Шаг. И я сглатываю. Шаг. Спускаю ноги с кровати, чтобы встать и отойти от неё подальше. Шаг.
Мои глаза упираются в его начищенные до блеска остроносые жемчужные туфли. В носу зудит от подступающих слёз. Я не решаюсь смотреть на него.
– Спасти? – усмехается зло. – Я УЖЕ тебя спас, Алана.
Его холодные пальцы больно обхватывают мой подбородок и задирают его вверх. При виде моих слёз лицо Иниса искажается ненавистью:
– Ты не рада? Дрянь!
От хлёсткого звука пощёчины звенит в ушах, голову отбрасывает в сторону. Резкий поворот шеи проходится по шее раскалённым прутом. Я теряю равновесие и падаю вниз с кровати, ударяюсь о каменный пол сначала бедром, а затем головой, и всё вокруг меркнет.
Открываю глаза и изо рта вырывается хриплый стон. Вокруг темно, хоть глаз выколи. Не сразу вспоминаю, что я, кто я, где я.
Чувствую щекой грубое сукно. Во рту всё слиплось, щёки стянуты высохшими слезами и очень хочется пить. Приподнимаюсь на локтях и поворачиваю голову. Больно. Разминаю затёкшую шею. За окном ночь. Шумят волны.
Сползаю с кровати. На непослушных ногах добираюсь до окна. Прислоняюсь лбом к холодным железным прутьям. Смотрю, не моргая, на горизонт, тонущий во тьме.
Несколько месяцев прошло, а я опять в этой точке. С тем же. Всё в том же кошмаре. Снова. Кладу руку на совсем уже плоский живот, и сердце сжимается.
Думала, я тогда на дне. А теперь снизу постучали. Оказывается, бывает хуже. Много хуже. Рулэнд, сыночек. Аах. Поднимаю глаза к потолку, смаргивая слёзы.
Замираю на месте, когда за дверью раздаются шаги, лязганье железного засова, поворот ключа. Боже, сколько предосторожностей! Можно подумать, я в том состоянии, чтобы выламывать дверь! Щёлкает замок, и я оборачиваюсь.
В дверном проёме, небрежно прислонившись плечом к косяку, стоит Инис. Его силуэт освещён факелами из коридора.
Пары секунд мне хватает, чтобы понять: что-то не так. Светлые волосы дракона растрёпаны. Белая рубашка расстёгнута на груди. Камзола нет. В голове мелькает догадка. Мужской силуэт приходит в движение. Он отделяется от дверного проёма, и Инис делает шаг по направлению ко мне.
Наблюдаю за его нетвёрдой походкой.
– Ал-ланочка! – тянет насмешливо и с издёвкой, разводит руками в стороны.
Язык заплетается. Мой нос улавливает запах спиртного.
Бездна! Да он пьян! Внутри всё леденеет. Я не дышу. Вжимаюсь спиной в решётку окна. Хочу с ней слиться, раствориться, исчезнуть.
Даже когда он был трезв, это не мешало ему срываться на мне. Что уж говорить сейчас? Ни слова. Молчу, чтобы, не дай Бог, не предоставить ему лишний повод. Не сделать что-то не так.
Быстро осматриваю комнату на предмет какого-то средства защиты. Чего-то потяжелее. Как назло, ничего.
К счастью, вместо того чтобы подойти ко мне, дракон садится на кровать. Сутулит плечи, роняет голову на согнутые в локтях руки, впивается пальцами в тонкие пряди платиновых волос.
Расширенными от удивления глазами смотрю на него. В комнату проникает тусклый серый свет – предвестник нового дня. Ещё одного. Такого же кошмарного, как предыдущие.
– Иди сюда! – не поднимая головы, Инис хлопает по кровати рядом с собой.
Мысленно уговариваю себя быть послушной и не злить его. Отталкиваюсь ладонями от холодной стены и медленно приближаюсь. Делаю, как сказал. Не показываю страха. Опускаюсь на кровать рядом с ним. Матрас прогибается под моим весом.
Складываю руки на коленях. Вздрагиваю, когда холодная и влажная ладонь Иниса накрывает мои сжатые в кулачки пальцы. Давлю в себе горячее желание отдёрнуть руки.
– Я так больше не могу, – раздаётся сбоку, и я резко поворачиваю голову. – Ты меня сводишь с ума, Алана. Смотри, что ты делаешь!
Сказать, что я в шоке от того, что слышу – ничего не сказать. Я настолько поражена, что несколько секунд просто хлопаю глазами, пытаясь понять, он и правда сказал это или мне примерещилось?
– Это Я с ума свожу? ТЕБЯ? – шепчу дрожащим голосом.
