То, что он наконец сказал, на первый взгляд никак не было связано с тем, о чем говорил с ним король Орел:
— Кузен, я слышал, что твой сын сбежал из дворца.
— Робайдай любит иногда побродить по пустыне в одиночестве. Он равнодушен к жаре и не гнушается самой простой пищей, тем, что удается добыть охотой. Он часто так пропадает, иногда его не бывает неделями.
— На мой взгляд, будущему королю не пристало подобное времяпрепровождение. Король должен учиться, набираться знаний и опыта. Тебе бы следовало отослать РобайдайАнганола в монастырь, где в свое время побывали и ты и я. А вместо того, как я слышал, он скитается по степям с протогностиками.
— Я не пастух своему сыну. И чужих советов мне тоже не нужно.
— Согласись, кузен, что учение в монастыре пошло тебе на пользу. Ты узнал, что в мире, даже для королей, существуют вещи, которые приходится делать, даже если они не нравятся тебе. Наше будущее не сулит нам ничего особенно заманчивого. С огромным трудом Панновал выжил, преодолев Великую Зиму. Как оказалось, наступившее лето мало в чем уступает зиме в количестве неприятностей… Мои придворные астрономы и астрологи не могут разыскать в будущем ни одного светлого лучика доброй надежды. Конечно, ты можешь ответить, что таков их хлеб…
Принц замолчал и, со вкусом закурив вероник, красуясь, выдохнул огромный клуб душистого дыма, разогнав его небрежным, но явно хорошо отработанным взмахом руки.
— Насколько ты помнишь, дорогой кузен, церковные книги Панновала еще в стародавние времена предупреждали об опасности, грозящей с неба. Акханаба был рожден из камня. Ты не забыл об этом?
Принц Тайнц поднялся с дивана и, прогулявшись к окошку, выглянул наружу, навалившись животом на подоконник. Обтянутый шелковым халатом объемистый круп принца выпятился в сторону короля Орла.
Молча взирая на филейную часть отпрыска панновальского дома, король терпеливо ждал продолжения его монолога.
— По словам астрологов, Гелликония и ее материнское светило, Беталикс, проходят в опасной близости от Фреира каждый большой год. В течение одного следующего поколения — в течение следующих восьмидесяти трех лет, если быть точным — мы будем находиться от Фреира на самом кратчайшем расстоянии. По прошествии этого времени, если небесная механика не подкачает, мы начнем медленно, но верно удаляться от огнедышащего светила. Для следующих после нашего поколений настанет время великих испытаний на стойкость. Жара будет спадать постепенно, начиная с северных континентов, стран Сиборнела и Геспагората. Для нас, обитателей тропиков, жизнь еще долго будет оставаться несносной.
— Борлиен выдержит. С юга нас омывает море — там прохладно. Оттассол тоже продержится — он такой же подземный город, как и твой Панновал.
Мгновенно повернув к королю Орлу свою жабью физиономию, принц Тайнц впился маленькими глазками-буравчиками в его лицо.
— Так вот — мой план, дорогой кузен… Я знаю, ты не слишком-то горячо меня, своего родственника, жалуешь, но мне бы хотелось, чтобы ты услышал это из моих уст, а не в пересказе твоего горячо любимого друга, моего святейшего советника, Гуаддла Улбобега. В ближайшем будущем, как ты сказал, Борлиен не ожидают крупные потрясения. Панновал, укрытый в своих горах, также будет находиться в относительной безопасности. Больше других, по моему мнению, пострадает Олдорандо. В ваших и наших интересах, чтобы Олдорандо сохранил свой суверенитет в целости и неприкосновенности, а не пал под ударами кочевников. Как ты считаешь, кузен, возможно ли, чтобы двор Олдорандо, имея в виду, конечно, только короля Сайрена Станда и его ближних, переждали самые трудные времена, укрывшись в Оттассоле?
