махнула платком в порыве злости.
– А читать я правда не умею. Вот правда! Да, у меня есть образование, да, я могу посчитать проценты по кредиту в уме. Знаю условия договоров нашей фирмы чуть ли не наизусть. Но здешний алфавит я, знаешь ли, изучить ещё не успела. Да и когда мне? Засыпаю на работе, сидя за компом, а просыпаюсь уже в паланкине на пути в дом этой Вабу Кованни. Всё. Дальше действую по обстоятельствам. Поначалу вообще думала, что я сплю. Ан нет. Было бы всё так легко. А настоящая Сюзанна сейчас небось Кирилла Ивановича соблазняет. Хорошо ей. Достался нормальный мужик не то, что…
Вот тут я наконец затормозила, заметив осоловелый взгляд Праудмора.
– Повтори… – попросил он тихонько.
Кажется, до него немного начало доходить.
– Что конкретно? – уточнила я.
– Про Кирилла.
– Кирилл Иванович, мой начальник. Нормальный мужик.
– У тебя с ним что‑то было? – непонятно зачем, но Праудмор зацепился именно за эту часть рассказа. Неужели так подействовал упрёк?
– Нет, лично у меня с ним ничего не было. А вот Сюзанна, если сновидение – правда, сейчас пятый сон в его постели видит. Хотя, у них, наверное, уже обед. И по‑моему они миловались на моей квартире. Ай, не важно.
И снова пришлось замолчать, потому что Сирейли как‑то странно начал себя вести. Замер, стоит и глазами хлопает.
– Что именно вызывает у тебя столь явное отрицание? – Я попыталась помочь делу. – Про квартиру, настоящую Сюзанну, что конкретно?
– Всё, – выдохнул шеф. – Вообще всё.
Он наконец опомнился, прошёл и бесцеремонно уселся на стул. Склонил голову и зарылся пальцами в волосы, словно пытался удержать мозги в черепушке.
– Что там насчёт кредита? – глухо спросил он.
– Это такой вид долгового обязательства, при котором тебе банк занимает деньги, а возвращать назад нужно сумму с процентами. Есть разные виды кредитных договоров. Ипотека, автокредитование, не говоря о разных формах погашения.
– Так, достаточно.
– А хочешь, я тебе ещё про лизинг расскажу, – решила поиздеваться я.
– Нет, не надо! – Сирейли взмолился. – Во всяком случае не сейчас.
– Как скажешь.
Пожала плечами и наконец повеселела. Видимо, до начальника дошло в какую историю он вляпался. Да походу у него там всё представление о жизни перевернулось с ног на голову. Бедняга.
– Так. Сколько будет пятнадцать процентов от ста сальков? – спросил он хрипло.
– Пятнадцать сальков, – ответила быстро. – Это же плёвая задача.
– М‑м‑м, – промычал страдающий шеф. – А тридцать процентов от девяносто сальков?
Я чуть было не ошиблась, хотела быстро ответить, сказать тридцать сальков. Но это неправильно. Потому что тридцать сальков – это тридцать три процента и три в периоде. Иными словами, одна третья.
– Двадцать семь, – ответила чуть медленнее чем хотела.
– Допустим, – согласился Праудмор. – А что это за слово такое?
– Лизинг?
– Да, – согласился босс.
– Это вид договора, при котором второй стороне предоставляют не деньги, а, например, карету, и человек на этой карете возит других людей, зарабатывает деньги и отдаёт необходимую сумму денег согласно договору. Причём сама карета остаётся в собственности первой стороны, если не оговорены условия постепенного выкупа.
– И ты правда не умеешь читать?
Н‑да, у бедняги пластинка заела.
– Я умею читать, но не на вашем языке, – ответила ему максимально честно, как только могла.
– А на каком?
– На русском, немного на английском на уровне чтения со словарём.
– И несмотря на это, ты говоришь на нашем языке?
– Оно само как‑то получается, я даже об этом не думаю. – Я пожала плечами. – И вообще, неужели идея настолько невероятная, что нужно меня спрашивать об одном и том же уже двадцать раз?
– Нет, наверное… – неопределённость его формулировки немного удручала. – Я должен со всем этим смириться, прежде чем смогу сделать какие‑либо выводы.
Как назло, снаружи послышался громкий шорох, прежде чем к нам в кабинет ввалилось сразу двое работников банка.
– Ой, а мы думали, – начал было оправдываться Дастен, – что вы будете заняты делом.
– Мы и так заняты делом, – огрызнулся Праудмор.
Казалось, он вмиг собрался и подскочил со стула, будто и не было разговора по душам, который и правда слегка затянулся.
– Что, отшила тебя, так и скажи, – другой, незнакомый мне работник банка широко ухмыльнулся. Ох уж эти мужчины.
– Ой, дорогой, – я решила подыграть Сирейли, – у меня, кажется, шнуровка на спине ослабла, помоги, а?
Бросила хитрый взгляд в сторону Прауди. За что хвалю, так это за реакцию. Он моментально меня понял и усмехнулся в ответ.
– Надо будет продолжить в другом месте, – ещё и намекнул на толстые обстоятельства. Аж смутил немного.
Предпочла не отвечать на открытую провокацию, зато с удовольствием наблюдала за сконфуженным поведением Дастена и его приятеля. Они явно собиралась закрыть дверь, но я их остановила:
– Стойте, а там ещё остался тот вкусный чай? А то у меня во рту пересохло.
– Э…
– Да, остался, – послышалось утвердительное издалека.
Оказывается, наш разговор был слышен аж из общего зала. А вот это уже не есть хорошо. Одно дело, проучить непоседливых коллег Праудмора, другое – стать полным посмешищем перед всеми работниками банка.
Тем временем Рей мастерски затянул шнуровку моего корсажа и завязал её красивым бантиком. Пощупала пальцами и самолично в этом убедилась, когда он убрал руки.
– Идём. – Герцог подхватил меня под локоть. – Когда вернёмся, угощу тебя чем‑то повкуснее, чем просто чай с булочкой. – А вы… – он бросил строгий взгляд в сторону коллег, – на сегодня свободны. Но завтра быть к восьми, у меня встреча со свидетелем.
Оба молча кивнули и посторонились, пропуская нас вперёд. Бросила взгляд через плечо и заметила непонятную жестикуляцию друг другу. Одно ясно точно. Наверняка, подобный обмен мнениями был о нас с Прауди. Ну и ладно. Пусть думают, что хотят. Не буду им мешать заблуждаться на мой счёт.
Да и вообще, не мешало бы самой разобраться, кто я
