Пассивный прием стихии воздуха.
Придает вашим ударам и другим боевым приемам свойство рикошетить 25 % урона, направляя его в ближайших от цели противников с 15 % вероятностью покалечить.
Стоимость использования: 10 единиц духа за каждый удар (автоматически).
Стоимость: 4 очка обучения.
Последний выбранный прием был этакой облегченной версией Ясности. Я взял его за возможность еще больше повысить урон, наносимый в короткое время.
Стремительность урагана 1-го уровня
Активный прием стихии воздуха.
Придав себе стремительность урагана, вы движетесь и атакуете на 100 % быстрее.
Стоимость использования: 500 единиц духа за активацию и дополнительно 50 единиц духа в секунду.
Стоимость: 3 очка обучения.
Стремительность урагана в Ясности — это… Чувствую, я смогу ставить мир на паузу.
Попрощавшись, Ояма не спешил уходить. Побуравив меня взглядом, сухо сообщил:
— Слышал о твоей победе над Аваддоном.
За все это время он впервые дал понять, что знает об итогах Демонических игр.
— Да, демон упоминал, что помнит вас. Узнал ваш стиль, наставник.
— Когда мы познакомились, он еще не обратился к Хаосу, а потому интересовался нашим Путем. Хаос дал ему больше силы и куда быстрее, чем дал бы Путь духа. И все же ты победил его. Я горжусь тобой, ученик!
— Спасибо, наставник. — В глазах защипало, похвала легендарного гранд-мастера стоила многого.
— Эфир полнится шепотками о том, что ты собираешься в Преисподнюю. Это так?
— Не знаю, удастся ли, но мне нужно туда попасть. Не для себя, а ради всего Дисгардиума. Вот — а
— Что ж… — Ояма взял меня за плечи, пристально посмотрел в глаза. — Не верю в удачу, поэтому просто пожелаю вернуться, достигнув цели, ученик.
Глава 10. Боги не заинтересованы в справедливости
Туаф — крупный город на юго-западе Содружества и, пожалуй, ближайший к Тристаду. Если бы границы песочницы открыли, игрокам было бы проще всего добраться до Даранта через Туаф. Когда-то этот вольный человеческий город постоянно подвергался набегам степных кочевников, в крови которых перемешалось столько рас, что их самих можно было выделить в отдельную. Устав от разграблений, старейшины города приняли решение войти в состав Дарантского королевства.
С тех пор прошла тысяча лет, но город мало изменился. Все так же его беспокоили кочевники, все так же горячий морской воздух лип к коже, а улицы загромождались бесконечными лавками местных и заезжих купцов. Туаф оставался важнейшим торговым перекрестком региона, тут имелись прямые портальные сообщения со всеми крупнейшими городами Дисгардиума, а также морской порт. Поэтому здесь встречались и гоблины, и орки, и гноллы, не говоря уже о расах Содружества.
Так что нашей четверке «угроз» и Краулеру добраться туда было несложно, ведь замок «Пробужденных» подключен к портальной сетке гильдии перевозчиков.
В портал я вошел, приняв облик Рагнара, выдуманного викинга 150-го уровня, а парни — под оборотным зельем. Нам не нужны были ни лишнее внимание, ни возможная потеря репутации. Мне придется убить первого советника Туафа — такое вряд ли сойдет с рук, если действовать открыто.
В оживленном портальном зале Туафа мы не задерживаясь направились к выходу. На улице сразу ощутили душный и горячий воздух, но в Лахарийской пустыне я привык к жаре посерьезнее.
— Расходимся, — тихо сказал я парням.
Не ответив, они разбились на пары и разошлись. Гирос отправился с Бомбовозом в городской совет, Краулер с Утесом — к дому Риона Стафы. Как и в Даранте, использовать своих верховых животных здесь запрещено.