Вопрос был настолько неожиданным, что король ЯндолАнганол запнулся, не в силах найти для ответа слов.
— Но в ту пору, может быть, уже нужно будет спрашивать не меня, а моего наследника…
Панновальский принц решил переменить тему разговора, а вместе с ней и тон.
— Кузен, что ты там стоишь — утренний воздух воистину прекрасен — подойди к окну и подыши вместе со мной. Взгляни-ка вот на это чудо там внизу — это бежит одна милейшая девочка, Симода Тал, моя протеже одиннадцати лет и шести теннеров от роду, дочь королевского дома Олдорандо, линия которого восходит к самому славному лорду Дэну, правителю Старого Эмбруддока еще в годы Великих Холодов.
Симода, возвращающаяся после купания в бассейне королевы МирдемИнггалы к себе в комнаты и не замечающая того, что за ней наблюдают, быстро шла под окнами через двор внизу. На ходу вытирая волосы, она наконец навернула на голову полотенце наподобие лихого тюрбана.
— Зачем ты привез ее сюда, Тайнц?
— Для того чтобы показать ее тебе, дорогой кузен. Милая девочка, не правда ли?
— Нельзя не согласиться; и что с того?
— Она молода, почти девочка, с этим нельзя спорить, но горячая штучка — это безошибочно видно по некоторым признакам.
Король ЯндолАнганол почувствовал, что ловушка вокруг него готова вот-вот захлопнуться. Отвернувшись от окна, он принялся мерить шагами комнату. Принц Тайнц тоже отвернулся и, с комфортом устроившись в кресле, окутал себя дымом.
— Дорогой кузен, в Панновале нашим самым горячим желанием является увидеть наконец членов Священной Империи живущими в мире и согласии, чего невозможно достигнуть, если между их странами остается рознь и вражда. Грядут тяжелые времена, против которых нам нужно суметь защититься. Уже сейчас ситуация во многом требует принятия кардинальных решений. Милостью Акханаба нам, в Панновале, дарован дар предвидения. Исходя из некоторых объективных предпосылок, в которых мы уверены совершенно, мы хотим, чтобы эта юная девушка, Симода Тал, стала твоей женой.
Кровь отлила от лица короля ЯндолАнганола. Тщательно сдерживая себя, он спросил:
— Надеюсь, ты не забыл о том, что я уже женат? И помнишь, кто такая моя жена?
— От неприятностей нельзя просто так взять и отвернуться, кузен. Теперешняя твоя жена, королева, дочь простого бандита с большой дороги. Она ниже тебя по своему рождению и не пара тебе. Твой выбор принизил и твою страну, и тебя самого, потому что и для того, и для другого нужна хорошая партия, ровня. Обручившись с Симодой Тал, ты приобретешь в союзники силу, на которую сможешь рассчитывать.
— Об этом не может быть и речи. А кроме того, как быть с происхождением этой девочки — ведь ее мать наполовину мади?
Тайнц Индредд пожал плечами.
— Чем мади хуже фагоров, с которыми ты водишь дружбу? Послушай, кузен, я хочу убить одним выстрелом двух зайцев и устроить все как можно лучше для всех. Ни о каком коварстве и задних мыслях здесь не идет речи, только о дружбе и обоюдной выгоде. Через восемьдесят пять, или близко к тому, лет Олдорандо превратится в одно большое пекло, средняя температура на территории этого государства составит около ста градусов, это по самым мягким оценкам. Олдорандцы вынуждены будут двинуться на юг. Как только ваш брак с дочерью дома Олдорандо станет свершившимся фактом, они немедленно окажутся в твоей власти. Они будут обычными бедными родственниками, выпрашивающими ночлег у парадных дверей твоего дома. Борлиен и Олдорандо станут одним целым — если не при тебе, то по крайней мере при твоем сыне. Такой шанс просто грех теперь упустить. Почему бы нам не отведать этих прекрасных фруктов? Скваанейя просто превосходны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
