Идея выйти на улицу после наступления темноты, чтобы следить за одним из складов Хэнка ничуть меня не согревала, но я успокаивала себя тем, что Скотт все время будет рядом. А еще я очень хотела, чтобы Хэнк навсегда убрался из моей жизни. И даже если Скотт прав, и Хэнк, будучи Нефилимом, способен затуманить мозги одному или двум полицейским, то если подтвердится, что он замешан в чем-то наивысшей степени незаконном, он никак не сможет ускользнуть от целого полицейского подразделения.
Если полиция станет дышать ему в спину, то это может оказаться хорошим началом к разгадке его планов, какими бы они ни были.
— Это точно безопасно? — спросила я. — Как мы можем быть уверены, что нас не поймают?
— Я не один день наблюдал за этим складом. Ночью там никого нет. Мы сделаем несколько фотографий через окно. Уровень риска минимален. Так ты идешь или нет?
Я вздохнула, сдаваясь. — Хорошо, мне нужно одеться. Отвернись. Я в пижаме.
Пижама состояла из майки и шортов — и я не хотела, чтобы этот образ отпечатался у Скотта в голове.
Скотт улыбнулся. — Я парень. Это все равно что попросить ребенка не смотреть на прилавок с конфетами.
Ямочки на его щеках стали четче. И это было совсем не мило.
Потому что я не собиралась идти по этому пути со Скоттом. Я приняла решение мгновенно. Наши отношения и так были достаточно сложными, поэтому, если мы планируем работать сообща, они должны оставаться платоническими.
С кривой улыбкой он поднял руки, признавая поражение, и встал ко мне спиной. Я вылезла из кровати, пробежала через всю комнату и заперлась в стенном шкафу.
Так как в двери было полно щелей, я не стала включать свет, чтобы меня не было видно снаружи, и прошла вдоль стеллажа с одеждой. Вытащила пару узких джинсов, многослойную майку и толстовку с капюшоном. Остановила свой выбор на теннисных кедах, опасаясь, что в любой момент мы могли пуститься в бега.
Застегнув джинсы, я открыла дверь шкафа.
— Знаешь, о чем я сейчас думаю? — спросила я Скотта.
Он окинул меня внимательным взглядом. — Что премиленько выглядишь в образе соседской девчонки?
Зачем он это сказал? Я почувствовала, как мои щеки покрываются румянцем, и надеялась, что при столь слабом освещении Скотт этого не заметит.
Я сказала: — Как бы мне не пожалеть об этом.
Глава 16
Средством передвижения Скотта был Додж Чарджер 1971-го года — не самая тихая машина для парня, который хотел, чтобы мы оставались в тени. Кроме того, судя по звукам, выхлопная труба сломалась, и я была уверена, что наш реактивный двигатель слышно за несколько кварталов. И хотя я считала, что мы только увеличиваем риск попасть под подозрение, громыхая по городу с натянутыми на лицо капюшонами, Скотт был непреклонен.
— У Черной Руки везде свои шпионы, — снова напомнил он мне. И чтобы подчеркнуть это, его глаза метнулись к зеркалу заднего вида. — Если он поймает нас вместе… — предложение он оставил недосказанным.
— Я понимаю, — сказала я. Смелые слова, учитывая, что они заставили меня вздрогнуть. Я предпочитала не думать о том, что Хэнк сделает, если заподозрит, что мы со Скоттом за ним шпионили.
— Не стоило мне брать тебя в пещеру, — сказал Скотт. — Он сделает практически все, чтобы найти меня. Я не подумал, как это отразится на тебе.
— Все нормально, — сказала я, но тот зловещий холодок не исчез. — Ты был удивлен, увидев меня. Ты не подумал. Я тоже не подумала. Я и сейчас не думаю, — добавила я, неуверенно хихикнув. — Иначе я бы не ошивалась возле этих складов. Здание под видеонаблюдением?
— Нет. Думаю, Черная Рука не хочет лишних доказательств того, что происходит здесь. Видео может стать достоянием общественности, — многозначительно добавил он.
Скотт припарковал Чарджер у реки Вентворт под низко свисающими ветвями дерева, и мы осторожно выбрались из машины. Когда мы прошли один квартал, обернувшись назад, я уже не могла видеть машину. Думаю, именно этого и добивался Скотт. Мы пробирались вдоль реки; полумесяц луны был слишком тонким, чтобы отбрасывать наши тени.
Мы пересекли Фронт Стрит, лавируя между старыми кирпичными складами, узкими и высокими, которые были построены рядом друг с другом.
Архитектор явно не хотел попусту тратить место. Окна зданий были замазаны, с железными решетками или закрыты газетной бумагой изнутри. У основания зданий было полно мусора и перекати-поле.
— Вот склад Черной Руки, — прошептал Скотт. Он указал в сторону четырехэтажного кирпичного сооружения с расшатанной пожарной лестницей и арочными окнами. — За прошлую неделю он заходил туда пять раз. Он всегда приходит перед самим рассветом, когда весь город спит. Оставляет машину в нескольких кварталах отсюда, а дальше идёт пешком. Иногда дважды обходит один квартал, просто чтобы убедиться, что за ним не следят. Ты все еще думаешь, что он хранит на складе машины?
Я должна была признать: шансы на то, что Хэнк принимает такие меры предосторожности ради пары Тойот, слишком низки. Если уж на то пошло, было похоже, что он использует здание для краденых машин, но в это я тоже на самом деле не верила. Хэнк был одним из самых богатых и влиятельных людей в городе. Он не нуждалась в мелких деньгах на стороне.
Нет, здесь что-то другое. И судя по тому, как у меня зашевелились волосы на затылке, я могла сказать, что ничего хорошего.
— Нам удастся заглянуть внутрь? — спросила я, подумав, будут ли окна на здании Хэнка закрыты так же, как на других. Мы были ещё слишком далеко, чтобы сказать точно.
— Давай пройдем еще один квартал, и узнаем.
Мы держались так близко к зданиям, что моя толстовка цеплялась за кирпичи в стене. В конце квартала мы оказались достаточно близко к зданию Хэнка, чтобы увидеть: если окна на нижних двух этажах были закрыты газетами, то на верхних двух бумаги не было.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросил Скотт с озорным огоньком в глазах.
— Взобраться по пожарной лестнице и заглянуть внутрь?
— Мы можем потянуть жребий. Проигравший поднимается наверх.
— Ни за что. Это была твоя идея. Ты поднимаешься.
— Трусишка. — Он ухмыльнулся, но на лбу у него блеснули капельки пота.
Затем вытащил дешевый одноразовый фотоаппарат. — Здесь темно, но я постараюсь сделать парочку нормальных снимков.
Не говоря больше ни слова, мы, пригнувшись, перебежали улицу. Поспешили нырнуть в переулок за зданием Хэнка и не останавливались, пока не скрылись за разукрашенным граффити мусорным баком. Я упёрлась руками в колени и глотала воздух. Не знаю, задыхалась ли я от бега или от страха.