Я же, спрятавшись в тени за колонной здания, ушел в Скрытность и взлетел. Пока самым сложным было найти первого советника. Парни пошли в два места, где он мог находиться с большой вероятностью. Я же взял на себя все прочие точки, куда Стафа наведывался по рабочим вопросам — биржа, порт, аукционный зал, Площадь гильдий. Не знаю, какой из Крапивы босс преступной организации, но как первый советник он был очень активен. Ничто важное в Туафе не происходило без его участия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Как и в любом крупном городе, что в реале, что в Дисе, Туаф сегментировался на районы разного уровня достатка. Я заметил бездомного юного орка, роющегося на помойке, и позолоченный экипаж кого-то из местных купцов. Величественный храм Нергала призывал горожан на утреннюю молитву, к нему стягивались роскошные кареты с породистыми конями и единорогами. Один дворф привез всю семью, причем в их экипаж была запряжена пятерка ящеров-альбиносов, обитателей степей Харестана — земли низкорослых и бурокожих степных орков, не признававших господство Империи.
На второй час поисков в чат группы пришло сообщение от Утеса: «Все к дому Стафы, он только что приехал!» Я рванул туда, пролетел половину расстояния, и Утес отписался, что Стафа покинул дом и выдвинулся на север города. Утес и Краулер последовали за ним, а я полетел, ориентируясь на их метки на карте.
Значки воина и мага двигались, но вскоре остановились. К этому времени я уже пересек почти весь Туаф и догнал парней. Бомбовозу и Гиросу до нас тоже оставалось недолго…
Фигурки Краулера и Утеса стояли посреди брусчатки, пролегающей между двухэтажных домов, я спикировал к ним и спросил, вертя головой:
— Где он?
— Ушел, — обескураженно ответил Краулер. — Повозка просто растворилась в воздухе. Примерно здесь.
— Уверены, что он просто не телепортировался?
— Портала не было, — сказал Утес. — Да и потом, если бы они вошли в портал, сначала исчезли бы кони, а потом карета, тут же все сразу пропало.
Я походил вокруг, всматриваясь в брусчатку узкой улицы, тесно поставленные каменные дома… Воздух струился вдоль нагретых стен, искажая картинку.
Рядом остановилась повозка, оттуда выскочили Гирос и Бомбовоз. Воин на ходу расплатился с извозчиком и вопрошающе кивнул нам:
— Ну?
— Ушел, — повторил Краулер. — Где-то тут. Просто исчез вот на этом самом месте вместе с лошадьми и повозкой! Хоббит-кучер, два крепких титана-охранника, две гнедые…
— Бездна! — выругался Бомбовоз. — И что делать?
— Ну явно не паниковать, — ответил я. — Вернется Стафа, никуда не денется.
— Вот только мне уже вылетать пора, — проворчал Утес. — Вечеринка, все дела, а мы тут застряли.
Гирос издал раздраженное рычание и негодующе посмотрел на него:
— Утес-сан зря беспокоится о какой-то вечеринке! Ничто не должно иметь большего приоритета, чем задачи мастера.
— Мастера? — переспросил Бомбовоз. — Ты это о ком?
— Гирос говорит о Скифе-сан, Бомбовоз-сан. Высшие силы определили его главным над нами, дав ему первую букву алфавита! И Гирос даже не говорит о том, что Скиф-сан — избран теми, кто не пробудился, а также лидер клана. Как можно о чем-то думать, когда тебе выпала честь помогать мастеру, Утес-сан? Гирос в недоумении!
Ниндзя ударил кулаком о ладонь, что, видимо, свидетельствовало о его крайней степени огорчения невежественностью Утеса. Извинившись за то, что позволил гневу взять верх, Гирос поклонился и сказал уже спокойно:
— Мастер, позвольте Гиросу остаться и наблюдать. Когда жертва появится, Гирос сообщит. Мастер?
Пока ниндзя выдавал пламенную речь, я исследовал территорию и заметил на брусчатке странный булыжник удивительно правильной формы. Пятиугольник едва заметно бликовал, на доли мгновения будто покрываясь тенью. Я жестом подозвал парней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Идите-ка сюда. Видите это?
Окружив меня, они вперились под ноги. Бомбовоз даже протер глаза.
— Что?
— Ну вот же! — я провел пальцем по подозрительному булыжнику.
— Обычный камень, такой же как остальные, — хмыкнул Краулер. — Ты в нем видишь что-то еще?
