него.

Она вздрогнула, сломленная отчаянием.

— Ненавижу его и не могу забыть. Словно он имеет надо мной власть, и, что бы он ни попросил, я все для него сделаю.

Невидящими глазами Сильвия смотрела сквозь туман.

— Зак хотел отдать ему фальшивый чертеж, но я знала, Комптон догадается о подделке, и тогда мне несдобровать. Ему доставляет удовольствие мучить меня. Поэтому я и обманула вас обоих.

— Теперь это не имеет значения, — сказал Форрест.

— Нет, имеет! — взорвалась Сильвия. — Вы дали мне все, а я предала вас!

— Пусть так, — хрипло прорычал Форрест, — но если ты прыгнешь, ты предашь меня снова, и уже ничего нельзя будет исправить. Нам с Заком предстоит всю жизнь прожить с этой тяжестью, всю жизнь видеть во сне, как ты падаешь в бездну. — Он подобрался к ней ближе. — А моя работа, мое здание! Ты навеки разрушишь его.

Заметил ли он в темноте, что Сильвия улыбнулась? Потому что она и впрямь улыбалась сквозь слезы.

— Вы только о нем и думаете.

— О нем, как же иначе?

Форрест встал на колено и протянул к ней руки. Стропила под ним затрещали.

Сильвия заметила меня за его спиной.

— Разве я уже не разрушила его?

— Нет, замысел принадлежит мне. Пусть Комптон построит Круг, пусть прославится. Это неважно. — Мастер зашелся хриплым смехом. — Главное, что здание будет стоять. Я построил его для нас. Мы трое — вершины треугольника.

Форрест закашлялся. Тело судорожно дернулось, рот перекосился. Я склонился над ним, вмиг догадавшись, что в этом заключается его план. Сильвия не сможет остаться в стороне, бросится на помощь.

— Вот увидите, сейчас она будет здесь, — прошептал я ему на ухо.

И не ошибся. Сильвия кинулась к нам, платье зацепилось за дерево, и она со злостью рванула тонкую ткань. Голова Форреста запрокинулась, он судорожно ловил ртом воздух, пальцы царапали о дерево. Грудь напряглась, и он, обессилев, привалился к моему плечу.

Я поднял глаза на Сильвию, охваченный ужасом.

— Он не притворяется!

Вдвоем нам удалось посадить его. Форрест сражался за каждый вдох, словно внутри него сидел демон, словно сам воздух был его врагом. Лицо горело, а глаза всматривались во тьму, которой нам не дано было узреть. Мастер был прав: до конца жизни мне предстояло просыпаться в холодном поту, вспоминая во сне, как он сражался за жизнь, его хриплое, свистящее дыхание, то, как он до последнего сжимал мою руку, ногтями царапая ладонь.

Внезапно хватка его пальцев ослабла.

Наступила тишина.

Я обнимал мастера, пока не убедился, что его сражение завершено, а натруженное сердце больше не бьется. Сильвия рыдала, а я не мог плакать, на душе было пусто. Я осторожно опустил его на стропила, чувствуя, что вместе с тяжестью силы оставляют меня.

Меня шатало, но я протянул ей руку, и она взяла ее.

Птица над нами взмыла в ночное небо.

БЛАДУД

Как поведать об экстазе полета?

Рассказать, что значит освободиться от пут земли, безмятежно парить в голубом небе, не боясь упасть!

Обо мне будут говорить разное. Те, кто любит страшные истории, скажут, что я рухнул вниз, вдребезги разбившись о камни. Словно Икар, взлетевший слишком высоко. Или Люцифер, возомнивший о себе слишком много.

Но мечтатели и поэты будут уверять, что я улетел в неизведанные земли, обратился птицей и иногда наведываюсь в город, принимая человеческое обличье.

Решайте сами, какое объяснение кажется вам наиболее правдоподобным и что для вас правда.

За пределами круга — небеса, и звезды, и тайны, что ведомы только друидам.

Дальше пути нет. Вы должны остановиться, оглянуться и постараться понять.

Круг поможет вам.