набросила его на Эрика, накрыв тканью с головой и безаботно при этом рассмеявшись.
Он от меня подобного не ожидал и растерялся, так что я легко повалила его на спину, смеясь и закутывая в плед. Эрик, надо отдать ему должное, тоже рассмеялся и стал выпутываться из плена не очень-то старательно, позволяя мне мять себя. Это меня порадовало!Это - то, что нужно! И эмоциональная разрядка, и никакой близости, и никаких глупостей! Вернее, глупости, конечно, в наличии, но зато безобидные.
- Знаешь, что будет сегодня ночью? - продолжая смеяться, спросила я, и тут же сама ответила: - А ничего того, чего бы хотел ты! Как насчёт дружеской потасовки?
Он не успел ответить, как я начала щекотать его бока.
О, да! Мало кто знает, но я обожаю вот так беситься! Мишка в первые месяцы нашего общения недоумевал, что со мной в таких случаях делать. Вроде как вечно боялся сделать мне больно, уронить, нечаянно ударить... Но потом отбросил все свои сомнения и стал легко втягиваться в подобные развлечения.
Так что я прекрасно знала, что от человека вроде меня подобных выходок никто не ожидает, и пользовалась этим иногда. Со мной рядом не часто люди, с которыми можно вести себя так, как хочется. Эрик каким-то непостижимым для меня образом прокрадывался в число этих людей, и я остро ощутила это лишь теперь, когда пыталась удержать его пледом.
- Защищайся давай! - подбодрила его я, хотя и без этих слов Эрик тщетно пытался увернуться от моих рук.
- Эй! - он засмеялся вновь, и я поняла, что всё отлично. - Так нечестно!
Выпутаться из пледа, при этом не позволяя щекотать себя, оказалось для него трудным. Или он просто прикидывался, и ему нравилось происходящее и потому он поддавался.
Видимо, всё же второе, поскольку вскоре плед он с себя скинул, и его руки легко дотянулись до меня. Уж не знаю, насколько опытен был Эрик в вопросах боя и щекотки, но он решил выполнить первоочередную задачу - обездвижить меня. О, это было не так-то просто! Кроме того, он опасался сделать мне больно, что являлось моим несомненным преимуществом. Поскольку изворотливостью я всегда обладала повышенной, от его рук мне удалось легко уйти, и даже перекатиться в противоположную сторону кровати, где лежали стопкой оставшиеся два пледа. Один из них я незамедлительно схватила и приготовилась накинуть на парня, но и он был не промах.
Эрик вновь легко дотянулся до меня, и я поняла, что в щекотке он немного смыслит, поскольку первое, что он сделал - начал искать, где же я её боюсь. Благо, боялась я только, когда мне щекочут бока, шею или пятки. А Эрик начал свой поиск с коленей, до прикосновения к которым мне дела не было, и я выиграла время, изловчившись и повалив Эрика на спину и оседлав.
Дальше начиналось самое сложное. Я отлично знала, что мои оппоненты обычно сильнее меня, так что надо не дать время на то, чтобы перехватить инициативу. Сейчас мне это удалось. Эрик смеялся, смотрел на меня по-прежнему немного ошарашено, и это давало все шансы на победу. Мои пальцы бегали по его бокам, и я с радостью наблюдала, как Эрик смеётся, пытаясь перехватить мои руки или скинуть с себя.
Он был красивым. Когда заливался безудержным смехом, он действительно казался мне красивым. Сидя на его животе, я подумала, что уже не покажется странным, если я ещё раз потрогаю его волосы, которые мне теперь уже не так не нравились. Одной рукой продолжая щекотать его, второй я, словно невзначай, дотянулась до его волос.
Вьющиеся, короткие и жёсткие на вид, но такие приятными на ощупь... И как они могли напоминать мне шерсть терьеров? Собаки эти со своей шерстью в тот самый момент меня подставили, поскольку вспомнились совершенно некстати. Пока я думала об этих бедолагах, неспособных к линьке, Эрик легко перехватил щекочущую его руку, сбросил меня и подмял под себя.
Судя по его весёлому взгляду, он не обратил внимание на прикосновение к волосам, и это меня так порадовало, что я снова упустила момент, когда начала проигрывать. Эрик практически сидел на мне, стараясь удерживать мои руки одной рукой, а второй атаковать, но это было не так просто.
Да, он показался мне красивым, я и сейчас ловила себя на мысли, что любуюсь им, гляжу на взлохмаченные волосы, на горящие азартом светлые глаза и белозубую улыбку... Но это не мешало мне не поддаваться ему в нашем бою!
Я бы выиграла, если бы Эрик не поймал и вторую мою руку. Больше мне противопоставить ему было нечего, и я на миг задумалась над тем, что же он предпримет. А он наклонился ко мне и принялся щекотать носом шею... Такого прежде никто себе не позволял! Начатый мной дружеский шуточный бой начал смахивать на флирт, но сообщить об этом наблюдении Эрику я не могла: было действительно смешно.
Извиваясь под ним, я смеялась сама, ловила его смех и понимала, что надо прекращать. Мне казалось, что ещё немного, и Эрик не удержится - коснётся моей кожи губами, и тогда уже, возможно, не удержусь я.
- Хватит... - сквозь смех попросила я. - Хватит, Эрик, ты тяжёлый!
Тяжёлым он и правда был, но это, как ни странно, была приятная тяжесть. Лежать, придавленной им, оказалось действительно приятно, но казалось, что это - его план, логичное продолжение его шуток про нас.
- Сдаёшься? - прошептал Эрик мне в ухо.
Совершенно не чувственно получилось, но щекотно. Он определённо знал, что делает!
Сдаваться не хотелось.
Соблазнять и провоцировать Эрика - тем более.
- Я сдаюсь, - сквозь смех сумела выговорить я, и Эрик резко отстранился, выпрямившись.
Он прерывисто дышал и улыбался, глядя на меня, распростёртую под ним. И хоть во взгляде его ничего нехорошего я не заметила, поспешила приподняться на локтях и попытаться выбраться. Намёк мой был понят сразу, и я даже удивилась, что парень слез с меня и даже удержался от комментариев.
- Надо было играть на что-то, так интереснее, - заметил Эрик, дотягиваясь до помятого пледа и расправляя его. - Повторим как-нибудь?
- Повторим, - улыбнулась ему я, поскольку мне действительно понравилось: и игра, и его реакция на неё.
27
Свечи давно были погашены.Мы с Эриком лежали и смотрели друг на друга, хотя стемнело уже окончательно, и за окнами царила тьма,
