class="p1">Я сидела в кресле на своей крошечной террасе и бесцельно смотрела на инопланетные растения, тускло подсвеченные фонарями.
– Юли́, ты чего такая задумчивая? Передумала становиться моей женой? – с некоторым напряжением в голосе спросил Норман, накидывая мне на плечи свою толстовку.
От мягкой ткани едва уловимо пахло Эмилием, поэтому я улыбнулась и поёрзала, поглубже укутываясь в кофту.
– Даже не мечтай, что будет так просто от меня избавиться, – вполне искренне ответила я своему жениху.
– Тогда что тебя тревожит? – спросил любимый, положив свои ладони мне на плечи.
– Твоя ссора с родителями, – честно ответила я.
– Хм. Причём здесь они? – не понял моей логики мужчина.
– При том, что они единственные родные люди, которые есть у нас, и это неправильно, что их не будет на нашей свадьбе. Как мы потом объясним детям и внукам, что бабушки с дедушкой не было с нами в такой знаменательный день? – спросила я игриво, стараясь сильно не давить на Эмилия.
– Мне безумно нравится мысль о наших совместных детях и внуках, но кажется, что кто-то пытается мной манипулировать с их помощью, – не спешил поддаваться мне Норман.
– Что такое откровенные манипуляции ты узнаешь тогда, когда у нас появится дочь, а пока я просто пытаюсь достучаться до твоего здравого смысла. Эмилий, есть моменты, которые никогда не повторятся. Ну, по крайней мере, я надеюсь, что наша свадьба будет именно такой – один раз и до конца наших дней. С моей стороны будет только Леон, и поверь, если бы у меня была хоть какая-то возможность позвать своих родных, то я забыла про все обиды и непонимания, но позвала их, – честно сказала я, испытывая светлую грусть.
– А ты? Разве тебе не обидно, что мои родственники так с тобой поступили? Они ведь собирались утилизировать тебя, как какой-то отработанный материал. Мне было тяжело идти против их решения, лишиться всего, к чему привык, а что они? Ни отец, ни мама так и не признали своей ошибки, – с горечью произнёс Эмилий, отходя к перилам.
– Я не сержусь. Правда. Они защищали своё дело, тебя. Для них я была лишь записью в бумагах Лебедева, а ещё полуфабрикатом, который валялся сотни лет в морозильнике. Но я безумно рада, что ты у меня оказался таким смелым и принципиальным. Только сейчас у вас больше нет причин для ссор, ведь всё уже решено и сделано. Быть может, пришло время помириться? – осторожно сказала я, вставая с кресла, чтобы в пару шагов преодолеть расстояние между нами и обнять Эмилия за талию.
– Возможно, но что-то они не спешат налаживать отношения, – проворчал Норман, но я чувствовала, что сумела-таки подобрать правильные слова, и броня моего косматого великана дрогнула.
– У французов есть поговорка: если женщина неправа, то извинись. Кто-то должен сделать первый шаг. Так почему бы это не сделать нам с тобой? Ты ведь тоже не был идеальным ребёнком. Наверняка обижал родителей и не раз, но они тебя прощали, – я решила добить своего упрямца маленьким шантажом.
– Хорошо, – тяжело вздохнув, произнёс Эмилий, а я уткнулась лицом в широкую мужскую спину, пряча победную улыбку. – Я напишу им сообщение и попрошу о встрече, но не уверен, что мама согласится. Она у меня упрямая, – немного помолчав, добавил жених.
– Пиши прямо сейчас, – потребовала я, не став комментировать, что упрямство – это их общая с матерью черта.
– Ладно, но не жди чудес и обещай не расстраиваться, если из этой затеи ничего не получится, – не знаю кого – меня или себя уговаривал Эмилий.
– Никогда бы не подумала, что буду так жаждать знакомства со свекровью. Уверена, твоя мама прекрасная женщина. Давай, открывай аук, – сказала я, крутясь вокруг высокой фигуры своего жениха.
– Всё, пишу. Не суетись, – попытался изобразить строгость Эмилий, но улыбка портила всё впечатление. – Готово. Теперь ты довольна? – уточнил Норман, притягивая меня к себе.
– Буду довольна, когда ваша ссора будет забыта, – честно ответила я.
– Я бы на это особенно не рассчитывал. Быстрого ответа тоже ждать не стоит, поэтому… – игриво зарычал Эмилий, запуская ладони под мою кофточку, но продвинуться дальше мы не успели.
Аук жениха издал протяжную трель, уведомляя о новом сообщении.
– Хм… – глубокомысленно изрёк мужчина, читая переписку.
– Ну, что там? Не томи, – едва не подпрыгивала я от нетерпения.
– Нас завтра пригласили на обед, – с некоторой долей неверия сказал Эмилий.
– Это же чудесно! – не смогла сдержать восторга я.
– Не спеши радоваться. Есть риск, что на этом обеде мы поругаемся ещё сильнее. И вообще, не отвлекай меня. У нас есть одно очень важное дело, – решил вернуться к прерванному развлечению Эмилий.
– И какое же? – из чистой вредности спросила я, не спеша сразу обламывать своего великана.
– Ну, Ару спит, а мы наоборот – не спим, а значит у нас есть время на кое-что интересное, – промурлыкал мой ненасытный возлюбленный.
– Да. Это значит, что у нас есть время на стрижку. Я хотела заняться тобой завтра, чтобы к церемонии ты у меня был самым красивым, но придётся немного перенести процедуру. Должна же я показать будущей свекрови, что хорошо забочусь о тебе, – коварно заявила я, наслаждаясь стоном, полным досады.
– А впрочем, с таким красивым мастером стрижка тоже может быть очень даже занимательной, – тут же передумал расстраиваться хитрый Норман.
В общем, к делу мы подошли с задумкой, поэтому пришлось сделать пару очень сладких перерывов, но через несколько часов Эмилий был красивым и элегантным, а я утомлённой, но «сытой».
Глава 44. Родители
Юлия Новикова
В гости к родителям Эмилия мы собирались с особым тщанием. Не то, чтобы я боялась будущей свекрови, и всё же мне определённо хотелось ей понравиться, но больше остального я желала мира в душе своего будущего мужа. Любимый тоже нервничал, хотя и старался не показывать мне этого.
Чета Норманов старших жила в элитном пригороде одного из крупных курортных городов на территории бывшей Италии, куда мы и отправились с самого утра. Норманам принадлежал большой особняк. Здание явно было новым и построенным из современных материалов, но выполнено в стиле вилы девятнадцатого века. Впрочем, весь микрорайон был разбит на аккуратные квадраты с
