Читаем без скачивания Битва за галактику - Дмитрий Светлов

— Надо всеми силами предотвратить гражданскую войну.

— Оппозиция победит на выборах, обиженным нужна власть, они полагают, что встав во главе регионального правительства, смогут защититься от непомерных запросов столицы.

— Вы правы, — согласился Сергей. — Поняв тщетность своих усилий, сразу переметнутся к нам.

— Не вижу в этом ничего плохого, — обрадованно воскликнул Веселов. — Мы остро нуждаемся в рабочей силе.

— А получим войну, к которой совершенно не готовы.

— Судя по прогнозам генерала Нелидова, война с Маджуром маловероятна.

— Да нет, не с Маджуром. Не мы одни такие умные, вы забыли о марутах и хананеях.

— Как только у индусов начнётся разлад с центральным правительством, скандинавы с финикийцами начнут спешно делить их планеты, — пояснил Голицын.

— У нас останется простой выбор: или стоять в стороне, или сцепиться с ними.

— Мы еще так слабы? — с горечью спросил Веселов.

— Увы, один на один в любом варианте. Соотношение флота остается на уровне один к пятидесяти.

— Но у нас есть телепортация и дауры!

— Мы не в состоянии даже частично прикрыть свои тылы. Прорвёмся к столице, а они оккупируют большинство наших планет.

Победить малыми силами с высококачественной техникой — это смешные иллюзии, не получится. Есть такое понятие, как военная наука: линкор не сможет победить в войне против флотилии гребных галер, и танковая дивизия бесполезна против Чингисхана. Каждое время имело своё оружие и соответствующую тактику проведения боя. Взять для примера Чесменское сражение и предшествующие ему события. Русская эскадра вышла из Кронштадта четырьмя отрядами и прибыла в Средиземное море через пять месяцев. Сегодня на такой переход средненькое суденышко затратит не более десяти дней. Но это не всё, во время плавания треть кораблей поломали свои мачты. В те времена крепления были из пенькового троса, а сама система обтягивания такелажа на сегодняшний день кажется безрассудным нонсенсом. Люди ещё не знали талрепов и пользовались естественным свойством пеньки укорачиваться при намокании.

Первый бой с турками произошёл в проливе между островом Хиос и материком. Двадцать турецких кораблей (16 линкоров, 2 средиземноморские каравеллы и 2 фрегата) встали у берега на якорь и завели шпринги. Для того времени превосходное решение со стопроцентной гарантией успеха. Шпринг, второй трос на якорь со стороны кормы, позволял стоять бортом к неприятелю. На берегу находился большой отряд пехоты со шлюпками, что позволяло при первой же возможности начать абордаж. Русская эскадра состояла из восьми линкоров, шести фрегатов и одного бомбардирского корабля. Атаковать сильный турецкий флот мог только сумасшедший. Тем не менее в 11 часов утра адмирал Спиридонов приказал поднять красный флаг. Эскадра сблизилась с флотом Гасан-паши до дистанции пистолетного выстрела, встала на якорь и завела шпринги. На первый взгляд явное безумие, между кораблями 30–50 метров, более крупные турецкие корабли имели не только больше пушек, но и сами орудия были намного мощнее русских. На линкорах османов стояла артиллерия под 15-килограммовые ядра, на Балтийской эскадре максимум под 12-килограммовые ядра. Действия нашего флота непонятны для логики сегодняшнего дня, а на самом деле турки в ужасе начали рубить якорные канаты и в беспорядке отступили в Чесменскую бухту. Почему? Если не считать потерь на «Святом Евстафии», который сцепился рангоутом с горящим «Реал Мустафой» и в результате взорвался, потери на русском флоте составили 13 убитых и 21 раненый, причем на большинстве кораблей вообще не было потерь. Почему? Ведь флот противника потерял 2947 человек, а Гасан-паша взят в плен. Ответ прост, корабли стояли слишком близко, неприятельские пушки могли стрелять только по русским мачтам. Фёдор Григорьевич Орлов на «Святом Евстафии» собрал на себя все вражеские залпы, поджег флагмана и взял в плен турецкого адмирала. Остальная эскадра сблизилась с противником во время охлаждения пушек и принялась безнаказанно лупить османов.

Последующие события в Чесменском заливе достаточно подробно описаны в различных книгах, но есть и нюансы. Весьма редко упоминается о бомбардирском корабле, который обстреливал турецкую эскадру с момента её входа в залив. Залпы навесом следовали один за другим, посылая османам гостинцы в виде бомб и каркасов. Кстати, каркасами называли специальную зажигательную смесь на основе вымоченной в скипидаре селитры. Именно зажигательные снаряды вызвали пожар на турецких кораблях. Атака брандеров завершила начатое дело. Редко упоминают о том, что русские собрали с затопленных кораблей все медные пушки, и уж совсем не пишут о разграблении города Чесма, где «нашли богатую добычу, состоящую преимущественно из шелковых и бумажных тканей, оставшихся в лавках и на фабриках». Кроме того, в качестве трофеев достались выброшенные на берег линкор «Родос» и галеры. Не вспоминают о трофеях кораблей «Святослав», «Саратов», «Не тронь меня» с двумя фрегатами, которые блокировали Дарданеллы и собрали богатый урожай торговых судов. Так же забыты действия Алексея Григорьевича Орлова по грабежу изобилующих хлебом и скотом турецких берегов. Сегодня об этом говорить неприлично, бомбы и ракеты летят совершенно бескорыстно, только ради утверждения принципов демократии.

