можно открыть, но для этого тебе придётся… воспользоваться порталом и кое-кого найти.
Вновь кивнул, обозначая тем самым, что понял сказанное, отложил один нарукавник и взял второй.
— Бессмертные имеют связь со своим покровителем Отцом Кузней. Используй её, чтобы открыть проход к тем, кто когда-то бежал в этот мир вместе с членом Ордена Архитекторов. Найди этого человека, и он поможет тебе вернуться.
— Искать иголку в стоге сена, — хмыкнул я. — Это может занять слишком много времени.
— Возможно, — спокойно сказал Хранитель. — Но в данный момент это для тебя лучший вариант. Помимо этого, во чтобы то ни стало, брат Райнер, ты обязан уберечь юного Охотника. Путь Ярослава ведёт сам Кодекс, и этого мальчика ждёт великая судьба.
— В таком случае разве Старейшины не должны были бросить все силы, чтобы прийти в этот мир?
— Будь это так, то Орден уже был бы здесь, а Неназываемый вторгся лично. Хранители рьяно оберегают этот молодой мир и его границы…
Отложив нарукавник, поднялся и повёл плечом, посмотрев на Хранителя Кодекса.
— Значит, найти члена Орденов Архитекторов… Благодарю за помощь, Хранитель.
Он вновь улыбнулся, а затем начал исчезать, но перед тем, как уйти полностью, спокойным голосом зачитал неизвестные мне строки.
Огонь свечи мерцает тихо…
Шаги домой ведут в ночи…
Дом встретит, в сердце боль растает…
Здесь свет надежд моей души…
В один миг всё затихло, а я стоял и смотрел на то место, где ранее находился Хранитель, услышав напоследок слова, будто шепот, принесённый ветром:
— Твой названный сын завершил свой труд, брат Райнер…
Не знаю, сколько я так стоял и пялился в одну точку, но вот полог палатки отдёрнули и внутрь вошёл перепачканный в крови Ефрем.
— Легион прибыл, Благородный Венатор! — преклонил он колено. — Каковы будут ваши дальнейшие приказы?
Уйдя в себя после слов Хранителя, я даже не сразу понял, что он конкретно сказал, а когда пауза затянулась, Ефрем поднял голову и спросил:
— С вами всё хорошо, господин?
— Да, — немного рассеяно ответил я, ощущая на душе покой и умиротворение. — Пусть Легионеры отдохнут, да и тебе не помешает.
— Мы ещё можем сражаться! — выпалил Ефрем.
Знакомые слова, а уж сколько раз мне доводилось их слышать ранее… Не сосчитать.
Улыбнувшись, я подошёл к нему и положил руку на окровавленный наплечник.
— Верю, что можете, но сейчас отдохните. Это приказ, Ефрем, — добавил я в голос стальных ноток.
Тяжело вздохнув, ему не оставалось выбора, кроме как произнести:
— Как прикажете, Благородный Венатор…
Глава 14
Сидя в своей палатке при свечах, я продолжал разбирать бумаги и отчёты, которых набиралось всё больше и больше.
За пологом моего временного жилища стояла глубокая ночь, но большая часть форта не спала. Караульные на стенах бдели, патрули внутри лагеря бродили по маршрутам, а остальные либо отдыхали, либо готовились к завтрашнему дню.
Расслабляться было нельзя, поэтому весь личный состав форта, что мог сражаться, был готов в любой момент встать в ружьё.
Пятьдесят четыре человека. Ровно столько мистер Доусон решил указать в своём списке, коротко приведя, в чём конкретно тяжесть ран этих людей. В основном — отсутствие конечностей, либо же очень сильное повреждение органов. У одного так вообще половина головы отсутствует, и жив он лишь благодаря целителям, поддерживающим его состояние.
Много, если учитывать количество доступных мне эликсиров. В реалиях войны пятьдесят четыре человека даже не цифра, а так, капля в океане, но для той помощи, что запросил Доусон, это слишком много.
Задумавшись, как лучше поступить, увидел, как пламя от свечей начало лихорадочно «танцевать». Тени от раскладушки, стойки с доспехами и небольшого стола поплыли и начали расти.
Явились, не запылились.
Раздался тихий хлопок, и, стоило мне повернуться, как я увидел Агареса. Вслед за ним, опаздывая на секунду, из теней выплыл Заебос. Вот только если Генерал был спокоен и собран, то Герцог… выглядел так, словно накосячил. И я догадался, где именно.
— И где пленник? — сухо спросил я, не наблюдая рядом с этой компашкой нужного мне кровососа.
— У него спроси, — махнул рукой Генерал, уселся на мою кровать, достал трубку и закурил.
Я перевёл глаза на Заебоса, а тот возмущённо уставился на своего напарника. И взгляд у него был такой, будто его предали.
— Это не моя вина! — начал он отнекиваться, хотя я ещё ничего конкретного не спросил. — Оно само вышло!
— Та-а-а-к, — помассировал переносицу. — Вы потеряли пленника?
— Он его убил, — сухо ответил Генерал, выдыхая кольца дыма.
Вот же ж… дерьмо. Приближённый мог помочь мне выйти на Истинного, даже если бы сам того не хотел. А уж то, что он противился бы, я уверен на все сто. Вряд ли бы он мне рассказал много чего полезного, но связь с покровителем у него была и по ней вполне возможно отследить. Вот только ни пленного, ни информации теперь нихера нет, а где ещё взять приближённых — хороший вопрос.
— Я его не убивал! — раздражённо парировал Заебос. — Его сожрали мои тени!
Ещё интереснее.
— Твои твари слушаются только тебя, — спокойно произнёс я, внимательно всматриваясь в лицо демона и отслеживая на нём любое изменение. — Как так получилось, что они сожрали приближённого?
— Такое бывает, — виновато опустил он глаза в пол. — Когда мы уничтожили вторую армию, они, видать, почувствовали, насколько приближённые вкусные и… В общем, я их не удержал. Мой косяк, Райнер, признаю…
Не знай я Заебоса, то поверил бы. В его голосе было столько раскаяния, а всем своим видом он выражал, как сильно сожалеет о своём косяке.
Да… Поверил бы, но не верю. Слишком хорошо я знаю этого демона. Слишком много дерьма он сотворил, действуя не только в ущерб, но и иногда для блага. Как своего, так и других. Если говорить проще, то Заебос — идеальный прообраз антигероя, какого можно встретить в литературных романах этого мира. Но у нас не литературный роман, а реальная жизнь, и даже после всего прожитого и прошедшего я старался держать Герцога на расстоянии вытянутой руки.
Мы переглянулись с Генералом, и я увидел в его глазах, что он тоже не верит Заебосу. Вот только что у него, что у меня доказательств никаких нет. Только слова и домыслы,
