и так целое хозяйство будет, – хмыкнул Митрич. – Ну, сам посмотри. И патроны, и ленты, и для чистки все нужное. А это все и вес, и ящики.
– Тоже верно, – задумчиво кивнул Руслан. – Ладно. Давай пробовать. Все равно испытания нужны, чтоб другие болезни найти. Да еще и выяснить, сколько выстрелов обычный винтовочный ствол выдержит. Или придется новый ствол к этой штуке придумывать.
– Да чего там придумывать, – отмахнулся Митрич. – Сделаю его чуть длиннее и толще, вот и весь сказ.
– И он будет греться быстрее и остывать дольше, – фыркнул Руслан. – Тут тоже не все так просто.
От раздумий их оторвал подмастерье, заглянувший в мастерскую и негромко сообщивший:
– Митрич, прощенья просим, тут это, спрашивают тебя. Говорят, очень надо.
– Иду, – кивнул мастер и, указав Руслану на стол, предложил: – Ты, Шатун, пока чайком побалуйся. А я быстро обернусь. Тут еще подумать надобно.
– Угу, – кивнул Руслан, не отрываясь от эскизов.
Случившийся за дверью мастерской шум заставил его покоситься на дверь и, хмыкнув, подняться. Осторожно приоткрыв тяжелую дверь, он выглянул в образовавшуюся щель и с удивлением увидел странную картину. Перед мрачно набычившимся мастером стоял какой-то хлыщ, явно из благородных, и, небрежно помахивая перед носом кузнеца стеком, что-то угрожающе вещал.
– Что здесь происходит? – жестко спросил Руслан, выходя из мастерской.
– Тебя, казак, это некасаемо. Уйди отсюда, – отмахнулся хлыщ.
– Вам бы, сударь, глаза разуть и гонор прибрать. Здоровее будете.
В голосе Шатуна прозвучало столько злости, что вздрогнул даже привычный ко всему мастер. Хлыщ, поперхнувшись очередной фразой, развернулся к Руслану всем телом и только теперь рассмотрел погоны на его плечах. Удивленно хмыкнув, он взял себя в руки и, гордо вскинув подбородок, ответил:
– Я хочу сделать этому кузнецу заказ на винтовку. Вас еще что-то интересует, сударь?
– И какую именно винтовку вы желаете иметь? – предельно вежливым тоном, граничащим с оскорблением, поинтересовался Руслан.
– Магазинную.
– Такие винтовки продаются в первую голову тем, кто имеет отношение к обороне государства. Все остальные могут приобрести подобное оружие по остаточному принципу, – все так же предельно вежливо пояснил Руслан. – Это приказ генерал-губернатора. Так что, если вас что-то не устраивает, можете обращаться в его приемную.
– Господин штабс-капитан, – снова начал заводиться хлыщ. – Я сам решаю, где, когда и что покупать. И если я желаю получить подобное оружие, то я его получу. В противном случае этот смерд сильно пожалеет, что посмел мне отказать.
– Выбирайте выражения, сударь, – рыкнул в ответ Руслан. – Этот мастер работает со службой контрразведки. Желаете побывать в одной из ее камер?
– За что? – растерялся от неожиданного заявления хлыщ.
– Был бы человек, а статья найдется, – выдал Руслан сакраментальную фразу.
– Ладно, – скрипнув зубами, пошел на попятную хлыщ. – К этому разговору мы еще вернемся. Не желаете ли представиться, господин штабс-капитан?
– Штабс-капитан, князь Ростовцев, Руслан Владимирович. К вашим услугам.
– Ростовцев? – задумчиво переспросил хлыщ. – Знакомая фамилия. Ваш отец, насколько мне известно, в столице весьма популярная личность. И надо сказать, слава эта не самого лучшего толка. Кажется, его многие не любят из-за долгов. И думаю, многие будут рады узнать, что его сынок может оплатить эти долги, – ехидно протянул хлыщ, с интересом разглядывая Руслана.
