власть и был организован исполнительный комитет.
Первым председателем сельского исполнительного комитета был избран Амин Абдрашитович Амерханов, а Халил Чумарин возглавил комитет бедноты. Членами комитета бедноты являлись: Усман Вяселькин (в должности заместителя), Хайрулла Ярушев, Хусяин Насыров, Сафа Шарафутдинов, Муся Вяселькин, Юнус Ямбулатов, Исхак Акмеев, Абуталиб Зябиров, Хайрулла Денешев и др[67].
Так, например, в «Выписке из протокола (№ 16) заседания секретариата Пензенского Губкома от 2 марта 1927 г. говорится, что колхозное движение в пензенской губернии «… доказывает непрерывный рост простейших видов колхозов в период НЭПа, что характеризуется следующими цифрами: в 1923 г. всего колхозов было 37, в 1924–43, в 1925–49, в 1926–106. Наряду с количественным ростом заметно увеличение и населения в колхозах: в 1924 было 3450 едоков, в 1925–8063, в 1926–10508 едоков. В развитии колхозного движения выявилась определенная тенденция в сторону увеличения удельного веса наиболее простых их форм: артелей и товарищества по совместной обработке земли. Причем из года в год количество коммун уменьшалось, а артели и товарищества по совместной обработке земли увеличивались (ГАПО, Ф-п.99, оп.1, д. 56).
В с. Демино впервые колхоз организовался в 1930 г. и одна четвертая часть населения вступила в это новое образование. По ряду причин, в том числе из-за ошибок правильного введения организации труда, колхоз распался и распустился. Пензенская газета «Под знаменем ленинизма» (№ 15(48)) в 1925 г. в статье «Строительство советской деревни» по поводу «революционной законности» в деревне писала о том, что крестьянство само должно быть привлечено к установлению правопорядка и пресечения разного рода нарушений законности, борьбе с хищениями, саботажем и др. В статье отмечалось, что часто деревня не знает про существование того или иного закона. «Бедняк и середняк не знает о правах и льготах семейно-имущественных разделов, землеустройства, борьбы с кабальными сделками и т. д. Этим пользуются кулаки, обдиралы и подпольные адвокаты».
Следует сказать о том, что зажиточная прослойка крестьянства стала формироваться в эпоху первоначального накопления капитала в дореволюционной России после крестьянской реформы 1861 г. С 1890 г. стал применяться для обозначения этой деревенской буржуазии термин «кулачество» (от слова «кулак», первоначально синоним к словам «выжига», «мироед», обозначал человека, наживавшегося грабительской эксплуатацией, ростовщичеством и спекуляцией). Кулаки мало чем отличались по уровню культуры и быта от большинства крестьян, также участвовали в земледельческом труде. В первые годы становления Советской власти кулацкие хозяйства достигали в некоторых населенных пунктах 20 %. Такой прирост их количества объясняется тем, что кулаки с помощью аренды и покупок, они завладевали крестьянскими, помещичьими и казёнными землями, поскольку владели первоначальным капиталом. Хозяйства кулаков были наиболее крепкими и подготовленными, концентрировали значительную часть сельхозмашин и орудий, поголовья рабочего и продуктивного скота. Кроме того, они владели торгово-промышленными заведениями, содержали трактиры, занимались ростовщичеством, сдавали внаём и в аренду бедноте некоторую часть своих земель, рабочий скот и инвентарь, нанимали батраков.
