Рагнар и Бьерн тем временем вышли в круг. Я приподнялась на цыпочки, чтобы из-за плеча Атли посмотреть на бой. Мне было очень любопытно, я еще никогда не видела, как владеет мечом Бьерн, но судя по тому, что говорили про него в Харанйоле, он делал это превосходно. Что ж, подумала я, вот сейчас и посмотрим.
Рагнар не улыбался. Он смотрел на Бьерна как на равного, из чего я поняла, что они или знакомы, или наслышаны друг о друге достаточно, чтобы оценить силу противника еще до начала поединка. Бьерн достал из ножен меч, тот самый, что висел на стене его дома на утесе. Я сразу вспомнила украшавшие лезвие руны. Рагнар поднял свой. В атаку пошли одновременно. Я охнула. Если до этого Рагнар казался мне быстрым, то сейчас он двигался просто молниеносно. Но Бьерн оказался еще быстрее. Он нападал стремительно, ловко уходил от меча Тролля и успевал отражать все удары, которыми тот его буквально засыпал. Я почувствовала, как напрягся Атли. Я понимала, что Бьерн все-таки приходится ему старшим братом, и он переживает за него. Хаки смотрел на происходящее с холодным, несколько отрешенным лицом. Я не могла сказать, о чем он думает сейчас. Он одновременно восхищался умением бойцов и в то же время был вне себя от внезапного появления Бьерна. Все остальные стояли и смотрели на происходящее, словно завороженные. Глаза всех присутствующих воинов неотрывно следили за действиями Рангнара и Бьерна. Мужчины тем временем продолжали бой. Я увидела, как они сцепились, скрестив мечи. Тролль давил всем весом, пытаясь сдвинуть Бьерна с места, но ему все никак это не удавалось. Я видела, как от напряжения на шее Рагнара вздулись мышцы, когда Бьерн неожиданно отскочил в сторону. Не ожидавший этого Тролль со всего размаха ушел лицом в песок. Но надо отдать ему должное, на ноги он вскочил довольно быстро и меч из рук не выпустил. При этом лицо его светилось настоящим восторгом. Казалось, он вполне доволен, встретив себе достойного противника. Бьерн насмешливо вскинул бровь и внезапно сделал резкий выпад. Я даже не успела заметить, как он умудрился за считанные доли секунды оказаться за спиной Тролля и, разоружив последнего, повалить его на землю. Он проделал это столь молниеносно, что толпа, следившая за боем, восторженно ахнула. Я даже подпрыгнула от счастья и повисла на шее Атли.
Рагнар Тролль лежал на земле и с удивлением смотрел в небо. Потом часто заморгал, сел и огляделся. Очевидно, он неслабо приложился головой, потому что некоторое время растерянно мотал ею из стороны в сторону, напоминая пса, выбравшегося из воды.
Бьерн вернул свой меч в ножны и протянул руку незадачливому противнику. Тролль принял ее, и Бьерн одним рывком поставил его на ноги.
— Неплохо ты меня! — сказал Рагнар и расхохотался, — Это надо отметить! — воскликнул он.
Все дружинники, находящееся на тренировочном поле подхватили предложение Рагнара дружным ревом и вскоре вся эта орда, во главе с Троллем, направилась к дому Хаки. Мы с Атли отстали и не спеша пошли рядом.
— Почему он приехал? — спросил Атли и покосился на меня, — Наверное, это из-за тебя.
Я вспыхнула.
— Вот еще, придумаешь! — немного резковато ответила я.
Когда мы вошли в дом, в зале уже были накрыты столы, Астрид хозяйничала между рядами, давая указания рабыням. Я прошла к столу, намереваясь помочь, как внезапно увидела Сольвейг. Молодая женщина сидела рядом с Хаки и была необычайно бледна. Наши взгляды встретились, и она вздрогнула, как от удара. Она сразу же вспомнила меня. Еще бы не вспомнить, подумала я, ведь я едва не убила ее в день свадьбы. Я почувствовала, как мои губы растягиваются в злой улыбке. Бьерн сидел среди своих людей, отдельно от жены и ее брата, словно игнорируя их. Рядом с ним примостился Рагнар Тролль. Они вели между собой оживленную беседу, но я знала, что не осталась незамеченной. Я не знала, что мне делать и решила попросту пойти в свою комнату, чтобы не искушать судьбу. Сольвейг проводила меня тяжелым взглядом, и я облегченно вздохнула лишь тогда, когда за моей спиной закрылась тяжелая дубовая дверь. Весь остаток дня я провела в своей комнате, лежа на кровати и бездумно глядя в потолок. Но ближе к ночи почувствовала внезапный голод и вспомнила, что весь день ничего не ела. Я покинула комнату и пошла на кухню, надеясь добыть себе какой-нибудь еды. Проходя мимо зала, увидела, что дверь слегка приоткрыта. До моего слуха донеслись женские голоса и я, заинтригованная, остановилась.
— Что происходит между вами? — произнес голос, явно принадлежавший Астрид.
— Я…не знаю, — голос Сольвейг показался мне излишне капризным и тонким. Я скривила губы.
— Я видела, что он за весь вечер даже не подошел к тебе, — продолжила Астрид, — Вы поссорились?
— Нет, — Сольвейг некоторое время молчала, а потом выпалила, — Это все из-за нее! Из-за этой девки, которую вы приняли в своем доме.
— Ты про Дару? — удивилась женщина, — Она очень хорошая девушка и помогает мне. Кроме того, она нравится твоему брату, и я надеюсь на союз между ними.
— Моему мужу она тоже нравится, — сказала Сольвейг.
Я напряглась. Я молила богов, чтобы никому из прислуги не вздумалось сейчас здесь появиться. Разговор матери с дочерью меня заинтриговал. Вот значит, почему они оказались здесь. Сольвейг приехала жаловаться на мужа своей мамочке и братцу. Я усмехнулась. Капризная, избалованная девчонка, подумала я, привыкшая к тому, что все от нее без ума и исполняют любое желание по первому требованию. Я удивилась только тому, что Сольвейг по какой-то, известной только ей одной причине не говорит матери о том, как я пыталась убить ее. Это было странно и неожиданно.
— Ты говоришь глупости, — сказала Астрид.
— Нет, — запротестовала ее дочь, — После того, как он увидел ее на нашей свадьбе, он полностью изменился. Если раньше он относился ко мне вполне сносно, то теперь попросту игнорирует меня. Мы даже не спим вместе! Он живет со своими дружинниками, а я вечно одна в нашем большом доме. Что мне теперь делать?
Я услышала чей-то вздох, потом Астрид сказала:
— Сольвейг, ты знала, на что шла, когда выходила за него замуж. Сколько хороших женихов я предлагала тебе на выбор, которые были без ума от тебя, а ты только увидела этого Бьерна и словно ума лишилась. Я ведь сразу тебе сказала, что он не для тебя. Он не любил тебя до свадьбы, а теперь ты требуешь от него того, что он просто не может тебе дать. Подумай, пока не поздно. Мы можем расторгнуть этот союз.
— Нет! — я услышала, как очевидно Сольвейг поднялась на ноги, — Если мы это сделаем, он тут же побежит к своей Даре. А я никогда, слышишь, никогда не отдам его ей!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
