— Благодарю вас, — сказала Мария, подбирая с полу платья и стараясь побороть смущение. Ее спаситель был высоким и стройным, а его загар напомнил Марии мистера Санфорда.
Луис Чавез пожал плечами и улыбнулся. Он был тренером по плаванию и, как правило, производил на женщин приятное впечатление. Особенно на пожилых. Они были очень признательны ему. Обычно Луис считал прислугу недостойной его внимания. Однако эта служанка была такой хорошенькой, что в глубине его лучистых глаз загорелся тайный огонь.
— Всегда готов помочь, — живо сказал он и снова одарил ее улыбкой, от которой некоторые герцогини становились беспомощными. — Я Луис Чавез, тренер по плаванию. — Он полагал, что его должность должна сразу внушить доверие к нему.
— Мария Салдана, личная служанка миссис Камерон, — представилась Мария, овладев собой, и решила, что ее спаситель слишком высокого мнения о себе.
Темные брови Луиса слегка приподнялись в знак одобрения. Весть о смуглой красавице, сопровождающей миссис Камерон, быстро распространилась среди прислуги по всему отелю. Он хотел было поболтать с ней минут пять ради удовольствия, но потом раздумал. Его ждала виконтесса Лозермир, и хотя она не проявляла ни малейшего интереса к флирту с тренером, Луис, очарованный ее фигурой не меньше, чем ее состоянием, решил оказать ей всевозможные услуги.
Мария прекрасно поняла почти все, о чем подумал Луис, расправила платье миссис Камерон и, еще раз поблагодарив, ушла. Он сдвинул брови, наблюдая за покачиванием ее изящных бедер, когда она поднималась по служебной лестнице. Луис решил, что внушил ей надежду на продолжение разговора, а она дала понять, что готова вернуться к начатой беседе, и он, Луис Чавез, может рассчитывать на более близкое знакомство. В дальнейшем он постарается преподать ей урок, умышленно, с холодным равнодушием не замечая ее.
Мария же, занятая туалетом миссис Камерон, поймала себя на мысли, что все чаще и чаще думает о красивом португальце. Конечно, он слишком высокого мнения о себе. Он явно очень тщеславен. Золотая цепочка на шее, тщательно прилизанные волосы — все это напоминало женскую суетность. Все же он, несомненно, красив. Португальцы, должно быть, очень сексуальны, решила Мария, полируя ногти Нэнси до перламутрового блеска. По отелю уже прошел слух о том, что накануне вечером прибыл мистер Санфорд, и Мария подумала, не с этим ли связано напряженное выражение лица миссис Камерон, а если да, то почему? Мария никогда раньше не страдала по мужчинам. Луис Чавез был явно легкомысленным типом, привыкшим к быстрым победам. С ней у него ничего не получится, но она с удовольствием понаблюдает за его попытками.
Благодаря горячей ванне и заботливому уходу Марии на публике Нэнси выглядела вполне пристойно и элегантно. Вир в шелковом халате завтракал на террасе, когда она, прогуливаясь, подошла к нему. Нэнси решила, что чем скорее повидает его, тем лучше.
Он поспешно встал с улыбкой на лице, положив салфетку на стол. Нэнси села напротив. На глазах Вира были темные очки, защищавшие от солнца и скрывавшие следы минувшей ночи.
— Господи, это из-за фиаско прошлой ночью? — Смех ее был с небольшим надрывом, но внешне она выглядела невозмутимой. Нэнси элегантно облокотилась на поручни кресла и повернулась лицом к солнцу, словно ничто в мире не волновало ее. — Этот глупый Санфорд ужасно напугал меня. Неудивительно, что я закатила истерику. Мне показалось, что это один из представителей обширной шпионской сети Джека.
Официант Вира налил ей кофе, и Нэнси отпила глоток, соблазнительно скрестив ноги в босоножках на фоне мозаичного пола.
— Не знаю даже, что и сказать, Вир. Должно быть, он спьяну забрел в мою комнату и разговаривал подобным образом. А может быть, сошел с ума. Кажется, у его отца было что-то не в порядке с головой.
Вир почувствовал явное облегчение. Нэнси права. Санфорд был пьян. Он способен выпить бочку, но по его внешнему виду это трудно заметить. Прошлой ночью он казался вполне трезвым, но, видно, совсем ничего не соображал.
— Интересно, понял ли он, в чьей комнате находится, — небрежно сказала Нэнси. — Не сомневаюсь, что утром ему придется объясняться с его леди.
Вир засмеялся. Любовным похождениям Рамона Санфорда не было числа, а комната освещалась только лунным светом. Другая комната. И другая леди. Это не его проблема, а Санфорда.
— Ну и Бог с ним, — сказал он, намазывая маслом подрумяненный ломтик хлеба с изюмом. — Рядом с тобой номер Бобо, не так ли? Одно время у нее с Рамоном было нечто большее, чем просто дружеские отношения.
— В таком случае, если сегодня утром она появится с почерневшими глазами, мы будем знать причину, — весело заметила Нэнси. — Я хочу поплавать. Увидимся позже.
Вир наблюдал за ней, снова обретя свое обычное хорошее настроение. Она не требовала, чтобы он защитил ее честь, стало быть, не было необходимости заводить с Санфордом разговор об этом инциденте, если он сам не напомнит о нем. А Санфорд вряд ли станет о чем-то говорить, возможно, только принесет свои извинения. Когда сэр Максвелл с раннего утра пристал к нему со своей болтовней по поводу уменьшения количества дичи в его шотландском поместье, Вир впервые внимательно слушал его.
У Нэнси же вовсе не было желания плавать. Она встретилась с Виром, высказала то, что придумала за ночь, и теперь хотела просто сбежать от него. Бобо и Рамон! Она не знала об этом, но не удивилась. Вероятно, трудно найти женщину, с которой бы у него не было романа. И он еще посмел назвать ее безнравственной!
Парень в белом костюме поспешил установить шезлонг в нужном ей месте. Другой постелил на него толстые мягкие полотенца и подложил под голову подушку именно так, как ей хотелось. Затем принес складной столик, миниатюрный бар и ведерко со льдом для охлаждения шампанского.
У бассейна появилась Джорджиана Монткалм, привлекая всеобщее внимание своими длинными ногами. Проходя мимо Нэнси, она узнала ее и улыбнулась:
— Нэнси! Как чудесно! А я и не знала, что ты здесь.
Нэнси помахала ей рукой. У нее не было никакого желания общаться с Бобо или с кем-либо другим из тех, кто присутствовал на вчерашней вечеринке.
— Ты с кем, дорогая?
— С Виром.
Джорджиана Монткалм присела на краешек шезлонга рядом с Нэнси.
— Превосходно. Он очень привлекателен. Чарльз сказал, что «Рослин» стоит в гавани на якоре. — Она мило улыбнулась. — Я так близорука, что даже не могу сказать, стоит ли у причала «Королева Мария». Мне и в голову не приходило, что ты можешь быть с Виром. Я не думала, что американская и британская ветви вашей семьи так близки.
Нэнси улыбнулась:
— Нет, это не так. Если бы сюда приехал мой отец, я просто уверена, что Виру пришлось бы срочно отчалить. Он вряд ли смог бы вытерпеть Чипса.