– Мне плевать, кому и что будет интересно, – презрительно хмыкнул Шатун. – Если не хватило ума понять, что папаше денег ссужать нельзя, то это только их проблемы. Как приедут, так и уедут. Ни с чем. Я никому ничего не должен, – жестко закончил он.
– Посмотрим, – со скрытой угрозой протянул хлыщ и, развернувшись, вышел со двора.
– Присмотри, куда пойдет, – приказал Руслан одному из казаков.
Развернувшись к мастеру, Руслан внимательно осмотрел двор и, покосившись на мрачно замерших подмастерьев, задумчиво протянул:
– У тебя тут свое оружие имеется? То, которое ты сам пользовать можешь?
– Так в мастерской стволов, как у дурака махорки, – удивленно проворчал Митрич.
– То на продажу. А спрашиваю про твое, собственное. Ты ж неплохо стреляешь, так чего дурью маешься? Почему своего оружия не имеешь? – насел на кузнеца Руслан.
– Ума лишился? – возмутился в ответ Митрич. – На дворянина и с оружием? Да меня после такого на каторгу закатают быстрее, чем мяукнуть успею.
– А кто вообще про дворян говорил? – ехидно усмехнулся Шатун. – Ночью все кошки серы. В общем так. Чтоб у кровати всегда заряженная винтовка стояла или револьвер под подушкой лежал. Тоже заряженный. Понял?
– Зачем? – снова не врубился мастер.
– Митрич, ты издеваешься? – зашипел Руслан разъяренной коброй. – Война идет. И я не хочу, чтобы какая-то сволочь моего лучшего мастера в расход пустила. Наймет вот такой хлыщ каторжных, и пиши пропало. А так хоть пальбой шум поднимешь. Или хочешь всего нажитого разом лишиться?
– Вот умеешь ты, Шатун, в душу харкнуть, – выругался кузнец. – Добре, – нехотя сдался он. – Буду теперь с собой револьвер носить. Есть у меня один, под мою руку сделанный.
– Неужто дошло, – поддел его Руслан. – В общем так. Ночью, ежели что, пали смело. Тут ты в своем праве. Двор твой, мастерская и склады на подворье. В общем, сам хозяин, сам и защищаешь. А вот днем на одежду и на рожи смотри. С дворянами не вяжись. Этих сразу в контрразведку посылай. Ко мне то бишь. С остальными сам смотри. По обстановке. Можно и стволом пугнуть. А в случае чего, говори, что ты оружейный мастер, и пока говорили, решил кое-что в своем оружии проверить, а пугать и не собирался вовсе. Тут получится слово против слова. Но тебя в городе знают, так что тебе веры больше. Все понял?
– Все, – мрачно кивнул мастер. – Вот ведь дожил, – скривился кузнец. – На своем подворье тварей всяких бояться приходится.
– А ты как думал, Митрич? – вздохнул Руслан в ответ. – Ты новым оружием занимаешься. А такое без внимания никто не оставит. Ни каторжные, ни власть, ни лазутчики иностранные. Так что сам судьбу свою выбрал.
– Тоже верно, – в очередной раз вздохнул мастер. – Тут вот еще чего, – вспомнил он. – Я ж повозку твою доделал. Бегает. Мерин мой ее один тянет так, словно она и не весит ничего.
– Погоди, а салон? Его ж вроде еще не доделали, – озадачился Руслан.
– Да привезли уже. И поставил я его. Забирай да катайся, – отмахнулся мастер.
– А чего раньше-то молчал, пенек каменный, – беззлобно выругался Шатун.
– Да забыл, – смутился кузнец. – Ты вон как насел на меня со своей тарахтелкой, так я и забыл про все.
– Угу, опять я виноват, – хмыкнул в ответ Руслан, едва заметно улыбаясь. – Пошли, покажешь, что получилось.
– А хорошо получилось, – с довольным видом кивнул мастер. – И на ходу легкая, и разворот почитай