Глава 8

ГЛАВНАЯ БАЗА

Капитан-лейтенант Владимир Викторович Темляков впервые оказался на борту корабля в роли пассажира, причем на борту «Властелина». Кораблем командовал недавний выпускник Высшего военнокосмического училища объединённого флота Галактического альянса. Как всегда неожиданно пришел приказ, где Темлякову предписывалось передать корабль и вместе со своим экипажем прибыть на уже знакомую верфь в системе Денеб. Капитан-лейтенант Бобров встретил своих подопечных у телепортала и сразу провел в штаб, где незнакомый и не представившийся генерал поздравил с повышением в воинском звании и вручил от имени президента награды. Темляков стал капитан-лейтенантом, а на груди у него теперь сверкала Звезда третьей степени.

— Михаил Степанович, за что нам такая честь? — После выхода из генеральского кабинета весь экипаж насел на своего непосредственного начальника.

— А вы не догадываетесь?

— Да ну вас, своими догадками мы можем нафантазировать всё что угодно.

— Какие вы, однако, скромники, — засмеялся Михаил Степанович. — Обнаружили главную базу флота марутов и спрашивают, за что наградили.

— Тогда награда не по заслугам, — ответил Владимир. — Выход на главную базу особых талантов не потребовал.

— Вообще-то все награждены по совокупности заслуг. Здесь и паспортизация индивидуальных параметров кораблей вероятного противника, и исследование его территории.

— Мы всего лишь выполняли ваши приказы.

— Хорошо выполняли, за что и награждены. Сейчас отправляйтесь в двухмесячный отпуск, а по возвращении получите головную боль.

— Как это? Нам предстоит штабная работа?

— Не волнуйтесь, никто вас не посадит за стол, предстоит освоить новый корабль.

Михаил Степанович Бобров с лёгкой завистью посмотрел вслед молодёжи, которая весёлой гурьбой направилась в административный отдел оформлять документы.

На самом деле награды более чем заслуженные, по тылам Свободной и Единой галактик шарился не один корабль-шпион, но главную базу нашел именно Темляков. Когда рапорт командира «Властелина» лёг на стол президента, тот только воскликнул: «Это же давно известная методика!», — но смысл своих слов не пояснил.

Во второй половине пятидесятых годов советская авиация дальнего действия получила достаточное количество самолётов для ВМФ. Перед лётчиками Ту-95 поставили новую задачу поиска американских ударных авианосных соединений. Летали парами, один с системой АВАКС шел на большой высоте, второй с имитацией ракетного удара находился ниже. Первый полёт оказался безрезультатным: пилоты не смогли идентифицировать цель среди различных торговых судов. Возник вопрос разработки методики поиска, которую успешно решили экипажи во время второго полёта. Дело в том, что на огромных самолётах стояла система подавления поискового сигнала локаторов противника. Аппаратура того времени была громоздкой и применялась только на боевых кораблях и на Ту-95, но результат оправдывал затраты — самолёты становились невидимыми для радиолокаторов. Вторая пара сработала на «живца»: лидер с системой АВАКС отключил систему подавления, и американцы засекли советского разведчика. Дальше дело техники — определить точку взлета истребителей не составило труда. Пока полосатые пилоты резвились вокруг «злобного русского», ударный самолёт спокойно прошёл над беззащитным авианосцем.

Так зародилась идея паспортизации каждого корабля НАТО. Попов не только изобрёл радио, но и придумал посылать прерывистый сигнал по азбуке Морзе. С появлением радистов родилась и радиоразведка, ибо каждый оператор имеет свой почерк. Никто не считает точки и тире. Каждая группа имеет собственное звучание и воспринимается как обычная речь. Например, старший радист линкора «Тирпиц» к каждой группе добавлял лишнюю точку, но она не нарушала мелодию текста. Именно эта индивидуальная особенность почерка и послужила причиной гибели корабля. Советская радиоразведка засекла работу этого радиста, пеленгаторы определили местонахождение линкора, и началась охота. В море вышли подводные лодки, союзники, получив из Москвы важные разведданные, вывели из баз свои лучшие корабли. Торпеда с подводной лодки К-21, казалось бы, нанесла незначительные повреждения, всего лишь сорвало кингстон забортной воды. Но если принять во внимание метровый диаметр трубы и разрушенный запорный клапан, становится понятной причина постановки линкора в ремонт.