— Мы дуры? — посмотрела на меня рыжая.
— Нет, просто мы добрые, — со слабой улыбкой обнадёживаю товарку по несчастью. — Солдаты — обычные люди, они простынут без шапок.
— Ха, точно! — воспряла рыжая. — Сам ты дурак!
— Понял, понял, только не бейте, ваше мокрейш… то есть добрейшество! Ай, не по голове!
— Полотенце, — сказал появившийся из дверей постоялого двора Бэйб, протянув мне означенный предмет. — Отдайте слугам потом.
— Угу. Спасибо, Бэйб, — произнесла я, принявшись вытирать голову. — Но не стоило беспокоиться, мы с Акирой всё равно сейчас в ванну.
— Ругались, — в своём стиле, односложно и многозначительно ответил здоровяк и встал рядом с нами, наблюдая очередную перепалку Кея с Акирой.
— Счастливые, — хмыкнул он спустя некоторое время и отправился обратно в обитель света, тепла и ругани Маркуса с другим влиятельным постояльцем.
Находящемуся не в духе генералу сильно не понравилось, что облюбованный в прошлый раз лучший номер занял опередивший его наглец, который наотрез отказался переселяться. Маркус был совсем не прочь применить силу, но соперник, не обладая столь могучей охраной, всё же являлся столичным аристократом с целым сонмом родни на высоких должностях. К тому же и сам аристократ был немало раздражён задержкой в пути, возникшей из-за каменного завала на дороге, благодаря которой пришлось остановиться именно здесь.
Хотя об этом знать я, разумеется, не могу. По, хех, официальной версии.
В общем, слуги и свитские жались по углам, солдаты перемещались на зависть мастерам скрытности, ну а мы просто задержались на улице.
— Пошли, Натал. У них это надолго, — через некоторое время улыбаюсь я, кивнув на нашу «сладкую парочку», после того как Акира таки сломала об голову счастливо посмеивающегося и поддразнивающего её парня черенок от лопаты. — А Маркус с этим придурком вроде притихли.
— Конечно, Куроме, — произнёс Натал и передал мне Люцифера.
— Всё будет хорошо.
— Да, я верю тебе, — кивнул друг. Сейчас он выглядел более умиротворённым.
Пусть громкая парочка из «госпожи» и «слуги» частенько раздражала, но нельзя не признать их благотворное воздействие в таких вот ситуациях. Надеюсь, Кей Ли и Акира переживут надвигающуюся на Империю бурю.
* * *
Из мерцающего неверным жёлто-оранжевым светом зева пещеры под тёмные, безлунные небеса вытекала вереница людей. Пусть одеты они были по гражданскому образцу, но повадки и привычно переброшенные через плечо винтовки армейского стандарта выдавали в них бывших солдат.
Дезертиры, а это были именно они, не выглядели вооружёнными оборванцами, и в отличие от многих и многих других подавшихся на разбойничью тропку солдат сохранили подобие армейской дисциплины. Может быть, в том виновата революционная идея, горящая в их сердцах, а может (что вероятнее) — старший сержант Крам. Ведь он не только зажёг в своей роте праведный огонь освободительной борьбы, но и держал новоявленных воинов-освободителей в железной хватке, не стесняясь устраивать расправы над подчинёнными, уж слишком опьянёнными вольными ветрами.
По мнению находящихся поодаль фигур, этот сброд слабо подходил для нападения на засевших в укреплённом здании воинов духа. Но в любом случае это лучшее из того мяса, что удалось привлечь в краткие сроки. Впрочем, имперский скот всё равно останется скотом.
Жертвенным.
— Куда с огнём прёшь, чёрт тя дери?! — подскочил десятник к забывшему потушить факел солдату. Выбив факел из рук и вдавив зашипевшее оголовье ногой в снег, старший прописал нерадивому подчинённому затрещину.
— Имперские свиньи, — сжав рукоять сабли, неприязненно выплюнула молодая темнокожая девушка с забранными в хвост иссиня-чёрными волосами.
— Не кривись, племяшка, — ответив родственнице на родном диалекте, погладил острую бородку широкоплечий мужчина, — сама с нами напросилась.
— Я хотела воевать и резать скальпы имперской мрази, а не работать на неё!
Мужчина покровительственно усмехнулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А мы что делаем? Одни имперцы платят нашему клану, чтобы мы убивали других.
