там никого нет, но все равно как-то жутко. Отвязав пленника от седла, я стащил его на землю и посадил спиной к стене. Голова пернатого безвольно свесилась на грудь.
– Он живой? – Лелуш ткнул карателя посохом, и тот слабо дернулся. Я отпустил Фантома и, развязав пленнику руки, скрутил их у него за спиной. Так надежнее. Шанар зашевелился и поднял голову. На меня уставились мутные серые глаза, полные боли и непонимания. Цепкий взгляд скользнул по окрестностям, оценивая обстановку, и вновь вернулся ко мне. Только на этот раз я увидел лишь злость и, кажется, насмешку.
– Кто...? – Он сглотнул, пытаясь овладеть собственным голосом, – Кто вы такие?
Лелуш хмыкнул, но промолчал. Ясно, отвечать мне.
– Лексиан, – я распахнул накидку и продемонстрировал эмблему клана, нанесенную на броню. Не вижу смысла скрывать. Губы карателя искривились в презрительной усмешке.
– А не поздно вы спохватились? – он поморщился от боли и снова ухмыльнулся, с вызовом глядя на меня.
Сомнений нет. Этот ублюдок что-то знает.
Присев на корточки, я позволил карателю как следует разглядеть мои глаза.
Но зрелище не возымело должного эффекта, пленник не вздрогнул, не отвернулся, вообще никак не отреагировал.
– Где Рейн? – напрямик спросил я. Лелуш за моей спиной зашевелился. Похоже, ему не терпится удавить этого пернатого.
Каратель молчал, с улыбкой глядя на меня. Ясно, сотрудничать он не намерен. Светлый едва слышно выругался. Не знаю, кто из этих двоих раздражает меня сильнее. Наверное, все-таки шанар. Силой мне от него ничего не добиться. Может, попробовать спросить иначе?
– Год назад я покинул Шаенон, чтобы пройти ритуал Инициации. Я вернулся и обнаружил, что моя ученица мертва. Её убил кто-то из Шантары. Я просто хочу знать, за что и как это произошло. На месте предполагаемого убийства остались перья шанар, поэтому уверен, ты что-то знаешь.
Вот так просто взял, и выложил всю правду этому пернатому. Лелуш предостерегающе зашипел, но я оставил его без внимания. Мой мир сузился до внимательных и холодных глаз карателя. Знаю, сейчас он видит меня насквозь. Пленник хмыкнул и покачал головой.
– Хреновый из тебя наставник, – он сверлил меня насмешливым взглядом, и я едва сдержался, чтобы не приложить его затылком об стену. Может, наставник из меня действительно никудышный, но не этому белобрысому хаффу об этом судить.
– Шантара бросила вызов твоему клану, – неожиданно спокойно сказал пленник, прислонившись затылком к стене некрополя. – А знаешь, почему?
Я отрицательно качнул головой. Лелуш шагнул ближе и скинул с головы капюшон, открыв пленнику свое лицо. Если шанар и удивился, то не подал виду.
– Ваш ушастый герцог убил телохранителя Кхарра, одного из наших лучших командиров. И Кхарр, по закону орков, потребовал ответной крови. Лексиан должен был отдать нам своего сильнейшего воина. Дальше рассказывать?
Мне потребовалось время, чтобы переварить услышанное. Алекс отдал Рейн на откуп оркам? Я поймал недоверчивый взгляд светлого. Нет, это отродье лжет. Но в серых глазах не осталось даже тени насмешки.
– Что вы с ней сделали? – хриплым, как после долгого крика голосом, спросил я. Воздух вокруг Лелуша затрещал от нахлынувшей стихийной энергии. Интересно, на кого он сейчас злится? На Алекса, или на Шантару?
Лицо карателя озарила мечтательная улыбка.
– Я убил её, – признался он и прикрыл глаза, видимо, погрузившись в приятные воспоминания. – И вырвал ей душу…
Не дослушав, я рывком поставил пленника на ноги и изо всех сил впечатал кулак в его скулу. Каратель покатился по земле. Руки пленника так и остались связанными за спиной. Пернатый поднялся на колени и прожег меня полным ненависти взглядом. Я усмехнулся. Нас двое против одного связанного. И совесть моя спит крепко и безмятежно, потому что эта белобрысая тварь подняла руку на Рейн. Да его черви заживо жрать будут, я пальцем не пошевелю. Неспешно приблизившись к карателю, который безуспешно пытался подняться, я ударом ноги отправил его обратно на землю.
– Клауд, – голос Лелуша звучал как будто издалека. Мир вокруг меня заволокло кровавой пеленой и я, проигнорировав светлого, с рычанием бросился на карателя. Пленник приподнял голову, но, похоже, на большее он уже не способен. А я хочу, чтобы эта тварь орала от боли, разрывая легкие, хочу почувствовать его сердце в своих руках и превратить его в кровавую лужу.
– Клауд! – светлый вцепился в мое крыло и попытался оттащить от потерявшего сознание карателя. Кажется, я зарычал. Мир вокруг взорвался огненным вихрем. Последнее, что я запомнил – расширенные от ужаса глаза Лелуша.
***
Кровавая пелена перед глазами рассеялась, явив моему взору закутанную в плащ фигуру. Из-под темного капюшона на меня смотрели глаза такого густого красного цвета, что я на миг перестал дышать.
– Рейн, – произнес я на выдохе.
Тихий смех, и капюшон слетел с головы эльфийки. Каскад черных волос скрыл почти половину лица, но и увиденного хватило, чтобы понять – я ошибся. Она подошла совсем близко, и меня окутало завесой дрожащих капелек крови. По спине прокатилась волна холода, заставив меня поежиться. Страх оказался таким сильным, что меня затошнило. Я попробовал закричать, но понял, что больше не в состоянии шевелиться. Холодные пальчики бабочками порхнули по моей щеке.
– Клауд, – эльфийка обошла меня кругом, и я почувствовал осторожное прикосновение к перьям крыла. Волосы на затылке слабо шевельнулись, и я, не выдержав, зашипел сквозь плотно стиснутые зубы. Выдернув перо, эльфийка провела им вдоль моей ключицы, заставив сердце испуганно замереть. Кровавые глаза застыли чуть ниже моего лица, соблазнительные губы изогнулись в улыбке. Признаюсь, я сотни раз слышал этот голос, но не мог и представить, что увижу его обладательницу. Уверен, это просто сон. Очень красочный, очень реалистичный, но все же сон.
– Никса? – пошевелиться я так и не смог. Богиню, кажется, позабавили мои жалкие попытки избавиться от её чар. Приподнявшись на цыпочки, она коснулась языком моих губ, и я судорожно выдохнул. Аромат эльфийской крови пощекотал нос и проник глубоко внутрь меня. Глаза вновь заволокло пеленой, и я просто закрыл их. Тяжело дыша, я ждал, что будет дальше, но Богиня ко мне больше не прикоснулась. Осторожно открыв один глаз, я наткнулся на насмешливый, внимательный взгляд.
– Эта белобрысая тварь нагло лжет, – тонкие пальчики вновь потянулись к моей шее, но на это раз я даже не дернулся. Острый ноготок оставил на коже пылающий след, и я
