Читаем без скачивания Убить демиурга! - Юлия Фирсанова

– Около двадцати.

– Надо ж, я бы и семнадцати не дала. Кожа свежая, хоть и бледная, – качнула головой портниха и сделала быстрый жест двумя пальцами, будто «козу» показала, в сторону помощниц и сразу же устремила указательный на дверь.

Девочки – живые сантиметры все поняли правильно: склонили головки, сложили инструменты и, шустро их подхватив, выпорхнули из апартаментов. Ника откинулась на спинку дивана, утомленная, несмотря на то, что в общем-то не делала ничего особенного, только стояла с полчаса в разных позах. И одеваться-то сил уже не было. Укоризненно вздохнув, портниха подхватила с одного из кресел оранжево-желтый плед и, набросив на плечи девушки, закутала ее от носика до колен. Села рядом и проворчала:

– Оранжевый и яично-желтый – не твои цвета, лоана Вероника.

– Ага. Светлокожим брюнеткам с серыми глазами идут пастельные оттенки зеленого, розового, сиреневого и голубого. А мне самой больше всего зеленый и голубой нравятся, – мирно согласилась девушка и в свою очередь спросила: – Вы мое имя знаете, а я ваше – нет. И не надо меня так уважительно именовать, вы же старше меня. Я себя неуютно чувствую. Можно просто Ника.

Стоило портнихе перестать командовать и пытаться давить авторитетом, как Ника начала испытывать к ней сдержанную симпатию.

– Хорошо, Ника. Я Магорета, старшая портниха Владычицы, можешь звать меня тетушка Маго, – искренне улыбнулась женщина, брюзгливые складки у рта разгладились, когда она с куда большим азартом и охотой, нежели продемонстрированными изначально, объявила: – Значит, ткань на платье выберем без труда, у меня есть кое-что подходящее!

Магорета распахнула свой блокнот на последних страницах. Они оказались не с записями, а с приколотыми к плотной бумаге разнофактурными и разноцветными кусочками материи.

– Это образцы тканей? – уточнила Ника, с интересом разглядывая коллекцию.

– Почти. Образцы шаблонов на платья, скроенные к этому сезону, – ответила Магорета. – Мы болванки наметываем, а потом только по швам подогнать остается. Мода-то, коль в начале сезона пошла, к концу его враз не сменится. Нравится что-то?

– Да, вот это и это. – Девушка ткнула пальчиком по очереди в поблескивающие ткани с интересным рисунком. Первая была нежно-пастельного оттенка с вытканными на ней букетами роз льдисто-голубого цвета. Вторая однотонная светло-зеленая.

Тетушка Маго издала одобрительный возглас и пролистнула несколько страниц с образцами, открывая листы с набросками моделей.

В общем и целом выглядели они так, как Ника и представляла бальные платья, не слишком отличаясь от творений, порожденных фантазией терронцев. Разумеется, если учитывать традиционные модели, а не выверты больной психики модельеров. Открытые плечи были у всех образцов, но глубокое декольте и портниха, и Ника забраковали сразу. Также единодушно был одобрен фасон с облегающим лифом и длинной, но не очень широкой юбкой. В кринолине девушка клятвенно пообещала запутаться на втором шаге. Потом, фанатично поблескивая каре-зелеными глазами, Магорета начала пытать собеседницу по поводу малопонятных и труднопроизносимых деталей туалета. Терронка сдалась на четвертом каверзном вопросе, чувствуя себя куда большей идиоткой, чем на экзаменационном тесте по философии. Взяв натруженные – от иглы пальцы портнихи так огрубели, что казались латными перчатками – руки Магореты в свои, Ника попросила ее творить платье, руководствуясь своим безупречным вкусом и модой Альрахана.

Тетушка Маго сочувственно поцокала языком, пообещала устроить примерку туалета завтра к вечеру, чтобы осталось время устранить недочеты, и с достоинством удалилась, весьма довольная новой клиенткой. Ника не лебезила, пытаясь заручиться поддержкой, не хамила, не строила из себя надменную лоану, чей род древнее Альрахана, и даже кое в чем разбиралась, а в чем не разбиралась, не стыдилась в этом признаться открыто.

«Неплохую девочку взяла под свое крыло Владычица», – решила Магорета, собираясь поддерживать новенькую, а для начала сшить ей такое платье, в каком и рядом с Гилианой встать не стыдно.

Ника облегченно вздохнула, когда за тетушкой Маго закрылась дверь. Бьющая ключом энергия хороша, лишь когда у самой задора выше крыши. А сейчас, когда первый ее альраханский день клонился к вечеру, девушка нуждалась только в одном: мягкой кровати. Даже есть уже почти не хотелось. Но Дарет думал иначе. Пока шли примерки, он решил действовать.