Продолжая удерживать мои руки, Инис подаётся вперёд, и выдыхает перегаром мне в лицо:
– Ты!
Его глаза покрасневшие, на скулах проступила серая щетина. Когда блуждающий взгляд мутных серых глаз останавливается на мне, ноздри дракона начинают зло раздуваться, а тонкие губы дёргаться.
– Ненавижу тебя, – цедит сквозь зубы, – если б ты только знала, как я тебя не-на-ви-жу. Тебя и всю твою семейку Мэрвиров великолепных, которые смотрят на меня как на грязь! Хотели продать тебя подороже, а тут я! Ик.
– Что… ты такое несёшь? – шепчу поражённо.
– Думаешь, я не замечаю, как вы все на меня смотрите? – губы Иниса кривятся в злой усмешке, обнажая бело-серые острые клыки. – Как на вошь! Снизошли до ущербного! Пришлось! А если б не метка, даже срать бы не сели со мной на одном поле! Как же это, с*ка, бесит! Когда тебя презирают!
– Какая ещё вошь? – цепляюсь за слово, которое отчего-то задело, всё-таки отдёргиваю руки и встаю. Разворачиваюсь к нему лицом и нависаю, забыв о страхе. – Да я тебя любила! Если я так тебе противна, надо было разъехаться! Отпустить меня, и дело с концом!
Инис закрывает лицо ладонью. Его плечи сотрясаются. Поначалу мне кажется, что он плачет, но потом понимаю – смеётся. Окончательно перестаю осознавать, что, вообще, происходит. Какой-то затянувшийся сон сумасшедшего, не иначе.
– Какая же ты глупая, – качает головой, отнимает руку от лица, смотрит на меня снизу вверх своими покрасневшими глазами. – Не могу я!
– Что?
– Видеть тебя не могу. Но и отпустить тоже. Эта проклятая привязка всю душу мне вынула. Ещё чуть-чуть, и я бы вскрылся! Одновременно хотеть и люто ненавидеть. Это невыносимо, А-лана.
– А сейчас? – прячу за спину руку с чёрной меткой Сардара.
Инис задумывается на мгновение, смотрит в сторону, словно прислушивается к ощущениям:
– Сейчас лучше, – он встаёт и делает шаг мне навстречу.
Я инстинктивно отступаю назад, но шаг Иниса шире. Он оказывается рядом. Холодные влажные ладони ложатся на мои плечи, выпуская из места касания с кожей волны неприятных мурашек. Хочется передёрнуть плечами и сбросить с себя его руки, но я терплю.
– Сейчас лучше, – повторяет он. – Меньше давит на мозги. Проще себя контролировать. Так что твой дружок оказал мне услугу. Скажу ему спасибо при встрече.
– Что…
– Идём-ка. Прогуляемся. Есть разговор.
С этими словами он разворачивает меня и мягко подталкивает в спину в сторону выхода. Мне ничего не остаётся, кроме как повиноваться и идти вперёд.
Чувствую спиной тяжёлый неприязненный взгляд Иниса.
Я впервые покидаю пределы комнаты. Коридор освещён пляшущим пламенем настенных факелов. Пахнет смолой и гарью. Сквозит. Решаю внимательно запоминать дорогу и расположение замка.
После поворота коридор упирается в лестницу, поднявшись по которой, я оказываюсь перед тяжёлой деревянной дверью. Инис обходит меня и толкает дверь.
Бледнею, когда вижу, что за ней. Врастаю ногами в пол. Не хочу туда! Но Иниса Тайтона мало волнуют мои желания:
– Вперёд! – раздаётся над ухом его сухой приказ, и на моём плече смыкается ладонь.
– Зачем? – пытаюсь сопротивляться, но Инис сильнее.
– Увидишь.
20. Последняя схватка
Алана.
Порыв сильного утреннего ветра бьёт в лицо, швыряя на глаза пряди волос. Зажмуриваюсь и задерживаю дыхание. Цепкие пальцы бывшего мужа сдавливают талию, не позволяя сдвинуться с места. Инис выталкивает меня вперёд.
Делаю несколько шагов. Голые ступни холодит шершавый холодный камень, царапают соринки и пыль. Ветер сильный, но тёплый. Юбка облепляет икры и бёдра. Слышу шум волн, бьющихся о скалы. Пахнет солью.
Убираю с глаз волосы. Осматриваюсь. Мы на высокой башне. Впереди, справа, слева сколько глаз хватает – лишь бескрайний бушующий океан, над которым прямо сейчас встаёт золотистое солнце, раскрашивая серую воду в голубую лазурь. Так красиво.
