— Не-а, — метис вальяжно махнул ручкой. — Ты до такого в принципе не опустишься.
— Уверен?
— Да. «Орёл мух не ловит».
— Дурацкая поговорка, — она шагнула на стартовую тумбочку третьей дорожки.
— «Львы бабочкам не страшны», — пожал плечами хафу, поднимаясь на вторую. — «Добывание изюма из булок». В общем, я долго могу перечислять, но ответ — нет. Не твой стиль, видно же.
Не сговариваясь, оттолкнулись и в воду прыгнули они одновременно.
Вот же отморозок, сердито думала Хину, старательно разминаясь на задержках дыхания. Может ведь и допрыгаться.
Хотя с другой стороны расчёт интересный (если только это расчёт, а не отмороженный экспромт): начальник отдела, снабженец Камамото, даже за откровенный полупрогул стажёра вряд ли станет поднимать шум.
Не та должность плюс неписаные правила игры: привлеки внимание таким инцидентом сейчас — шум дойдёт и до кадров, и до модераторов безопасности, тем более что Решетников только вчера получил от них поощрение. Хоть и формально.
А стандартные меры принуждения, работающие на нормальных людях, на конкретном отморозке могут тупо не сработать: вон, вместо того, чтобы сидеть на рабочем месте и страдать без дела от общественного порицания, он на всё плюнул и вообще пришёл сюда. Гребёт в своё удовольствие, абонемент полтора миллиона иен, получил тоже бесплатно.
Кстати, а ведь если стажёра даже уволят из Йокогамы, его походы в Атлетику это не аннулирует: годовой безлимит оформлен, обратно не отыграешь.
Хьюга сменила брасс на вольный, затем через сто метров перевернулась на спину.
* * *
Утро началось с атаки на залоговый акционерный пакет деда.
Свой человек в Комиссии по ценным бумагам добросовестно отработал все вложения и подарки, которые делались ему, наверное, последние года три: старательно вышел на связь с одноразового номера, напомнил о себе и предупредил. Вкратце описал ситуацию, действия покупателей, обещал на своём уровне притормозить вопрос под предлогом стандартной бюрократической волокиты.
Хонока поблагодарила на словах, тут же перевела на известный счёт ещё одну благодарность другого рода, после чего пошла к Уэки ногами (разговор был явно не для телефона, хоть и защищённого):
— Хьюга каким-то образом проведали, что дедушка не у дел! — начала Хаяси-младшая с порога. Затем пересказала последний звонок. — Почему твои закладки молчат? — в лоб поинтересовалась она, имея в виду известные ночные реверансы. — Хорошо, что наш человек отзвонился! Я это от тебя первой должна узнавать, а не со стороны, — да, откровенный упрёк, но вежливость сейчас по боку.
Не до политесов.
Уэки виновато вздохнула:
— Закладки не молчат. Я просто ещё не выгружала.
—???!!! — у финансистки не нашлось слов.
— Ночь не спала, домой попала в половину шестого. Только и успела что помыться и переодеться, потом сразу сюда, — честно пояснила айтишница. — Сижу, второй час втыкаю, как бот. Читаю строчку — и не понимаю, что написано. Перечитываю ещё раз.
Хоноке захотелось грязно выругаться.
— Я неправа. — Дальше Ута добросовестно извинилась. — Извини, больше не повторится. Не думала, что они прямо с утра начнут, — вырвалось у неё.
— Теперь хочется ругаться ещё больше, — мрачно сообщила финансистка. — Ладно. Эмоции в сторону. Давай хоть твою новую систему проверим, раз такая оказия.
Примерно через три минуты оказалось, что один стажёр-полукровка получил свои сверхурочные за последние сутки не зря: оборудование и пакеты работали, как надо, просто на выгрузку нарытого искусственным интеллектом массива информации нужно каждый раз формулировать отдельную команду.
А у кое-кого, судя по помятой физиономии, до нажатия виртуальной кнопки просто руки не дошли, Хонока даже сказала это вслух. С удовлетворением посмотрела на виноватое лицо Уты и снисходительно добавила:
— Ладно, говорю же, проехали. Хорошо, что всё работает. А где ты до утра шаталась? — последнего вопроса она задавать не планировала, вырвался сам.
