class="p1">– Адель, я пришёл с миром, – сказал он, доставая из-за спины беленький платочек и размахивая им как флагом. Я отошла в сторону, приглашая его войти. – Послушай, я хочу объяснить тебе, почему я так поступаю.
– И почему же?
– Из-за тебя. Из-за себя. Из-за нас обоих, вообще-то.
– Объясни, я не понимаю. Мы сближаемся с тобой, говорим по душам, ты отвозишь меня в такое чудесное место, чтобы лучше друг друга узнать, как вдруг ты делаешь шаг назад, отступаешь. Какая же причина может быть? – я была спокойна, без обиды или чувства вины. Но в глубине души осталось маленькое зёрнышко недоверия к Эдриану. Неужели поспорил на меня с кем-то? – Ты хочешь мне в чём-то признаться? – осторожно задала волнующий меня вопрос. Опасаясь и одновременно желая услышать правду, какой бы она ни была. Игра это или реальность?
– О чём ты? Нет! То есть да, конечно! – он запнулся, занервничал. Почему? – Адель, ты чертовски необыкновенная девушка, я никогда не знаю чего от тебя ожидать, и это сводит меня с ума. Когда я организовывал этот побег из города, я и не подозревал, как нам будет круто здесь вдвоём. Я лишь наделся поговорить с тобой, показать настоящего себя, что я не монстр, каким ты меня видишь. Но правда в том, что я не хочу быть с тобой настоящим. Моя юность прошла в реках алкоголя и девушек без имени и чётких лиц. Я поначалу надеялся скрыть от тебя эту часть своего прошлого, но тогда это будет обманом. А с тобой… С тобой невозможно жить во лжи, ты будто видишь насквозь. Это пробирает, а ещё раздражает. Поэтому я не хочу торопить события, я хочу дать тебе возможность увидеть всего меня – и того, кто я рядом с тобой, по крайней мере, в последнее время, и того, каким уродом я был или могу быть.
Я вздохнула с облегчением. Значит, всё-таки не спорил. Такой груз упал с плеч… Только вот, почему? Когда я успела так прикипеть, что бы переживать из-за этого? Эдриан, мне нравится аж настолько? Почему я раньше не замечала?
– Салливан, уж на второго тебя я насмотрелась достаточно. А теперь мне интересен тот, что со мной. Здесь и сейчас, – я говорила почти шёпотом. Мне очень захотелось погладить его лицо. Коснуться мягкой щеки с едва ощутимой щетиной и я протянула руку…
– Я не хочу, что бы ты жалела потом, если вдруг тебе не понравится то, что ты увидишь. Потому что если мы перейдём последнюю грань, а потом из этого ничего не выйдет – я точно буду жалеть. Я буду жалеть, что позволил себе быть с тобой таким же, как со всеми. Я не хочу этого, признаться, я боюсь этого. За последнее время ты стала мне дорога. Очень.
Эдриан Салливан
Её прикосновения сводили с ума. Тонкие нежные пальчики скользили по моему лицу, заставляя кровь вскипать, но даря прохладу её кожи.
– Я знаю, – спокойно ответила она, взяв меня за руки. Её лёгкая улыбка и безмятежные глаза грели душу, заставляя моё сердце биться так же часто, как у 15-летнего подростка. Я понял, что дальше говорить бессмысленно. Она давно меня раскусила. Даже, наверное, раньше, чем я сам всё понял.
– Ох, Адель, я… – не успел ей ничего сказать, как она поцеловала меня. Опять. Первая. Маленькое, хрупкое тело втиснулось в меня, даря своё тепло, а я не смог сдержать желания, обняв её в ответ. Длинные волосы окутали мои пальцы, левой рукой я крепко прижимал Адель к себе. Такие жаркие объятия не могли закончиться ничем приличным. Я подхватил её на руки и понёс на кровать. Не хотелось больше сдерживаться ни на миг. Я точно этого хотел, она тоже дала понять свои желания. Так какого чёрта я тут строю из себя рыцаря?
Не прекращая целовать её пухлые губы, я уложил её на кровать, начал целовать шею, спускаясь ниже по её тонкой коже…
Адель Флеминг
Пока мы целовались, успели добраться до кровати, только волосы постоянно мешались. Его губы обжигали мою шею, желая добраться до груди, я чувствовала его желание, что прямо рвалось на свободу, горячие руки бродили по телу, обжигая каждый миллиметр кожи. Я вся покрылась мурашками от нетерпения, от желания, возбуждение росло с каждым движением… но волосы продолжали щекотаться. Я не выдержала!
Аккуратно отодвинула Эдриана, встала и пошла в его спальню. Я оставила резинку, с которой спала, у него на прикроватной тумбочке. Господи, как стыдно-то. Вернулась я быстро, но застала его каким-то очень странным. Тяжёлый взгляд на меня из-подо лба. Чёрт, сейчас опять будет какой-то монолог? Я всё испортила?
– Адель, я всё понял, прости меня, – он встал и быстро вышел.
– Чёрт! – выругалась я вслух. Худшего первого раза быть просто не может! Как можно было всё так запороть? Надо было сказать ему, что я сейчас, только резинку возьму и… стоп, а может он пошёл за другой резинкой? Она у него вообще есть? У меня нет. Я же не рассчитывала, я же не знала, что…
– Господи, вот я дура! – осенило меня. Он ведь тоже не собирался спать со мной, сам же сказал. Наверняка, он ничего не брал с собой. А дети ни одному из нас сейчас не к месту, не пришлись. – Надо всё ему объяснить! Только что я скажу?
Не решаясь сделать и шагу из комнаты, я застыла как вкопанная, осознавая ситуацию.
Парень, знакомство с которым прошло крайне неудачно, с которым мы друг друга ненавидели в течении нескольких месяцев, решает стать хорошим. Везёт меня в сказку и тут я такая со своим сексом. Сперва целую, говорю, что всё окей, изъявляю желание, мол хочу его, а потом тупо сбегаю без объяснений. Как будто мне заняться больше нечем. Ещё и обижаюсь, как тупица на всякую ерунду.
Чем это пахнет? Провалом. Нет, не так. ПРОВАЛОМ! Надо срочно как-то исправлять ситуацию, вернуть непринуждённое общение в нужное русло.
Эдриан Салливан
Она вдруг оттолкнула меня, встала и куда-то убежала. Что происходит? Она передумала? Мстит мне за кухню? Испугалась меня?
Блин, наверное, она слишком прониклась моими словами и теперь тоже не хочет торопиться. И зачем я полез? Надо было просто поцеловать её и увести гулять или ещё что-то.
– Баран!
Тяжело. Очень тяжело быть правильным. Или пытаться быть. Представляю, что она обо мне подумала сейчас. Сказал ей, что не хочу торопить события, а потом сам же потащил на кровать. Идиот, Эд, ты идиот!
