готовую по первому требованию вплестись в мое заклинание. Но есть еще одна, пятая сущность, и мне кажется, что в момент опасности я буду обращаться именно к ней. Это неистовая, разрушительная сила, такая же темная, как мое крыло.
Я могу ошибаться, но, думаю, здесь не обошлось без вмешательства Никсы. На мне её проклятие, или дар, смотря с какой стороны судить. За последние несколько месяцев я узнал о ней все, я проникся её самыми сокровенными желаниями, прикоснулся к её силе. Иногда мне кажется, что я проклятое чудовище, потерявшее остатки жалости. А разве инквизитор не должен быть таким? Разве не должен я быть холодным и непреклонным, как сама смерть? Да, трупов на моем счету стало гораздо больше, но это мелочь по сравнению с тем, что будет, вырвись Богиня из своего заточения.
Подхватив сброшенный во время ритуала плащ, я на миг задержался перед статуей древнейшего шанара. Исполин взирал на меня пустыми, мертвыми глазами, и я лишь с шипением вздохнул. Здесь мне не найти ответ. Как бы там ни было, я теперь полноправный боевой маг, и этого у меня не отнять.
Я активировал мгновенный телепорт и переместился в старую эльфийскую деревню, собираясь пройтись по местным лавкам. У фонтана меня окликнули. Я, не оборачиваясь, пошел дальше. Необъяснимая злость разъедала меня изнутри, и меньше всего мне хотелось бы сейчас с кем-то общаться.
– Клауд, хафф тебя побери, – меня окутало золотистым сиянием исцеляющей магии, и я резко развернулся. Кэдрин.
Темная прожгла меня мрачным взглядом, явно недовольная моей попыткой проигнорировать ее. Я потянулся, с удовлетворением отметив, что боль отступила, а раны и ссадины, полученные во время ритуала, затянулись, не оставив и следа.
– Спасибо, – она не услышала, она прочитала это по моим губам. Голос охрип и отказался подчиняться. Эльфийка кивнула, не отрывая взгляда от моего лица. Я улыбнулся самыми уголками губ, заставив её нахмуриться.
– Поздравляю, – Кэдрин, наконец, немного смягчилась. Я сдержанно кивнул, все еще ожидая объяснений, с какой целью она так настойчиво меня звала. Чтобы исцелить? Поздравить? Она все это уже сделала, можно расходиться. Кэдрин застыла на месте неподвижной статуей, и я шагнул к ней, не собираясь кричать через всю площадь. Место это хоть и не особо популярное, но к чему мне лишние уши? Рассмотрев меня вблизи, эльфийка заметно поежилась. – Я рада тебя видеть.
– Взаимно, – не особо искренне ответил я.
– Целый год прошел, – кажется, она пытается продолжить диалог, несмотря на то, что я явно выказал свое нежелание.
– Да, – кивнул я и развернулся, чтобы уйти.
– Ты нужен в Шаеноне.
Кэдрин сказала это очень тихо, но я услышал. Резко обернулся, и эльфийка, не задумываясь, потянулась к ножнам за спиной. Виновато усмехнувшись, она опустила руки. Я только головой покачал. Пожалуй, надо получше присматриваться к тем, кого я привык считать друзьями. Вполне вероятно, что кто-то из них в один прекрасный день сочтет меня чудовищем и решит прикончить.
Вздохнув, я направился к ней. Похоже, прошлое неотвратимо, и мне все же придется вернуться туда, куда я, вообще-то, не планировал возвращаться никогда.
Мгновенный телепорт перенес нас к храму Альвин на набережной Шаенона. Было еще слишком рано, и торговая столица показалась мне необычайно пустынной и тихой. Я недоверчиво огляделся. Меня всего год не было в городе, а он как будто вымер. Всегда бы так.
– Что произошло? – поинтересовался я у застывшей рядом эльфийки. Кэдрин лишь неопределенно пожала плечами, отказываясь давать объяснение. Никогда еще на главной площади не было так пустынно. Гномы торгуют круглосуточно, чтобы, не приведи Игритт, не упустить свою прибыль. Лицо моей спутницы застыло. Похоже, она с кем-то общается ментально. Вздрогнув, эльфийка повернулась ко мне.
– Призывай ездового фамильяра, – посоветовала она и достала из сумки собственный артефакт призыва. – Нас уже ждут.
Немного помедлив, я призвал коня. За это время Кэдрин уже взобралась в седло своего фамильра, пересекла торговую площадь и направилась к восточным вратам. Я последовал за ней. Фантом подо мной фыркал и пританцовывал от нетерпения, но я не дал ему разогнаться. У меня и без этого сложилось впечатление, что я оседлал не коня, а как минимум дракона. Тяжелая броня тихо позвякивала в такт шагам. Если я, не приведи Асим, свалюсь вниз, то в полете рискую серьезно порезаться об острые пластины, выполняющие роль дополнительной защиты Фантома.
Я двумя руками вцепился в седло. Кэдрин обернулась и, наконец, соизволила остановиться и подождать меня. По бледному лицу скользнула тень усмешки, но я-то знаю, что в глубине души она заливается от хохота. Конечно, такое неповторимое зрелище – куропатка на коне. Я миновал эльфийку и поехал вперед. Руки чесались пустить в ход магию и посмотреть, как темная кубарем катится сквозь ворота. Не знаю, какая сила меня остановила.
Выехав за пределы города, я увидел на дороге еще двух всадников. В одном я безошибочно узнал Алекса, а лицо второго было скрыто капюшоном.
Герцог Алькьярн окинул меня долгим взглядом, но ничего не сказал. Как будто это не я год назад покинул Академию, даже не подумав попрощаться. Но что могло случиться за это время? Эпидемия? Война? Никса взломала все замки от своей темницы? Хотя, последнее я бы почувствовал точно.
Спутник Алекса сбросил капюшон, и я невольно скривился. Лелуш. А я-то надеялся, что больше никогда не встречусь с ним. Белобрысый гад заметно повзрослел. Теперь я бы не смог назвать его соплей. Что-то появилось в его осанке, какое-то неоспоримое величие. Черты лица заострились, во взгляде застыло холодное презрение. Обычный высокомерный светлый. И Инициацию он, судя по всему, прошел раньше меня. Видно, Миклош не теряет времени даром, готовя себе замену.
Лелуш едва заметно улыбнулся мне. Я кивнул, все еще не понимая, что происходит. Но Алекс так же молча развернул скакуна и направился к заливу. Кэдрин больше не оборачивалась, чтобы проверить, не отстал ли я. Похоже, у неё есть заботы поважнее. Я старался держать заданный темп, хотя, признаться, верховой езде никогда особенно не учился.
Впереди показался приграничный замок Шаенона. За ним в лучах солнца искрилась вода. Я зажмурился. День еще только разгорается, а я уже мечтаю забиться в самый темный угол и просидеть в нем до самых сумерек, прислушиваясь к искушающему шепоту Богини Тьмы. Иногда, погружаясь в сон, я слышу её голос, вижу её глаза, ярко алые от жажды. Она призывает меня к