— Да с нашим стажёром. Пошла посидеть после всего, плюс напоролись на младшую Хьюгу…
По мере рассказа Хаяси изумлялась всё сильнее, но от критичных комментариев предусмотрительно удержалась:
— Тебе жить, — подвела она короткий итог. — Это о тебе теперь будут говорить, что он тебя… ты поняла.
— Ай, плевать! — Решительно отмахнулась айтишница. — Вот уж до чего сейчас точно дела нет!
Хонока наклонила голову к плечу и вопросительно изогнула бровь.
— Хорошо, что второго бокала я пить не стала! — Уэки сама ответила на невысказанный вопрос. — Но до чего жаль, что полностью выпила первый!
Понятно. Кое-кому много не надо, чтобы утро было весёлым, но этого вслух тоже не скажешь.
— Я в молл. — Хаяси не стала ругаться, читать нотации взрослому самостоятельному человеку, просто проинформировала.
— По вопросу акций? — в перерыве между глотками спросила Ута, жадно глотавшая воду из кулера, налитую в большую кружку.
— Да. Кое-кто из иностранцев, наши знакомые из-за океана. Есть надежда, что поручителями за кредит выступят они, нужно попытаться договориться: тогда пакет акций деда выйдет из залога.
* * *
К сожалению, владельцы толстых кошельков на встречу предсказуемо опаздывали: в роли просителя выступала она, их интерес минимален, отчего бы и не набить цену. Заставляя ждать чужого топ-менеджера.
— А ты здесь что делаешь⁈ — прогуливаясь по галерее, Хонока лоб в лоб столкнулась с Решетниковым.
Вместо ответа стажёр поднял на уровень груди руки, нагруженные пакетами с новой одеждой.
Сам он при этом щеголял в свежекупленном костюме от Курихара не самой старой коллекции, а его предыдущие пиджак и брюки небрежно торчали из бумажного свёртка.
Видимо, вчерашняя премия стартовала, сообразила финансистка. А вслух не удержалась от подколки:
— Жениться собрался или напрокат взял?
— Ни то, ни другое — спокойно ответил метис. — Решил радикально заменить гардероб на что-нибудь изысканное и стильное.
— Выглядит неплохо, — признала Хонока через силу. — Это что, их последняя коллекция?
Если бы не занятые другой темой мозги, хоть задумывайся над сменой имиджа нового знакомого.
И вчера с безопасностью он договорился, припомнила ничего не забывающая начальница секретариата финансов. До этого с бывшей утром — вообще рыцарь без страха и упрёка, само благородство, хотя и на моём багажнике. Даже денег с неё не потребовал, хотя кто угодно другой бы на его месте…
В качающейся корзине на двести метров ездил и утром, и вечером — Ута снимки слала по горячим следам. Сделав из любопытства звонок знакомым промышленным альпинистам, Хонока буквально за минуту выяснила такие детали подобных подъёмов, что где-то захотелось сменить обычное потребительское отношение к конкретному ресурсу на что-то иное.
Впрочем, всё имеет своё объяснение. Возможно, возраст берёт своё и тип решил взяться за ум: занялся гардеробом, а не пошёл в импровизированный выходной продолжать их ночные возлияния дальше.
Она принюхалась: нет, в отличие от Уэки, этот накануне не пил.
Кстати, насчёт выходного.
— А почему ты здесь⁈ Ты же с сегодняшнего дня в снабженческой логистике? — ну да, открыто дала понять, что смотрит за его профайлом.
С другой стороны, должен понимать: после кое-каких совместных действий — ничего удивительного.
— А мне новый босс решил «условия создать». — Хафу за минуту пересказал историю своего утреннего появления на новом рабочем месте.
— А ты плюнул и ушёл сюда, что ли? — в первый момент растерялась младшая Хаяси. — Покупать новую одежду?
— Сперва в бассейн сходил.
Хонока напряжённо задумалась.
Вчерашний перевод Решетникова через голову начальника отдела — их прокол. Он-то ладно, вон, не от мира сего. Но они-то с Уэки должны были сообразить, чем разовое документальное прикрытие ночью обернётся для их человека на утро.
