собой, а когда опомнилась, то свернула за угол и чуть нос к носу не столкнулась с объектом моих мыслей.
– Вот ты где, – быстро нашёлся герцог, отступая на шаг назад. За малым разминулись. – Идём, гости нас ждут.
– А…
Значит, переждать у себя в комнате не удастся? Жаль. Очень и очень жаль.
Вынужденно подхватила Сирейли под локоть, любезно подставленный галантным джентльменом. А сама мысленно чертыхнулась из‑за необходимости находиться в обществе незнакомых людей и изображать из себя пылкую особу, прямо‑таки сгорающую от любви к герцогу. Надо было изначально завысить тариф и выпросить молоко за вредность. Точнее, повышающий коэффициент за сложные трудовые условия.
Кстати, а эта идея!
Если начнёт руки распускать, так я и применю к нему новое оружие.
Как раз удобный случай подвернулся почти сразу. Зажав меня в углу, Праудмор поддался вперёд, и… вместо поцелуя быстро прошептал:
– Я был против вашего обучения с Карен этим утром, потому что она одна из подозреваемых. Во всяком случае, может быть инициатором и идейным вдохновителем.
– Но почему не Тасий? У него же есть доступ в комнату банка, – понизив голос, уточнила я. Почему‑то припомнила его странный взгляд, которым он окинул жену ранее.
– Хм… – из‑за интимного шёпота у меня мурашки забегали по коже, – на мой взгляд, он очень простоват, но ты права, нельзя упускать его из виду. Я и просил тебя обучаться у мэра, чтобы вызвать ревность его жены и создать стрессовую ситуацию.
– Так всё дело в том, что ты их подозреваешь?
– Я подозреваю всех, кто имел доступ к ключам от водных ворот банка, а это довольно обширный список, как оказалось.
Не знаю, чем бы закончилось наше милое уединение в уголочке коридора в эдаком небольшом алькове возле окошка, если бы не шаги, звучащие вдалеке.
– Кажется, нас сейчас будут искать, – герцог скорчил лиходейскую гримасу, – не люблю эти сборища аристократии. Гораздо приятнее уединиться и поговорить о твоём прошлом, дорогуша.
– Или, например, поучиться алфавиту, – я попыталась увести разговор на нейтральную тему, чтобы дать отдохнуть покрасневшим от смущения щекам.
– Ваша Светлость, леди, – позвал нас слуга. – Гости вас ждут.
О! А я его узнала. Это же он провожал меня в гостевую комнату вчера вечером, сразу после приёма ванны. На долю секунды наши взгляды встретились, и мне показалось, что и этот испытывает ко мне неприязнь. Странно. Чем я могла заслужить подобное к себе отношение? Зависть? По причине моего финансового благополучия из‑за близости к герцогу?
Не стала заморачиваться на сей счёт и послушно отправилась следом за Сирейли в столовую комнату, где в сторонке возле стола стояли двое мужчин.
– Светлейший герцог, вы действительно остановились у Тасия Мэнвудского!
Высокий, широкоплечий Сторчин (по всей видимости) мог похвастать безупречным кремовым костюмом, внушительной шевелюрой и аккуратно стрижеными усами, светло‑каштановыми, не в тон русым прядям, завязанным в узенький хвостик позади.
– У меня не было иного выбора, – оправдывался мой спутник. – Я люблю уединение, а в вашем городе загородное поместье есть только у мэра.
– Поверьте, я очень рад вашему визиту! – Тасий зачастил. – Мой давний друг имел в виду, что это великая честь принимать у себя столь высокопоставленного гостя.
Любезность градоначальника казалась настолько неискренне‑слащавой, что оставляла вязкий привкус во рту. Или это из‑за недавно выпитого чая?
Хм.
– Да‑да, именно так, – поддакнул Сторчин.
– Вы, я так понимаю, начальник порта, – Сирейли поспешил сменить тему.
– Да, Сторчин Роумс к вашим услугам, недавно прибыл из Оствуда после аудиенции императора, вашего благостного дяди.
А вот это новости…
Так он из королевской знати? Я намеренно поджала губы, чтобы не разинуть рот. Хотя могла бы и догадаться, что герцоги – очень высокое звание, выше только принцы, кронпринцы, короли и иже с ними.
– Опустим формальности.
Вопреки сказанному, Праудмор величественно задрал нос. Так и подмывало поправить ему корону. Лопатой.
Кроме шуток, легонько ущипнула его за локоть, мол, не перебарщивай с самомнением. К чести аристократа сказать, он намёку внял.
– Чего мы стоим, начнём же трапезу. – Герцог хозяйским жестом указал в сторону прекрасно сервированного стола.
Зажжённые свечи в позолоченных канделябрах. Белоснежная скатерть и тарелки с салфетками под цвет штор, серебряный гарнитур вилок и ножей. Стулья с высокими спинками были слегка отодвинуты, наверняка, чтобы упростить рассадку гостей. Ведь выглядели они довольно массивно.
– Позволь? – галантно попросил Сирейли, отодвигая один такой гигант для меня, словно пушинку.
Невольно подивилась грацией столь естественного в его исполнении движения.
– Я… опоздала… – С этими словами в столовой показалась Карен. Она медленно вплыла в помещение, держа в руках пёстрый тканевый веер.
Припухлость и краснота вокруг её глаз чудесным образом спала, однако настроение, увы, было ничуть не праздничным. Хмурый вид хозяйки дома наводил на мысли: она по‑прежнему тревожилась и явно хотела о чём‑то мне рассказать.
– Дорогая, ты всегда вовремя.
Мэр поднялся и поухаживал за супругой, как некогда Сирейли за мной.
От моего взгляда не укрылись натянутые отношения между этими двумя. Успели поссориться?
Хм.
Да и стул пару раз скрипнул.
Злорадству моему не было предела. Идеальными манерами чиновник не обладал. Кстати, насчёт манер: количество вилок, ложек и ножей, пристроенных рядом с тарелками, немного пугало. Но раньше времени отчаиваться не стала, на всякий случай буду подглядывать за рядом сидящим эталоном. Именно!
– Так о чём мы? – Сирейли сделал вид, будто желает продолжить разговор. – Ах, да. О вашем прибытии в Мэнвуд.
Кто о чём, а вшивый о бане… Наверняка сейчас допрашивать начнёт.
– Да? – начальник порта немного смутился, даже оставил в покое бедную несчастную белоснежную салфетку, которую намеревался приспособить на коленях. – А разве мы об этом говорили?
– Я помню, вы представились и сообщили нам о недавнем прибытии в Мэнвуд после аудиенции моего дяди, – милостиво подсказал Праудмор.
И тон его явно намекал – попробуй что‑нибудь противопоставить, узнаешь силу герцогского гнева.
Или как‑то так.
– Да? Ну что ж, – Сторчин
