Шагая рядом с Диланом, она старалась не думать, куда они направляются, просто механически переставляла ноги. Все больше хотелось махнуть рукой на достоинство и обратиться в бегство. Необходимо было как-то собраться, привести в порядок разбегающиеся мысли.
– Ну разве этот парк не чудо? Он занимает более двадцати акров земли в самом центре Саванны. Здесь масса зелени. Не каждый город может этим похвастаться. – Боже, что она несет! Кейт беспомощно добавила: – Из всех парков это самый красивый.
– Прибавь шагу, – только и сказал Дилан.
– В Силвер-Спрингс зелени не так много. – Она еще больше замедлила шаг. – Но есть проект большого парка, который уже заложен...
– Да, я заметил по дороге в полицию, – рассеянно перебил он.
– И это будет не единственный, – говорила Кейт, топчась на одном месте. – Каждый житель должен внести свою лепту, посадить хоть одно дерево! В конце концов парки соединятся в один сплошной пояс зелени, и хотя Силвер-Спрингс никогда не достигнет величия Саванны, по-своему наш городок...
Внезапно взгляд ее упал на вывеску, где среди прочих фирм красовалось: «Смит и Вессон». Она застыла как вкопанная.
– Давай немного посидим в этом чудном парке!
– Некогда.
– Ты же сказал, у нас есть пятнадцать минут!
Дилан, размышлявший о том, чем чревата предстоящая встреча, вернулся к действительности и удивленно оглядел Кейт. У нее был испуганный вид. Он понятия не имел, как поступают в таких случаях, но уж точно не собирался ободрять ее на тротуаре.
– Ладно, давай посидим.
– Спасибо! – сказала она тоном безмерного облегчения.
– Но разгуливать по парку нам в самом деле некогда.
– Тогда посидим немного вон в той кофейне. Ты ведь пьешь кофе, да? А для меня там наверняка найдется охлажденный чай.
Они уселись за миниатюрный круглый столик в глубине кафе. За неимением кондиционера персонал распахнул настежь обе двери. Старенькие вентиляторы под потолком крутились вовсю, оба с забавным звуком, напоминавшим щелканье кастаньет.
– Не так-то легко найти место в обеденный перерыв, – заметила Кейт. – Нам повезло.
– Да уж, конечно, – хмыкнул Дилан. – Просто здесь жарища, как в топке, вот народ и не задерживается. Но это даже к лучшему. Есть возможность обсудить, чем ты так напугана.
– Если ты плохо переносишь жару, идем в другое место.
– Переживу.
Подошла официантка. Кейт подождала, пока Дилан сделает заказ, потом спросила:
– Что сказал Нейт?
– Что Карл исчез бесследно. На него пришлось завести дело.
– Только потому, что исчез?
– Не только. У него проблемы.
– Какие? – недоверчиво спросила Кейт.
– Финансовые, как я и предполагал.
– Ну перестань!
– Неуплата налогов.
– Что за чушь!
– Почему чушь?
– Потому что Карл – человек богатый! Чего ради ему уклоняться от уплаты налогов?
– Был богатый, но с тех пор изрядно поиздержался.
– Неужели?
– А что, он никогда и словом не обмолвился о нехватке денег?
– Карл? О нехватке денег? – Кейт против воли засмеялась. – Это южанин, джентльмен до кончиков ногтей. Жаловаться на нехватку денег на Юге считается дурным тоном. Это неприлично, понимаешь?
– Скажите на милость!
– Да, вот так. – Она посерьезнела. – Существует неписаный свод правил, нарушив которые джентльмен запятнает свою честь, а здесь это не менее ценная вещь, чем деньги.
Официантка обошла ее взглядом, как пустое место, зато Дилана осияла улыбкой и так низко склонилась над столом, расставляя заказ, что открыла для обозрения большую часть бюста. Кейт едва дождалась, пока она отойдет.
– Просто не могу поверить! – Она отпила чаю и задумчиво заглянула в глубь стакана. – Бедный Карл! Он всегда был так добр, так близко принимал к сердцу чужие неприятности... а скольким помог!
– Можно узнать чем?
– Помогал продвинуться людям молодым и талантливым, давая в их честь благотворительные вечера. Когда-то он дал толчок и моей фирме.
– Это ведь он предложил раздать на том вечере твои подарочные наборы?
– Да, он. Продолжает продвигать нас, не оставляет без внимания. – Кейт запнулась. – Ах вот ты о чем! Я не сразу сообразила. Оставь, Дилан. Карл никому не причинил бы зла. Я же сказала, это настоящий джентльмен! Не так давно он предложил мне партнерство. Северянин прямо спросил бы, не нуждаюсь ли я в финансовой поддержке. Карл с его утонченным воспитанием никогда не скажет так в лоб, но смысл тот же. Он хотел помочь, а как это было бы возможно при нехватке денег?
– Когда он предлагал тебе партнерство? И почему, черт возьми, ты об этом не упомянула?!
– Не вижу, в какой связи.
– Так когда же?
– Год назад.
Дилан взглянул на часы, в два глотка осушил чашку и достал бумажник.
– Допивай, нам пора.
– Спешить некуда. Договаривай, что еще узнал от Нейта.
– Он наводит справки о твоих родственниках, и я надеялся, что уже смогу получить от него какую-то информацию.
– Но не получил?
– Пока нет. Нейт страшно занят, за него этим сейчас занимаются другие, а у них нет личного интереса.
– Ни к чему обременять его. Мы вот-вот все узнаем из первых рук.
Про себя Кейт добавила: «И очень жаль». Она совершенно не была готова к встрече лицом к лицу. Ну зачем она согласилась ехать в Саванну?! Вообще-то она сопротивлялась. Ее загнали в угол.
– Кейт, мне тоже не по душе, что мы идем туда вот так, вслепую. Предпочитаю знать, с кем имею дело.
– Ода!
– Потому ты и перепугана, верно?
– До полусмерти!
– Хочешь об этом поговорить? – Когда Кейт не ответила сразу, Дилан мягко заметил: – До полусмерти – это уж чересчур.
– Ну, может, это преувеличение. Но я надеюсь...
– На что?
Она прикинула, не лучше ли уклониться от ответа, и решила, что откровенность облегчит душу. Раз уж Дилан знал о пресловутой ссуде, не было смысла скрывать остальное.
– Мать уже преподнесла нам посмертный сюрприз, – сказала она с горечью. – Надеюсь, то, что ждет меня в конторе, не окажется еще одним, даже более ужасным.
– Думаешь, у нее были какие-то контакты с семьей за вашими спинами? – удивился Дилан. – С чего это пришло тебе в голову? Она ведь никогда не говорила о них.
– Она помалкивала и о ссуде, – резонно заметила Кейт. – Не нравится мне, что письмо было послано из адвокатской конторы. Что, если мать занимала и у родных, а теперь они потребуют эти деньги назад?!
Несколько тягостных мгновений Дилан изучал ее разгоряченное лицо, потом спросил как бы между прочим:
– И долго ты намерена злиться?
– Я не злюсь! Я глубоко разочарована!
– Нуда, конечно.
– Это чистая правда!
– Как же! Это всего-навсего отговорка, за которой ты скрываешься, потому что не готова признать правду. А она такова: ты бесишься, ты в ярости, ты вне себя от возмущения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
