— Дара, — позвал он меня, оторвавшись на мгновение от моих губ. Я недоуменно раскрыла глаза и увидела, что он одевается. Я удивленно села. Бьерн подал мне мою одежду и помог встать.
— Извини, — сказал он, — Я вел себя непростительно.
Я натянула через голову рубашку, недоумевая. Почему он не захотел меня, если я была готова принадлежать ему? Я испытала одновременно разочарование и облегчение. С одной стороны я была благодарна Бьерну за то, что он не воспользовался случаем, а с другой, мне стало немного обидно. Увидев мое смятение, Бьерн помог мне натянуть курточку и, запахнув ее на моей груди сказал:
— Я не хочу, чтобы у нас все произошло здесь.
Я покраснела.
— Ты заслуживаешь большего, — он привлек меня к своей груди, — Я люблю тебя, Дара, — он нежно поцеловал меня в губы, и я счастливо спрятала лицо у него на груди, но в этот момент была рада тому, что мы вовремя остановились.
Когда вдалеке показались крыши первых домов, я поправила смятую одежду и прибавила шагу. Когда до поместья оставалось всего ничего, мне навстречу выехала открытая телега. Я сошла с дороги, пропуская ее мимо, и угодила прямо в грязную лужу. Но, казалось, даже это не смогло испортить мне настроение. Я представила себе, как выгляжу и рассмеялась. Волосы всклочены, одежда помятая и перепачканная, сапоги в грязи, на левом колене серое пятно. Вот уж Астрид возмутится, увидев меня в таком виде, но мне это сейчас казалось неважным. Я была счастлива, настолько, насколько только может быть счастлива влюбленная женщина. Миновав дома крестьян, вышла к хозяйскому дому. Мимо пробежал раб с ведром воды и скрылся за дверью. Я огляделась. Жизнь вокруг бурлила. Люди занимались своими делами, кто-то колол дрова, кто-то вычищал хлев, несколько женщин работали на огороде, детишки игрались и бегали по двору, даже куры и те, деловито кудахча, копошились в земле, что-то выискивая. Я улыбнулась всему миру и прошла в дом. Пересекая зал, увидела выходящую их кухни Астрид в сопровождении Сольвейг. Обе уставились на меня в немом удивлении.
— Где ты была? Что за вид? — произнесла Астрид.
— Из-за вчерашнего дождя пришлось заночевать в лесу в охотничьем домике, — сказала я, — Сами понимаете, так никаких удобств.
— Ты была с Хаки? — сказала Астрид и улыбнулась.
— Ну, не только с ним, — ответила я, — Там были Рагнар, Снорр и еще несколько мужчин.
— И Бьерн, — добавила Сольвейг.
— И он тоже, — согласилась я, отрицать очевидное было глупо.
Молодая женщина приблизилась ко мне, сверля тяжелым недобрым взглядом. Но я отвела глаза. Мне казалось, что Сольвейг сможет все понять. Мне не было стыдно за то, что случилось между мной и ее мужем. Я понимала, что поступила опрометчиво, все-таки он не был свободен, и рассчитывать мне было особо не на что. Вряд ли Сольвейг позволит ему легко уйти от нее, разорвав брак. Она действительно казалась буквально зацикленной на Бьерне.
— Ну и как, они поймали волка? — спросила Астрид, — Скоро будут дома?
— Нет, дождь помешал, а когда возвращаются, не сказали, — я извинилась и вышла из зала, -
Уже находясь в своей комнате, я переоделась и села на кровать, обхватив колени руками. Вспомнив прошлую ночь, я покраснела и спрятала лицо, словно кто-то мог меня видеть. Моя кожа все еще помнила прикосновения его рук, а губы, казалось, горели от поцелуев.
— Бьерн, — прошептала я, — Что же мне делать?
Мужчины вернулись ближе к вечеру. Я видела, как они подходят к дому из окна своей комнаты. Но, как оказалось, поохотится им все-таки удалось. Двое из воинов несли тушу оленя, а также несколько зайцев и птиц. Я внезапно вспомнила про лук, оставленный в домике, и отошла от окна. Что ж, решила я, придется еще раз наведаться туда. Я подошла к двери, намереваясь выйти, как она распахнулась, и на пороге моей комнаты возник Хаки. В его руках я увидела свой лук колчан со стрелами. Он вошел в комнату и протянул мне оружие. Я с благодарностью приняла его и положила на кровать.
— Когда ты ушла? — спросил он, — Я проснулся раньше всех, но тебя уже не было, — он с секунду выдержал паузу, а потом добавил, — И Бьерна тоже.
Я вскинула голову.
— Вы были вместе? — я внезапно увидела, что он старательно пытается хранить хладнокровие, но его руки, сжатые в кулаки до такой степени, что побелели костяшки пальцев, выдавали внутреннее напряжение. И тогда я поняла, что Астрид и Бьерн были правы, я ему нравлюсь и не из-а сестры он полез тогда в драку, а из-за меня. Я охнула и поднесла ладонь к губам. Хаки стоял неотрывно глядя на меня своими синими, как море глазами и я поняла, что не смогу причинить ему боль, только не сейчас. Но и обманывать его я не собиралась.
— Тебя это не касается, — произнесла я тихо.
— Еще как касается, — он захлопнул дверь и приблизился. Я отступала назад и внезапно уперлась спиной в стену, а Хаки захватил меня в кольцо своих рук, не давая ускользнуть. Его лицо оказалось слишком близко, все, что я смогла сделать, это отвернутся. И тогда он ударил кулаком по стене, с такой силой, что я испугалась, что он или сломает себе руку или проломит стену. Удар пришелся в нескольких сантиметрах от моего лица. Я вскрикнула и он, словно опомнившись, опустил руки, освобождая меня, и отошёл назад на шаг. Я бросилась к двери, но распахнув ее, в нерешительности остановилась и оглянулась. Хаки так и остался стоять ко мне спиной. Я опустила взгляд и увидела, что его рука вся в крови.
— Прости, — сказала я и вышла, плотно закрыв за собой дверь.
Я не могла оставаться в доме и вышла во двор. Ноги сами понесли меня к морю. Там я села на камень и заплакала. В моей голове все смешалось. Я поняла, что Хаки догадывается о том, что произошло между мной и Бьерном и злится из-за этого. Мне следовало быть аккуратнее с ним, но кто же мог предсказать, что он влюбится в меня. Как же слепа была я! Ведь говорила мне Астрид, а я не верила. Но, самое странное было в том, что мне сейчас показалось, будто я предала его. Как же все запуталось.
Я вскочила на ноги и принялась мерить шагами расстояние от воды до камня. В таком состоянии меня и нашел Атли.
— Что с тобой? — спросил он, — Это из-за Бьерна? Что он натворил, что ты места себе не находишь?
Я издала глубокий звероподобный рык, словно хотела через него выдавить из себя все негативные эмоции. Не помогло.
— Я не знаю, что мне делать, Атли, — сказала я, — Я так запуталась и даже сама того не желая, причиняю людям боль.
— Успокойся сначала, — он поймал меня за руки и усадил обратно на камень, — Чем больше сражаешься с судьбой, тем хуже получается. Пусть все идет своим чередом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
