– Ну и ну! – воскликнул граф, посмотрев на горящие фонари возле дома и на ярко освещенные окна. – Это похоже на подожженный кем-то муравейник.
– И чувствовать себя там вы будете соответственно, – сказал Лиланд. – Мы не останемся надолго, понятное дело, но вам, милорд, придется какое-то время покрасоваться. Ведь это вы, именно вы король бала. Каждый из членов кружка моей мамы жаждет вас увидеть. Вы сделали себя недоступной редкостью для них. Я не могу упрекнуть вас за это, тем более что благодаря такому обстоятельству Дейзи легко войдет в общество. Все они будут настолько заняты, разглядывая вас, что упустят шанс поглазеть на нее. Она вступит в это болото, но покинет его, не успев даже замочить туфельки.
– Ладно, – сказал граф, – если это ради Дейзи, я согласен.
– Милорд, как это любезно с вашей стороны приехать на мой скромный прием, – проговорила виконтесса, когда граф поклонился ей.
Гомон голосов был настолько громким, что Дейзи с трудом расслышала слова хозяйки дома, обращенные к графу. Когда Джефф повел рукой в ее сторону, Дейзи слегка наклонила голову, приветствуя виконтессу этим коротким кивком.
– Миссис Таннер, как вы прекрасно выглядите сегодня, – холодно проговорила вдовствующая леди и, не обратив никакого внимания на Хелену, заговорила со своим сыном: – Итак, вы решили удостоить нас своим присутствием, Хей?
– Как видите, мама, – ответил Лиланд с поклоном.
Виконтесса, ее сын, граф и Дейзи с минуту постояли молча в шумном окружении, после чего вдовствующая леди повернулась к только что приехавшему гостю.
– Ну, вот и все, – сказал Лиланд, поворачиваясь к Дейзи, когда они отошли в сторону. – Теперь только остается поговорить о каких-нибудь пустяках с каждым гостем, который обратится к вам. Не бойтесь, ни один из них не станет болтать с вами больше одной или двух минут. Главная задача – перемолвиться хотя бы несколькими словами со многими из присутствующих, так что не упускайте ни одной возможности.
Дейзи огляделась по сторонам. Людей было великое множество: они двигались по лестницам, сидели в креслах, собирались группами, которые постоянно обновлялись. Мужчины одеты в черное, синее, коричневое, серое, лишь у некоторых строгую картину оживлял красный жилет. Дейзи удивило, что среди них очень мало денди, законодателей модного стиля и просто щеголей. Она почему-то ожидала, что на приеме джентльмены именно такого типа составляют большинство. Однако значительную часть гостей мужского пола представляли люди немолодые и одетые старомодно.
Дейзи также предполагала, что увидит целые стада молодых женщин, одетых в белое, как полагается леди, проводящим свой первый сезон в городе, и раздумывала, сможет ли найти с кем-то из них общий язык, поскольку она не намного старше. Но увидела она всего нескольких молодых девиц самого унылого облика. Зато было очень много дам среднего возраста в платьях всех цветов радуги. У многих в волосах торчали большие перья, которые раскачивались вверх-вниз, пока дамы разговаривали друг с другом, напоминая при этом фантастических птиц, что-то клюющих. А как они говорили!
Было нестерпимо, буквально нечем дышать, и так шумно, что просто оглохнуть можно.
Дейзи вежливо покивала каждому, с кем ее знакомили, однако никто из них не проявил к ней интереса. Все съехались сюда только ради того, чтобы посмотреть на графа. Он был немедленно оттеснен в угол двумя пожилыми джентльменами, которые принялись расспрашивать его о самочувствии и о прочем, столь же занимательном. Затем его поприветствовала пожилая чета; супруги наперебой рассказывали Джеффу истории о своем сыне, которого он будто бы знал еще малышом. Далее появились уже три джентльмена, друзья школьных лет графа; они осведомились, останется ли он еще в Лондоне или предпочтет приехать к ним в гости в их загородные имения.
Дейзи оказалась в полном одиночестве; она стояла в сторонке и не знала, чем занять себя. Походить по дому виконтессы и полюбоваться его убранством было почти невозможно из-за обилия гостей, между которыми пришлось бы протискиваться. Ей оставалось разглядывать потолки, богато украшенные лепниной, позолоченные и очень высокие. Если все это и есть празднество в духе светского общества, решила Дейзи, то она бы предпочла кружку пенистого пива, выпитую с веселыми друзьями на пляже, как бывало в колонии.
Хелена затерялась в толпе; Дейзи увидела ее на секунду, потом компаньонка снова исчезла. Дейзи стояла на прежнем месте, делала вид, что ей все интересно, и улыбалась до тех пор, пока у нее щеки не заболели, и не закружилась голова.
– Они наконец открыли дверь на террасу, – сказал Лиланд, появляясь из толпы и подходя к Дейзи. – Идемте туда.
Дейзи явно колебалась.
– Я вижу, что вы нуждаетесь в глотке свежего воздуха, – продолжал он. – Понимаю, что вам хочется произвести сенсацию, но хлопнуться в обморок во время приема – это такая банальщина!
Дейзи вспыхнула, но оперлась на его руку и позволила Лиланду увести себя.
– А где Хелена? – спросила она.
– Ее переманила к себе на службу моя мать. Или ее украли цыгане... Не имею ни малейшего представления. Где бы она ни была, ей ничто не угрожает. Быть может, она развлекается в свое удовольствие, вы что, завидуете ей? А, вот мы и пришли, – заключил он свою речь, не дав Дейзи времени возразить.
Она остановилась возле широкой застекленной двери и устремила на Лиланда пылающий взор.
– Ну, что вы замерли на месте? – спросил он. – У меня нет намерения похитить вас, во всяком случае, здесь. В саду у моей мамы такая же куча народу, как и в доме.
Дейзи вышла вместе с ним.
На террасе людей было меньше, чем в гостиной, и не так светло: всего несколько фонарей освещали ровную квадратную площадку садика. И тем не менее здесь достаточно легко было найти местечко, где влюбленная парочка могла бы поговорить наедине. Именно поговорить, а не заняться чем-либо чересчур интимным, потому что тени были не слишком густыми. Гости вяло бродили в разных направлениях и лениво переговаривались.
Лиланд прав, подумала Дейзи, едва выйдя в сад, воздух свежий. Она вдохнула его полной грудью и сразу почувствовала себя лучше.
– Неужели они и в самом деле считают все это милым развлечением? – негромко спросила она Лиланда.
– И да, и нет, – ответил он, опершись на невысокую мраморную балюстраду, которой была обнесена терраса. – Да, потому что, если бы кто-то из них не получил приглашения, он чувствовал бы себя крайне подавленным. И нет, потому что их и здесь донимает скука, но пропустить такой прием они не могут себе позволить. Да и вообще все они уже слишком стары для развлечений. – Лиланд обвел взглядом слоняющихся по саду гостей и заговорил снова: – Для приемов моей матушки обычно характерен менее строгий выбор приглашенных, чем сегодня. Возможно, она хотела продемонстрировать свое особое почтение к Джеффу.
