поражения ландесвера. Таким образом, это было «с трудом мыслимой по сложности и крайне неблагодарной задачей», к тому же войска не вполне осознавали положение, в котором находятся. Штабу корпуса оставалось лишь за счет жестко сформулированных указаний предотвращать своевольные атаки местных командиров. Помимо этого были еще и тяжелые сомнения, ведь сказался бы и вывод – как было приказано 19 мая – 1-й гвардейской резервной дивизии, войска которой благодаря имеющемуся в них многочисленному офицерскому и унтер-офицерскому корпусу следовало рассматривать наравне «с лучшими из добровольческих формирований на охране восточной границы», а вот нижние чины в них были подвержены материалистическому воздействию тогдашней эпохи.
Между тем в полосе Железной дивизии и ландесвера возобновились бои. 18 мая противник атаковал одновременно у железнодорожного моста к северу от Митавы и под Кальнцемом. В то время как на первом из этих участков после продолжительного боя его удалось отразить, полевое охранение немцев под Кальнцемом вынуждено было с потерями отступать. Однако в ходе контрудара удалось вернуть потерянный было пулемет и отогнать противника на исходные позиции, нанеся ему существенные потери.
Реорганизация системы командования
Возникшая из-за вышеупомянутых событий, а также в связи с изменившимися планами командования пауза была использована для того, чтобы до некоторой степени прояснить более чем запутанную систему подчинения различных инстанций[164]. В то время как бригада «Курляндия» еще до недавних перемен получала очень подробные приказы в том числе и для действий после взятия Риги, у командира ландесвера майора Флетчера теперь были развязаны руки. Согласно письму из штаба корпуса 1-му офицеру Генштаба от 16 мая, он должен был «провести соответствующие совещания – в духе имеющихся там точек зрения», то есть отрегулировать взаимодействие с германскими частями. Бригада «Курляндия» получила указание, все соответствующие мероприятия рассматривать в качестве латвийских проблем, касающихся ландесвера. В случае латышской акции командование корпуса, то есть и бригада «Курляндия», должны были лишь терпеть ее, но не командовать. Его командная власть должна возобновиться лишь в том случае, если дело будет заключаться в отдаче распоряжения о том, как использовать создавшееся положение в интересах германских оборонительных позиций. Штабу бригады было указано, как и командованию корпуса, в ходе предполагаемых сепаратных акций на фронт не выезжать.
В действительности же, наконец, отправленный на фронт 1-й офицер Генштаба из штаба корпуса обсудил с офицерами Генштаба из частей на передовой операцию во всех деталях. Согласно плану войска должны были занять позиции:
2-я пехотная бригада, то есть оставшиеся на фронте части 1-й гвардейской резервной дивизии: Нойгут – Гросс-Эккау;
Железная дивизия: Баллинг – Нойхоф – Кляйн-Юнгферхоф – южная оконечность оз. Егель;
Ландесвер: оз. Егель – Магнусхольм.
Эти распоряжения с тактической точки зрения означали переделку первого варианта приказа, ведь теперь вместо правого главный удар наносило левое крыло. Это было вызвано тем, что отпали части 1-й гвардейской резервной дивизии. Большую ценность придавали ускорению процесса, ведь само присутствие 1-й гвардейской резервной дивизии следовало использовать, а сама она могла бы еще послужить резервом.
Основополагающие распоряжения ландесверу
Высший штаб ландесвера теперь смог 17 мая отдать приказ о подтягивании остававшихся в тылу формирований, включая предоставленный командованием корпуса батальон Мальмеде из Либавы, а 20 мая – о концентрации в ночь на 22-е задействованных в операции частей в составе 2 групп на дороге Эрзель – Кальнцем.
Приказ о наступлении предусматривал движение ландесвера тремя колоннами. Правая колонна, командование которой принял сам майор Флетчер, – ударный отряд, батальон Мальмеде, отряд Медема и приданные им части, – должна была в 1.30 ночи выступить через Граббе – Скангалль – рижское шоссе – предместье Ценненхоф – Дзильне; средняя колонна полковника Баллода – батальон Эйленбурга, основные силы бригады Баллода, отряд Ливена и приданные части – в 4.30 утра выдвигались из Огле через Петинг – Дзильне, частями через Русскую гряду – предместье Ценненхоф; а Шлокский отряд, – две латышских роты, эскадрон и батарея – наступал с фронта Каугерзен – Шлок между оз. Бабит и побережьем. Флотилия на р. Аа, которая была образована Железной дивизией, используя найденные суда, отправлялась к мостам у Нойбильдерлингсхоф. Всего, согласно латышским источникам, ландесвер для операции имел в распоряжении около 6 тысяч человек, 2 тысяч лошадей, 17 орудий и 156 пулеметов. Тот же источник оценивает силы противостоявших ему большевиков в 10–14 тысяч человек, 2 батареи тяжелых орудий и 1 гаубичную батарею, бронепоезд и 2 броневика.
Дальнейший ход операции был задуман так, что колонна Флетчера продвигается как можно быстрее, с юга выходит к дороге Блуаднек – Рига и затем, согласно данным на месте указаниям, двумя колоннами будет наступать через Пинкенхоф – Пупе и через Беббербек в Ригу. Отряд пулеметчиков-снайперов Клайнаха должен был силами латышской роты и эскадроном под Дзильне блокировать мосты через Аа у Бильдерлингсхофа[165] и дефиле между оз. Бабит и побережьем. Шлокский отряд по мере продвижения главной колонны должен был зачищать пространство между оз. Бабит и берегом.
В целом же все детали были урегулированы приказом, а в частности были приняты жесткие меры для поддержания строгой дисциплины.
Бои за Ригу
Наступление превратилось в победоносное шествие. Первое сопротивление к востоку от дюн на кальнцемском предмостном укреплении было сломлено стрелками ударного отряда. Ударный отряд, кавалерийский отряд Энгельгардта и батарею Медема ненадолго задержал и большевистский арьергард, действовавший под Скангалом. В ходе постоянного обстрела, в котором были задействованы и двинутые в переднюю линию орудия, неудержимо пошли через болото Тируль. Когда же на одном из участков Боленской дороги проходили через настоящее дефиле, сопротивление красных пришлось крушить сосредоточенным пулеметным обстрелом. В ходе дальнейших боев под Ценне колонна уже около 8 часов утра вышла к Дзильне. Отступавший перед фронтом колонны Баллода противник был отрезан. Он обнаружил Дзильне подготовленным для обороны со всех сторон и должен был обходными путями искать дорогу к станции Пупе.
Уже около 9.30 утра к Дзильне прибыл и авангард колонны Баллода, батальон Эйленбурга. Колонна, когда она в 5.30 утра выступила из Кальнцема, только под Визманом встретила небольшое сопротивление. Кавалерийский ее отряд – под командованием Хана – захватил 1000 пленных.
Между тем авангард колонны Флетчера под командованием капитана фон Медема около 10 утра самостоятельно двинулся от Дзильне на Ригу. Стрелки на повозках самым скорым темпом направились к мостам через Двину. Частью наступая на пятки бегущему противнику, частью обгоняя его, небольшой отряд около 11 утра вышел к поместью Шампетер. Усиленный отряд противника, который разворачивался со стороны Шварценхофа, был обойден,