Талоны на хлеб в зависимости от числа едоков (цифра в правом верхнем углу)
В среде кулачества были свои «богатые» и «не очень богатые», а кулацкое накопление было тоже разным. Все это являлось результатом беспощадной эксплуатации деревни, в особенности бедноты и батрачества, так и накопленный своим трудом. Так, например, отдельные представители рода Акчуриных, Дебердеевых, Кулахметовых, Баишевых и др. были очень богатыми людьми, некоторые из них стали крупными купцами и фабрикантами. Но для них одинаково крестьянская сельская община была помехой, они одновременно использовали общинукак средство для прикрытия кабальных методов эксплуатации. Но кулаки были так же, как и беднота, враждебны к помещикам, поскольку крепостничество и его пережитки препятствовали более широкому накоплению их капитала. Они совместно с беднотой и середняками выступали против помещичьего гнёта. Таким образом, в крестьянской деревне образовалась и росла социальная война между помещиками, кулаками и остальной бедняцкой частью, а к этому треугольнику прибавился еще сельскохозяйственный пролетариат.
Октябрьскую социалистическую революцию кулачество встретило враждебно, хотя до лета 1918 г., в период ликвидации помещичьего землевладения оно выступало вместе со всем крестьянством. Именно тогда было ими захвачены лучшие помещичьи земли, скот, инвентарь и др. имущество. Архивные документы показывают, что в последующие годы кулаки проникали в сельские и волостные советы и вели там свою подрывную деятельность, регулярно пытались с помощью искусственно созданного ими голода отказаться от социалистических преобразований. Указанные органы местного управления неоднократно «чистились» от кулацкого элемента, но этот процесс был весьма непростым, поскольку практически у каждого члена актива сельских советов был свой кулак-родственник, сосед или, так скажем, «друг детства». К осени 1918 г. кулачество уже открыто выступило против советских органов управления, по всему Кузнецкому уезду, да и по стране в целом, прокатилась волна крестьянских восстаний, мятежей, бунтов и террористических актов.
В 1931 г. в с. Демино вновь был организован колхоз. Первым председателем стал Бахтеев Умяр Юнусович, двадцатипятитысячник, который был прислан из Москвы. В колхоз вступили активисты села: Бахтеев Гимать, Шарафутдинов Сафа, Вяселькин Муся, Денешев Хайрулла, Абушахманов Сулейман и др., всего около 30 семей. Постепенно стали вступать и др. земледельцы. Хозяйство артели на то время насчитывало 18 коров, 120 лошадей, 30 кур. Имелся свой сельхозинвентарь: плуги, бороны, телеги, сеялки и т. д. После Бахтеева председателями колхоза становились: Чичерин из с. Сулемановки, бывший бакинский рабочий. Также: Шамеонов Ахмед, Халимов Ибрагим, Ханбеков Айзат, Шигаев Ибрагим, Шигаев Харис, Коновалов Хасян Сулейманович, Бунчин Сергей Петрович, Еналеев Фатих Абдуллович и Халимов Рашид Хайдарович.
Организация колхозов продолжительно долго сопровождалась классовой борьбой между бедными слоями населения и «кулаками». Последние всячески саботировали все начинания инициаторов коллективного введения хозяйства, вредительствовали, занимались пожогами строений колхоза, и даже совершали вооруженные нападения на руководителей сельских советов и колхозов. Жизнь на селе оставалась очень трудной, ко всему прибавлялись неурожайные годы, вновь повлекшие повсеместный и жестокий голод. Часто люди просили районные и местные исполнительные органы оказать им материальную помощь. В Пензенском архиве подобного рода документов хранится предостаточное количество. Иногда люди – особенно те, чьи сыновья или отец служили в рядах Красной армии, просили помощи и не всегда заслуженно. Так, призванный в армию Кулахметов Абузяр Алиевич просил через командира своей воинской части, чтобы колхоз оказал материальную поддержку своей семье, которая оказалась в затруднительном положении без работника в семье. В докладной записке отмечалось, что его семья состоит из 9 чел., «отца нет, мать длительно болеет, работать некому, хлеба нет, колхоз не помогает…».
На эту докладную жалобу председатель райисполкома Марков и секретарь Нуретдинов ответил, что семья красноармейца Кулахметова А. А. проживает в с. Кунчерово – они единоличники. Тем не менее, им была оказана из кассы взаимопомощи колхоза материальная помощь.