Убедившись, что Маго и Ника не вцепятся друг другу в волосы с твердым намерением повыдирать все, до чего коготки дотянутся, мужчина посадил ящерку Сиху на кресло, где мирно посапывала Шотар, и вышел в коридор на поиски жертвы. Первой он отловил пухленькую, как булочка с изюмом, девушку в голубовато-зеленом платьице горничной.

– Эй, малышка, а когда подадут ужин лоане Веронике? – обратился он к служанке вполне весело, но очень уверенным, практически хозяйским тоном.

– Мне никаких распоряжений не отдавали, – испуганно хлопнув ресничками, повинно склонила головку девушка.

– Так мне что, к Владычице Гилиане идти или к кому-то из альсоров, чтоб такой приказ получить? – натурально удивился Дарет.

– Н-н-не знаю! – пискнула жертва и, кажется, приготовилась упасть в обморок не то от страха, не то от умственного перенапряжения при попытке решить непосильную интеллекту задачу.

Наемник с силой провел ладонью по лицу, словно стирал налет тупости, возникший при контакте с девицей, и отдал ей предельно простой приказ:

– Укажи дверь в покои Владычицы.

Девушка подняла руку, и подрагивающий пальчик ткнул в двустворчатые двери в десятке метров дальше по коридору. Там стояла четверка стражей. Их форменные камзолы были сине-зелеными, как и костюм служанки, но выглядели куда презентабельнее.

– Свободна, дышать не забывай, – уронил Дарет и бодро зашагал к апартаментам Владычицы.

– Куда? – хмуро осведомился один из стражей, наклоняя алебарду поперек двери, чтобы даже тупому стало ясно: свободного прохода нет.

– Кто из сыновей в покоях Владычицы? – потребовал отчета наемник таким тоном, каким требовал рапорт у своих солдат.

Рефлекс сработал безукоризненно. Стражник, самый дрессированный или внушаемый из четверых, выпалил прежде, чем дал себе труд задуматься, а имеют ли у него права что-то требовать и уполномочен ли он отвечать:

– Альсор Эльсор.

– Отлично, – одобрил Дарет и рявкнул во всю мощь тренированной глотки: – Пепел! Ау!

Звуконепроницаемость у дверей в покои Гилианы оказалась так себе. Во всяком случае, рык наемника долетел до нужных ушей прежде, чем четверка атаковала горлопана.

– Что орешь? – нахмурился выглянувший в коридор альсор.

С одной стороны, тому, кто отвлек его от важного разговора с матерью, хотелось врезать сразу, с другой – орать Дарет мог и по делу. Сын Владычицы сдержал душевный порыв и не пожалел.

Дарет бросил сердито, куда более сердито, чем полагалось лоану перед лицом альсора:

– Нику сегодня кормить будут? Мы же с тобой говорили!

– Я отдал распоряжение, – заверил Пепел.

– Значит, отдал кому-то не тому, или его не донесли куда следует, – вышел из себя Дарет.

Его девочку не просто забыли покормить! Не спохватись он, малышка вообще осталась бы голодной! Теперь уже Эльсор начал закипать и стремительно догонял наемника по уровню бешенства на единицу массы тела. Окончательно разойтись им помешала Гилиана, царственно выплывшая в коридор к выскочившему на секундочку сыну.

– Приношу свои извинения, Владычица, – поклонился матери Эльсор. – Я вынужден вас покинуть и лично проследить за тем, чтобы мои распоряжения были исполнены. Нашей гостье вопреки приказу не предоставили ужин.

Синие очи Аны стали цвета грозы. Она сдержанно ответила на поклон сына и повелела:

– Доложишь о результатах.

Пепел и следующий за ним по пятам Дарет зашли в соседнюю комнату, служащую малой приемной. Рабочий кабинет Гилианы был совсем в другом крыле дворца, но жизнь любой Владычицы, в чьих руках сосредоточена реальная власть, а не фикция, непредсказуема. Потому рядом с жилыми покоями Аны находилось это помещение, обыкновенно пустующее.

Рассерженный альсор схватил молоточек на изящной цепочке и ударил по пластине у двери трижды. На металле остались следы. Ждать пришлось недолго. Вскоре в дверь робко поскреблись и пред очи мужчин явилась очень симпатичная девушка в голубовато-зеленом. Но Пепел, увидев ее, почему-то рассердился еще сильнее.

– Я вызывал главного сенешаля. Он явится тотчас же или уже ночью во дворце будет новый сенешаль!

Девушка нервно облизнула губы и выпала за дверь. «Тотчас же» растянулось примерно на пять минут, и Дарету даже показалось, что он слышит, как рычит альсор и, что еще более удивительно, как он бьет хвостом, хотя никакого хвоста у сына Владычицы не имелось даже тогда, когда имелась куча всего прочего весьма интересного, вроде когтей, крылышек или лишнего десятка острейших зубов.