считал, что он того достоин, то прошлое его значение не имело. Даже уголовное. На время службы любое уголовное, политическое или иное преследование обязано быть прекращено. Во всяком случае, на время службы роду. Однако был тут и нюанс. За выслугу лет можно было получить полное помилование. Это обговаривалось изначально. Понятно, что ни один Воронцов не принимал "на искупление" ни кого без ведома самодержца. Ведь получалось, что они буквально давали обещание от имени императора. И тот обязан был его исполнить.
— Оно самое. — Повторил он вслух.
Девушка хотело было сообщить, что ее дед давно уже отошел от дел. Да и от мира скрылся за родовыми щитами поместий. И заставить его вновь принять в гвардию хотя бы одного человека — задача не из последних. Однако вместо этого она просто спросила.
— Для кого тебе нужно прощение?
— Мне оно не нужно. — Пожал плечами парень.
Отчего-то именно это признание заставило упасть камень с ее плечь.
Приимков, тем временем, объяснил суть своей идеи.
— И сколько это человек? — С сомнением протянула она, припоминая, сколько раз Григорий Романович утверждал, что "ни за что и никогда!".
— Петь, ну, может, шесть... — Раздался голос от двери кабинета, который Алексей совсем недавно покинул.
Елена выдохнула. Кажется, задача будет куда сложнее, чем представить деду одного нового гвардейца.
— Тысяч человек. — Невозмутимо закончил Ловчий, оперевшись на косяк могучим плечом.
— Дядька Ингварь! — Воскликнула девушка, позабыв на миг о деловом этикете.
А с другой стороны, на таких новостях дело не мудреное!
— Что, Лен? — Тем же тоном передразнил ее глава безопасности ММГУ. — Деда твоего надо вытягивать. А то ведь заперся у себя! Дело ему нужно. Дело! Он без него не может. Просто потому, что идентифицирует себя опорой Трону.
Девушка помолчала. Затем склонила голову и твердо покачала ей.
— Нет. — Голос ее был тих.
Но мало кто в приемной усомнился, что она всерьез.
— Опять война... — Негромко констатировала она. — Он не хотел больше крови. И смертей. Своих и чужих. Дайте ему дожить эту жизнь в покое.
Мужчины переглянулись. Ответил девушке Алексей:
— Не придется. Убивать и воевать. Нам нужно, чтобы он вернул под руку императора исключительно производственный кластер. С десяток производств.
На самом деле, полного их списка Приимков и сам не знал. Не его уровень доступа. Вот и пойди реши проблему, без полного доступа к данным!
— Конечно, тоже интриги и противостояние, — согласился Минин, положив руку девушке на плечо. — Но это шахматы, а не вышибалы... Если так можно сказать.
Дверь в приемную распахнулась. Сначала вошел довольно большой и вполне со вкусом оформленный букет, а уже потому его владелец.
— Леш, — негромко выдохнула девушка. — Мы же договорились, что цветов ты больше сюда не приносишь... И прошу не разочаровывать меня утверждениями, что если букет принес господин Ростов, то это не считается!
Девушка уже успела провести неделю в цветнике, когда Приимков пробовал отправлять каждый день по букету. Результатом стала договоренность, что больше ничем лишним "захламлять" приемную он не будет. Давно дело было.
— Я помню, — кивнул он, забирая букет из рук сводного брата. — Только случай особый.
— Ты, как будто, просить моей руки собрался! — Улыбнулась девушка.
Подобная идея уже была ей обдумана. И внутреннего сопротивления она по этому поводу не чувствовала.
— Почти. — Отзеркалил улыбку Алексей.
От такого ответы бровки девушки резко взлетели вверх.
— Елена Викторовна, прошу вас...
Секундная пауза потребовалась, чтобы сформулировать мысль.
— ... Помочь мне выдать вас замуж. За меня.
А в ответ тишина. Трактовка была действительно интересной. Во всяком случае, девушка не припомнила бы, чтобы на ее памяти кто-то получал подобное предложение.
— Я согласна. — Ответила она, принимая букет.
Секундная пауза и...
— Кхгм! — Кашлянул Ловчий, напрочь растаптывая и малейший намек на романтичность момента. — Какие вы смешные, дети!
— Кхм! — Как-то одинаково выдали "заговорщики".
Ростов просто тихо ржал. Про себя. Держал он себя великолепно. Никто бы и не догадался. Но вот Алексей его знал слишком хорошо!
— Сделаешь мне еще чаю?!
— Дядя Ингварь! — Воскликнула Воронцова, даже притопнув ножкой от возмущения. — Я тут, вообще-то, только что согласилась связать свою жизнь узами брака с Алексеем.
Ловчий задумался.
— По-моему, там была несколько другая формулировка. — Заметил он, оборачиваясь к своему кабинету. — Но, учитывая обстоятельства, минут пять я готов подождать. Располагай собой!
— Но!.. — Попыталась быдл возмутиться девушка.
Однако была прервана самым варварским образом — поцелуем Алексея. В конце концов, пять минут — это очень мало! И парень совсем не хотел их терять зря.
А вот Ростову было не до парочки. После того, что здесь было сказано, он был абсолютно уверен, что запись на телефоне придется удалить. Так что не увидит Долгорукая признания Алексея.
Глава 20
— Слева! — Буквально взвыла Лена сиреной.
Однако дожидаться, пока ее "жаааааних" сообразит, она не стала, попросту сбив его с ног и накрыв своим телом. Формирующийся щит она успела свернуть куда раньше, чем он развернулся во всю мощь. Да, Приимков — слабосилок. Бывает. Но и его защиты хватит, чтобы защититься от разлетающегося от места удара щебня и комьев земли. Ей же стоит поберечь силы на случай, если удар будет прямым.
Парень, кстати, не стал заморачиваться над вопросами типа "Как?!", "Почему?!" и "За что?!". Ему вполне хватило того факта, что им собираются, как выражались парни на селе, конкретно так вломить. Остается надеяться, что учить жизни их собираются хотя бы не до смерти.
Впрочем, эту мысль тут же поставил под сомнение следующий удар.
Алексей аккуратно выкатился из укрытия и... Тут же закатился за камень, ставший им защитой от первой атаки.
— Да что б! — Ругнулся он, пригнувшись.
Этот треск он узнает из тысячи. Электричество. Такими нередко награждал его сводный братец. Правда, надо отдать ему в том честь, действительно на смерть он своего противника не пытался достать ни разу.
Волосы мгновенно встали дыбом от статического заряда... И тут же их едва не сплавила волна жара над головой. Кажется, маг переключился на Огонь... Или... "Да он же комбинирует!", — поразился парень, стирая грязь с лица рукавом успевшей стать уже совсем не белоснежной рубашки.
Вот это мощь!
