Вроде…
— Всё, пойдём! — согласилась Люба, и мы, взявшись за руки, побрели к гостинице. — Ты такой молодец, что маму с нами взял! Ты же нашу мечту исполнил!
Люба уже раз сто об этом сказала, но мне всё равно было приятно, что я порадовал своих девочек поездкой. Мы хотели после свадьбы отдохнуть, только заебался я ждать эту самую свадьбу. Сначала мы ждали, пока тёщу будущую выпишут, теперь ждём, пока Полина поправится.
Надо ж было такому несчастью с девочкой приключиться! Люба чуть с ума не сошла, пока Поля в больнице была, да и я переживал сильно. Так жалко девчонку было, словами не передать! Сейчас уже Лев забрал её домой, но нужно было немного подождать, пока Поля окончательно на ноги встанет.
Я не спорю, Любе важно, чтобы её самые близкие люди были рядом в такой прекрасный и волнительный момент, только у меня сил ждать никаких нет. Жду, жду, жду! Сколько можно?
Хоть свадебное платье Любаша нормальное купила. Я его не видел, она спрятала его где-то в доме, но счёт пришёл приличный, слава тебе господи! Экономит на всём. Не так, как раньше, уже не до абсурда, но всё равно умудряется. На работу липовую Люба возвращаться отказалась, занялась домом, садом. Готовит будущая тёща теперь, а Люба роется в земле, чё-то моет, передвигает в доме, детскую украсила, к сессии готовится.
Так даже лучше, что не работает она. Тоскливо мне в офисе без неё, но, зато, домой прихожу, как будто в сказку! Встречает меня Любаша, как царя, и пахнет дома пирогами и блинами!
Короче, счастлив я до жопы! Почти.
— А когда уже моя мечта исполнится? А, Люба? — намекаю я ей на ребёнка.
Мы заходим в номер, и я кайфую от прохладного воздуха вокруг меня. Сейчас в душ сгоняю и пиво открою, наконец-то!
— Может, и сегодня! — загадочно улыбается мне Любаша.
— Ты конкретно говори! Пить мне пиво? Или нет?
У меня аж руки задрожали от предвкушения. Неужели, зайка согласится ребёнка зачать до свадьбы? Я уже не мальчик. Вдруг не получится у меня ребёнок? Надо быстрее проверить, мало ли что?
— Пить или не пить — вот в чём вопрос, — рассмеялась Люба, интригуя меня ещё сильнее. — Пойдём сходим в душ, любимый. Разговор есть. Очень важный!
Раз важный, надо идти!
— Ты мне ничего не хочешь рассказать Егор? — хитро улыбаясь, Люба намыливала мою грудь мочалкой, пока я бессовестно лапал её остренькие грудки, прикидывая, как наш ребёнок будет сосать эту самую грудь. Надо сейчас трогать, потом делиться придётся. — Секретик у тебя есть. Я хочу чтобы ты во всём признался!
— А? Что?
Я так увлёкся титьками, что прослушал, о чём говорила моя прелесть. Чёрт, разговор же серьёзный?
— Ты что-то сделал, а мне не рассказал. Признавайся, Егор! А не то я рассержусь! — пригрозила девчонка.
Первый раз, когда Люба разозлилась, я по морде получил, а во второй раз она меня чуть не бросила. Злить её в третий раз — так себе идея. Надо рассказать ей про клумбу. Чего уж? Интересно, откуда она узнала? Из прислуги никто проболтаться не мог. Или мог?
— Злиться из-за такой ерунды? Тебе делать нечего? — Я повернулся спиной, кайфуя от того, как чувственно и нежно меня намыливают. Уже и дружок мой почти наготове от такой ласковой девочки. — Я просто хотел, чтобы ты со мной время проводила, а не полы драила. Вот я и придумал для тебя занятие. Красиво же получилось? Всё цветёт и пахнет! А до этого правда стрёмно там было. Лично я не жалею, что розы повыдергал, чтоб ты знала!
Я разнежился в душе, поэтому не сразу заметил, что Люба перестала меня мыть и вообще трогать.
— Это ты о чём, Егор? — послышался за моей спиной возмущённый голос Любы. — Ты что нарочно клумбу изуродовал, чтобы меня с толку сбить?
— Ну, да! — я повернулся к девушке, чтобы лучше её видеть.
— Ах, ты… — она стояла, хлопая ртом, как будто охренела оттого, что я только что ей рассказал.
— Погоди… А ты о чём? — уточнил я, поняв, что я, как последний болван, рассказал то, что не положено. Тогда в чём ещё меня подозревает эта белобрысая злюка?
— Я вообще-то, о том, что ты заплатил за реабилитацию моей мамы, а мне не рассказал! Вот я о чём! — чеканя каждое слово, злобно выпалила Люба.
— Да это вообще не я!
— А кто?
— Да откуда я знаю? Я хотел, признаюсь, но в больнице мне сказали, что всё уже оплачено.
— Ты меня не обманываешь?
— Клянусь!
Клумбой клясться больше не стоило. А чем-то другим я не хотел. Люба ненадолго задумалась, намыливая свои волосы, и я выдохнул с облегчением. Лоханулся, как школьник. Всё, больше у меня секретов нет. Хрен она больше меня подловит!
— Так странно, Егор. Поля как раз в коме была, когда мамин счёт оплатили, вот я о тебе и подумала…
Блять, я почти её уломал! Да чёрт! Надо дожимать зайку. На острове так красиво, что сам бог велел тут размножаться!
Я уже знал, как сбить эту милаху с толку. Сейчас я её вмиг запутаю!
— Рад бы сказать, что это я тот добрый волшебник, но ещё раз говорю, не платил я ничего. Не успел. А теперь всё, Люба, я обиделся за твой необоснованный наезд! — тут же подхватил я. — Ты же уже знаешь, как просить у меня прощения, зайка?
Я положил руку на плечико Любы и надавил на него, пытаясь поставить девчонку на колени. У меня не вышло, потому что она сопротивлялась.
— Вообще-то, ты тоже должен извиниться! За махинации с клумбой!
— Давай сначала ты извинишься, — предложил я, нетерпеливо дёргая Любу к своему члену. — А потом я извинюсь, и мы будем в расчёте?
— Ты ребёнка хотел делать или извиняться? Сам знаешь, что он так не появится, хоть заизвиняйся!
— Согласен! Отложим извинения на потом! — радостно воскликнул я, выскакивая из душа первым, увлекая за собой Любу. Обтёр её наспех полотенцем и утащил в кровать. — Кого будем делать, Любаша? — нависая над невестой, уточнил я. — Сына или дочь?
— Я хочу дочку!
— Отлично! Но если получится пацан, мы потом дочку ещё сделаем?
— Если родится сын, будешь извиняться, Егор! Очень долго.
Люба звонко расхохоталась, запрокинув голову. Придётся постараться над дочкой и отлюбить свою зайку ювелирно, с полной отдачей. Лизать этот сочный, свежий персик я могу бесконечно долго, но мне кажется, что я тоже дочку хочу. Ещё одна принцесса в доме — и я в