— Ха-ха, да мы за сегодня зашибём больше, чем всё племя могло взять с нескольких караванов! — поддержал лидера ещё один воин. — Верно, братья?
Раздался негромкий согласный гул.
— Раньше мы брали золото с трупов имперцев, а теперь нам платят, — несогласно фыркнула молодая воительница. — Платят за то, чтобы мы напугали, а не убили вражеского вождя. Врага! Когда наша родня сражается за независимость отчих земель! — с присущей молодости горячностью воскликнула девушка.
— Успокойся, Бруха. Я уважаю твою силу и авторитет твоего отца, но лидер похода — я, а не ты. Поэтому я буду решать, что для нас правильно, а что нет, — негромко, но веско припечатал бородатый Куат. — Наши братья и сёстры воюют с Империей там, а мы сражаемся здесь. Оружие, золото, связи с этой их Революционной Армией… Пока один дракон рвёт другого, мы копим силы, а после, когда враг ослабнет… отомстим им за всё! А эти отбросы, — мужчина посмотрел на собравшихся в кучу солдат, — они всего лишь жертвенная кровь. Если заказчик со страха раздул силу бойцов охраны, то мы сами добьём лишних, а если нет… — оборвав себя на середине фразы, мужчина напряжённо закрутил головой.
Соплеменники, уловив неправильность, последовали его примеру. Рассредоточившись среди камней и обнажив оружие, они замерли, обеспокоенно вглядываясь во тьму. Наконец, уловив направление потока внимания, воин духа встретился с бликующими в отражённом от снега свете звёзд волчьими зрачками. Хищник не по-звериному внимательно разглядывал их с вершины скалы.
— Ах ты, серая паскуда, — озлился мужчина, и присев нащупал под снегом камень. Спустя мгновение, с гулом разорвав воздух, снаряд врезался в животное.
— Наповал, — польстил младший соклановец. — Даже взвизгнуть не успел.
— Проверь, — не отреагировав на лесть, суховато проговорил лидер. Непонятный зверь заставил шевелиться чувство опасности опытного борца с преступным режимом (по его собственному мнению) или сепаратиста, разбойника и убийцы (по мнению самих имперцев). — Бруха, Хон, Монс, Осмо! Когда начнём, не лезьте вперёд, — предупредил он клановую молодёжь. — Нам не нужны скальпы врагов, нам нужны мокрые штаны аристократишки.
— Куат, глянь, лидер этого сброда идёт к нам, — сиплый голос Шестипалого оторвал бородатого командира от мыслей, в которые он погрузился, разглядывая принесённое другим соклановцем тело убитого волка.
— Наконец-то, идём.
— Смерть Империи! — воскликнула Бруха.
— Слава Халифату!* — вторил ей ответный рявк. Куат только поморщился. Хорошо хоть, имперцы не понимают человеческую речь.
/*Несуществующее государство южных племён, предпринявших неудачную попытку отколоться от Империи./
Молодёжь, у которой в венах играет горячая кровь — не самый лучший выбор для такого дела, но слишком уж хороша награда.
Блеск золота застил ему глаза… впрочем, как и другим взрослым воинам племени.
* * *
Лежащее на кровати тело дёрнулось, лёгкие со свистом втянули воздух. Через краткий миг очнувшаяся хозяйка тела, оказавшись на ногах и призвав Яцуфусу, шало оглядывала окружающую обстановку.
— Хс-с, проклятые южане, — прошипев не хуже раздражённой Печеньки, с усилием подавляю эмоции.
Оказывается, находиться разумом в теле марионетки, когда ей размозжили голову — довольно неприятно. Видимо, я что-то делаю неправильно. Предок мог контролировать множество мёртвых птиц, без особых затруднений отслеживая обстановку через их глаза, а у меня возникли проблемы с одним-единственным волком. Да и дикарское наречье я понимаю с пятого на десятое; может, и не стоило заниматься мазохизмом.
Главный южанин оказался неплох, смог почувствовать чужое внимание. И камни бросает метко, морда бородатая! Ладно, Бездна с ним, с этим живодёром и его подручными. Но вот куча вооружённых винтовками дезертиров, которых убийцы притащили с собой, не входили в планы, став для меня неприятным сюрпризом. Не то чтобы их присутствие способно повлиять на итог операции, но выйдет она явно более грязной: это нам простые, медленно летящие пули не опасны, а вот о солдатах эскорта, слугах и других постояльцах этого не скажешь.
