и в итоге заплатила за свою ошибку высшую цену.
— Ог, мит кэрэша литт? (О, а вы что делаете здесь?) — удивился редкозубый гоблин, обнаруживший за своей спиной двух громил.
Я его прекрасно понял, но куда раньше, чем успел открыть рот и хоть что-то сказать, Карл — совершенно не по плану. Ничто же сумняшеся, он врезал спрашивающему прямо с ноги, и молча пошел дальше.
Верещащих комок пьяного мяса пролетел не меньше двух метров по воздуху и сбил двух своих товарищей. Это вызвало эффект разорвавшейся бомбы и нам вслед полетели многочисленные ругательства… Но и только.
Действительно, было общеизвестно, что даже внутри кланов у них царит далеко не «мир-дружба-жвачка», и друг друга — все эти орки, гоблины и выходящие из их числа магические метисы — сильно не любили.
— Ну, так даже лучше! — хмыкнул я, когда мы отошли метров за пятьдесят, и скрылись за ближайшим поворотом, а возмущенное верещание стало невнятным. — Если нас не расспрашивать, то и отсутствия клыков не рассмотреть…
— Буду я, такой мощный орк в шикарной кирасе, разговаривать со всякой гоблинской швалью! — сообщил Карл, едва сдерживавший смех.
— Ну да… — снова согласился я, и напоследок поддел напарника. — Видишь, как тут весело, а ты еще идти не хотел!
— Как будто ты не знаешь, из-за чего я предпочел бы остаться там, с Вальдемаром. Сейчас там тоже будет куда как нескучно…
«…Да, и правда, не скучно. Главное, чтобы мы теперь не облажались…»
Меня на роль героя-спасителя предложил маг, а уже я потребовал себе в помощь его громилу-телохранителя. В первое мгновение я тогда думал, что сказал это со зла, просто испугавшись, что меня толкают рисковать жизнью почти в одиночестве. А потом понял — нет, просто напарник и правда, нужен был, а никому кроме своего одноногого дядюшки я так сильно больше не доверял.
А уж когда я догадался, что лучше идти по крышам, оказалось, что все совсем не так страшно. Единственное, что омрачало наши ожидания — это неизвестность. А вдруг часовню разнесли, и колокол просто невозможно больше использовать?
Но тут нас успокоил уже пришедший в себя кюре. По его словам получалось, что подземный храм было почти невозможно обнаружить случайно. Скорее всего, племянник зачем-то сам вышел из дома.
И последняя фраза далась ему особенно непросто…
* * *
Попасть внутрь подземной часовни можно было только через обычную, и на первый взгляд ни чем не примечательную каменную постройку на участке родного брата священника. Этот «сарай» сложили на углу их участка, поэтому ничего не мешало устроить вход туда прямо с улицы. Уж не знаю, как они это аргументировали для строителей, но кюре заверил: войти можно будет, никого не побеспокоив, даже если сама усадьба окажется захваченной.
И действительно, в обычное время эта ниша вряд ли привлекла бы чье-то внимание, но сейчас — дверь была открыта, и ее было просто невозможно не заметить. Это сводило почти на нет надежду, что Зло осталось в неведении, откуда именно выбрался парень, прежде чем его убили и вместе с еще почти сотней других не упокоенных горожан отправили служить «подушечками для стрел».
«…Наверное, звук должен был вырываться через те странные отдушины под потолком», — догадался я, чем тут же просветил Карла.
— Смотри, поместье считай в центре города, и если звук станет выходить из тех щелей, то его и впрямь должно быть хорошо слышно внутри стен…
— Вот болван, прости Господи, какого дьявола он выперся оттуда… — негромко пробормотал Карл, и смущенно перекрестился.
Не смотря на то, что здешние люди были, куда как религиозны, чертыхались они тоже — будь здоров! И я сейчас, как ни кто другой, его понимал. Идти внутрь мне тоже решительно не хотелось, но какой выбор был у нас…
Аккуратно спустившись с крыши на противоположной стороне улицы, мы пересекли проулок под углом, и юркнули внутрь. Закрыть за собой дверь не получилось. Кто-то очень «удачно» (наверное, именно на такой случай) вбил и сломал острие копья.
Кюре предупредил, что сразу за дверью устроен короткий узкий коридор, где один умелый воин сможет остановиться многих, а вот следующее подходящее место для обороны — будет только уже у самого святилища. Так что он настойчиво советовал одному из нас остаться, и присмотреть за входом.
— Ну что, как договаривались? — переспросил я, потому что твари должны были уже атаковать наших, а каждая секунда этой безнадежной битвы оплачивалась по самому высшему тарифу. Ополчение было не самой устойчивой армией.
Обнаружив, что нас лишили возможности запереться, внутри у меня все ожидаемо похолодело: все-таки ловушка! Вытащив меч, я хлопнул Карла по плечу и, не сказав больше ни слова, начал спускаться вниз…
Прихваченный от входа факел очень пригодился.
В полной темноте лестница сделала три поворота, и вывела меня — сначала к широкому прямому коридору, а потом — и молельному залу. Ничем иным это помещение быть не могло. Оставалось только войти в святилище, пройти мимо алтаря, отодвинуть замаскированную панель — и несколько раз дернуть за канат. Для надежности.
Был только один нюанс. Прямо у узкого прохода туда — вряд ли он был шире метра — неподвижно замерла едва различимая в полумраке фигура. Выставив факел вперед на манер копья — я сделал еще пару шагов вперед и наконец-то смог рассмотреть.
«…Что за черт?», — передо мной сидела, на первый взгляд, совершенно обычная горожанка. Явно — не бедная, а возможно даже «очень не бедная», но больше ни чем не примечательная кроме внешности. Очень такая, знаете ли сочная особа…
Стоило мне приблизиться, как женщина беззвучно встала, и тени от ее тела заколыхались на стенах.
«…Ну, хоть не призрак…» — с некоторым облегчением подумал я, и крепче сжал рукоять клинка в правой руке.
— Здравствуй воин, надеюсь, Зло сокрушено и изгнано за стены города? — мелодично «пропела» незнакомка, и этим «самую малость» поставила меня в тупик. — Спасибо что принес факел! Одной, в этой темноте, мне было очень страшно… — в голосе «горожанки» обозначилась некая тень кокетство, и я вдруг неожиданно почувствовал узнаваемое волнение ниже пояса.
«…Твою мать, что за…»
— Нет, город по-прежнему во власти демона и его слуг, но надеюсь, это ненадолго! — сообщил я вслух.
— Так это же прекрасно! — восторженно улыбнулась «горожанка», и словно только сейчас «заметила» мою напряженную позу, да и оружие. — Чего ты опасаешься, доблестный рыцарь? Уж не меня ли…
«…Нет, ну определенно это прозвучало игриво…»
Когда «горожанка» принялась с намеком поглаживать свои волосы, и совсем уж завлекательно улыбаться, я и вовсе растерялся. Вести
