Эвалонг. – Если бы такой выбор сделала ты, милая, совершила то, что совершил Арлан – мы были бы так же бессильны.
«Но ведь он еще совсем юный, он ошибся!» – хотела закричать девочка. Но тут же вспомнила, как удивилась Ирис, услышав ее пассаж о детстве. И подавленно примолкла.
Советник помотал головой, словно отгоняя мучительные мысли, и сменил тему:
– Нам бы хотелось как-то наградить тебя, милая, главным образом за то, что случилось в Пожирающем лесу. Ты проявила смекалку и мужество, и ты, без сомнения, заслужила право на Заветную Просьбу.
Вета задумалась. Еще вчера все было так просто: спасти Артура, больше ей ничего не нужно! Но ведь Артур уже спасен, его невиновность доказана. Что же остается? Господин Себастьян и возможность хоть как-то помочь Арлану. Старика Себастьяна жалко до слез, но ведь он, как здесь любят говорить, сам сделал свой выбор. А вот в том, что случилось с Арланом, виновата она и только она. Но и просить за него напрямую не имеет смысла, все уже сказано. Остается разве что…
– Я хочу пройти те же выпускные испытания, которые проходят воспитанники, – твердо произнесла Вета.
Советник чуть не рухнул со стула, на котором за мгновение до того удобно устроился, обхватив руками колени. В полном недоумении он впился глазами в девочку.
– Милая, но что за странная просьба?! В прекрасном Донном мире ты не встретишь опасностей, которые требуют столь тщательной подготовки. Ты могла бы пойти по стопам своего отца и заняться дипломатической деятельностью. Или работать с маленькими воспитанниками, учить их всему, чему сама научилась в мире людей. Ухаживать за душами животных. Или, на худой конец, за деревьями-оборотнями!
– Это моя Заветная Просьба, – скромно напомнила Вета.
Эвалонг все же переместился на пол и снова начал возиться с деревяшками. Наверное, только это занятие и могло его сейчас успокоить. Конечно, девочке было ужасно неудобно, что она в первый же свой день в новом мире доводит местных обитателей до белого каления, но что она могла поделать?
– Милая, это не Заветная Просьба, – после минутного молчания мягко уточнил советник. – Это просто твой выбор, пусть и немного странный. А теперь можешь сказать, наконец, свое настоящее большое желание, если таковое имеется? А если пока такового нет…
– Есть! – вскрикнула Вета. – Конечно, есть! Понимаете, в мире людей есть один неперешедший. Он вроде как наше домашнее привидение. Когда-то он был подменышем, но отказался вернуться… ну, вы знаете, как это бывает… Его зовут господин Себастьян.
И замолчала, ожидая отказа. Сейчас советник скажет свою коронную фразу про личный выбор… Но Эвалонг очень серьезно кивнул головой.
– Хорошо, я подумаю, что тут можно сделать. Твоя Заветная Просьба будет выполнена. Мы еще поговорим с тобой об этом… и о твоих занятиях, конечно.
Советник бодро вскочил на ноги. Тут только Вета заметила, что фигура, сложенная им из брусков, очень похожа на те, что использовались в старинной игре «Городки». Она видела такие фигуры в каком-то журнале. Кажется, одной верхней планки не хватало. Похоже, Эвалонг считал так же: он подошел к ярко горящему камину и протянул к огню руку. Через мгновение в ней возник еще один отполированный брусок.
– Ух ты! – так и подпрыгнула от изумления Вета.
– Ты еще такого не видела? – залился рассыпчатым смехом советник. – Да, таким образом мы получаем все необходимое. Вероятно, все эти предметы прежде уже использовались кем-то. Но это даже хорошо, мы, тролли, любим вещи с историей. Ты можешь возвращаться к родителям, милая.
Девочка в глубокой задумчивости вышла из холма старейшин. Ну что ж, один шаг сделан. Сегодня ей кое-чего удалось добиться. Во-первых, теперь господин Себастьян наконец сможет соединиться со своей Наташей и прочими покойными родственниками. Во-вторых, скоро она начнет учиться всяким необычным вещам, и со временем обязательно придумает, как выручить Арлана.
Одно не давало покоя: может, стоило во всем признаться? Честно рассказать Эвалонгу, что это она, а не Арлан, заключила договор с демоном и погубила город. Один раз чуть даже не повернула назад. Но тут же мелькнула спасительная мысль: Арлан сам просил ее никому не рассказывать о случившемся. Заставил поклясться самым дорогим, что у нее есть. А ведь он-то знает, что делает. Что хорошего, если ее вышвырнут с позором из этого мира, а в том обратно не примут? Другу этим все равно не поможешь.
И еще одна гаденькая мыслишка так и норовила угнездиться в голове: а вдруг Арлан просто воспользовался ситуацией? И на самом деле совсем не переживает о случившемся? Ведь он действительно мечтал стать смотрителем перехода между мирами, сам говорил ей об этом. И уж точно хотел узнать о том, что случилось с Теей. Так сказала Саломея, а уж ей ли не знать…
И тут Вета так разозлилась на себя, что даже затопала в бешенстве ногами. Нет, она не смеет так думать! Арлан пожертвовал собой ради нее, чужой, в общем-то, девчонки! Она не имеет права думать о нем, как об отступнике.
С этими горькими мыслями девочка не заметила, как вышла на главную поляну. И там вдруг обнаружила необыкновенное оживление, даже собственные беды временно отступили перед приступом любопытства. Почти все тролли из окрестных холмов вышли на воздух, правда, вид у некоторых, кто постарше, был весьма кислый, недовольный. Словно у сотрудников офиса, которых в конце рабочего дня не распустили по домам, а отправили встречать официальную делегацию. Зато дети и молодежь пребывали в полном восторге.
– Где ты пропадаешь? – схватил ее за руку Борис. – Я везде искал тебя. Пропустишь самое интересное!
– Что еще случилось? – разволновалась Вета.
– Сейчас за Артурчиком явятся его сородичи! – хихикнул Шварц. – Эх, жаль, нельзя посмотреть, как он на них отреагирует! Он уже в холме. Наверняка прямо оттуда и отправят куда-нибудь.
– За Артуром? – задохнулась Вета и в панике схватилась руками за ближайшее деревце. Вот и наступил тот миг, когда все должно закончиться. Больше она никогда не увидит Гарина.
Прошла пара минут, все чего-то ждали, крутили головами. Вдруг в конце лесной просеки, в которую плавно перетекала поляна, полыхнули одна за другой две вспышки, словно петарды взорвались. Вспышки были такие яркие, что девочка на секунду зажмурила глаза. А открыв их, сразу увидела две сияющие фигуры, которые очень быстро приближались… нет, надвигались на поляну.
Эти были мужчина и женщина, очень высокие, в белых свободных одеяниях. Вета пыталась рассмотреть их лица – и не могла этого сделать, мешало исходившее от них сияние, от которого сразу заслезились глаза. Но, кажется, они были прекрасны… невообразимо
