сделку по покупке дома, оформляем временные документы. Как ты?
— Я не хочу сейчас говорить обо мне. Я в порядке, рассказывай, мне все интересно. Как вы устроились, как ты, как дети?
— Все хорошо, мы устроились в доме, сейчас приводим его в порядок. Наши документы почти оформлены, единственная проблема с документами на Ваню. Я должна через пару дней получить решение по его документам. Тут у меня возникли трудности.
— Понятно, я предполагал, что так может быть, но ты, по крайней мере, попыталась ему помочь. Рассказывай все по порядку в самых деталях. Я хочу все знать.
Я долго рассказывала о нашей дороге, о доме, о жизни, о том, как Ваня подружился с детьми. Мы проговорили около получаса, когда мои дети подбежали к машине. Они поняли, что я говорю с их папой и стали громко кричать и отбирать трубку. Я включила громкую связь и они начали на перебой рассказывать о путешествии, о новом друге Ване, о том, как мы живем. Муж оживленно участвовал в беседе, но под конец его голос стал хрипеть. Я поняла, что этот разговор ему дается нелегко. Я отправила детей в дом, переключила связь обратно и прошептала, еле сдерживая слезы:
— Милый, все хорошо, но нам так тебя не хватает. Дети пока еще не понимают, что мы расстались ненадолго, они думают, это просто отпуск без тебя. Я не буду пока говорить им правду, я просто не в силах. Я сама не хочу осознавать, что я как-то должна жить без тебя, я не хочу думать об этом, иначе сойду с ума.
— Я уже схожу…
Я слышу как он плачет, за долгие годы жизни с ним я слышала, как он плачет лишь один раз. Мы расставались, и я сказала, что не вернусь никогда. Тогда он был в таком же состоянии. Сейчас он в разлуке не только со мной, но и с детьми, которых он так любит. Я даже боюсь представить его состояние. Я пытаюсь его успокоить. Мы договорились созваниваться каждый вечер, поддерживать друг друга. Я понимаю, что сейчас то время, когда моя поддержка нужна ему как никогда раньше. Мы попрощались, и я пошла в дом.
Два дня прошли, как в тумане. Я старалась не показывать свои переживания, но внутри меня трясет от страха. Я стараюсь отвлекать себя разными мыслями, игрой с детьми. Мы все в ожидании окончательного ответа по поводу Вани. Мы ложимся спать, сейчас я сплю с детьми, потому что мою комнату пока не привели в жилое состояние. Я не в состоянии сочинить сказку, решаю спросить, кто сегодня хочет рассказать сказку. Дети молчат, но тут раздается голос Вани, я хочу рассказать, я придумал:
— Ванюша, наконец, мы будем рады услышать твою сказку.
— Жил-был маленький щенок. У него не было родителей, он ходил по лесу совсем один. Ему было холодно и страшно. Однажды щенок увидел как на поляне играют два медвежонка, он подошел поближе и стал за ними наблюдать. Когда медвежата заметили щенка, они подбежали к нему и тоже предложили поиграть. Щенок обрадовался и побежал за ними играть на поляне. Вечером за своими детенышами пришла большая мама медведица. Она звала их домой ужинать. Когда медвежата направились в сторону к своей маме, щенок горько заплакал, потому что он очень хотел тоже, чтобы у него был дом и мама, и братик с сестрой. Он так боялся остаться один. Мама медведица увидела щенка и сразу все поняла. Она взяла его, посадила к себе на спину и повела домой. Так щенок нашел свою семью.
— Ваня, это самая лучшая сказка, которую я слышала.
Я заплакала, обняла его очень крепко, обняла своих деток и стала молить Бога, чтобы он не разлучал нас, чтобы он дал силы моему мужу выдержать это испытание. Я молила его про себя, чтобы не напугать детей, а они в это время заснули. Завтра решится вопрос по поводу Вани, скорей бы утро. Я не могу больше выдержать такое ожидание.
Утро. Мы с Ваней и мамой едем в Минск, остальные остались дома. Мама должна получить документы на дом, а я мчусь с Ваней в указанный кабинет. Я захожу и тут же узнаю всех членов комиссии. Они просят меня выйти для того, чтобы у них была возможность задать пару вопросов Ване. Я выхожу и жду, Ваня выходит минут через десять, еще через десять минут выходит женщина, которая говорит, что Ваню решили оставить в стране, но мне придется немного побегать, чтобы оформить на него документы об опеке. Она протягивает номер, по которому следует позвонить. Она говорит, что мне подскажут, как оформлять такого рода документы. Это наша большая победа. Я обнимаю ее крепко и от души благодарю. Остались еще все-таки люди, которым знакомо слово человечность, которые руководствуются не только инструкциями и правилами, а поступают по зову сердца. Пока есть такие люди, есть надежда, что не все потеряно. Я позвонила по номеру, мне рассказали куда подойти, и какие документы подговорить. Мне сказали, что оформление опеки займет примерно месяц, самое главное начать его оформлять сейчас. Я сообщаю, что приеду завтра. Я вижу, как мама идет нам на встречу. Она увидела улыбку на наших лицах и сразу все поняла, она улыбнулась в ответ. Мы спокойно сели в машину и выехали домой. Я вижу в зеркало заднего вида, как Ванечка улыбается. Он счастлив, он понимает, что он теперь с нами, что мы его отстояли и не дадим в обиду. Мой бедный ребенок, сколько он всего пережил и остался при этом таким добрым, отзывчивым и открытым. Я сворачиваю с дороги в кафе. Я вижу на вывеске огромный пончик. Я сообщаю своим пассажирам, Что хочу угостить их пирожными с чаем. Ваня хлопает в ладоши. Мы заходим в кафе, помимо пончиков там много разнообразной выпечки, пирожных и тортов. Я прошу продавца сделать ассорти из разных пирожных на вынос, заказываю себе и маме кофе, Ване чай с пирожными. Мама покупает большой торт. Мы сегодня будем праздновать. Мы купили дом, получили временный вид на жительство, получили согласие на усыновление Вани. Очень хороший день. Мы садимся за стол, Ваня радостно ест десерт и все время поглядывает на меня. Ваня доел, встал из-за стола и крепко меня обнял, поблагодарил и я понимаю за что. Это благодарность не за пирожные, а совсем за другое. Я чувствую, испытания закончились, начинается жизнь.
