— А, я бы, для своего сына, да за такое чудо, и двадцать рублей не пожалел! — внезапно из толпы вышел молодой человек и с вызовом уставился на купца.
— Ребенок перевел взгляд с незнакомца на отца и требовательно дернул его за руку.
Купец, с интересом перевел взгляд с повозки на неизвестного молодого человека. Хитро прищурил глаза, оценивая собеседника.
— Тридцать рублей! И если она поедет сама, то я тут же расплачусь, — произнес торговец и гордо поднял подбородок.
— Тридцать рублей! — удивился кто-то.
— Тридцать рублей!.. Рублей… — как эхо, пронеслось в толпе с восхищением.
Глаза мальчишки с гордостью смотрели на своего родителя. Игрушка, из его сна, уже была так близко.
— Пятьдесят! — вызывающе промолвил незнакомец и полез за пазуху, готовясь достать кошелек.
Народ, находящийся возле торговцев, забыл, зачем он тут собрался. Все, затихли, уставившись на спорщиков, включая Ивана и его старую кобылу.
— Да, кто ты такой? — недовольно засопел купец.
— Я, Савелий Варламов, из гостиной сотни! Меня, вся Москва знает! А ты кто таков будешь?
— Восемьдесят рублей, — внезапно произнес он, не дожидаясь ответа от странного человека.
— Во-сь-мь-де-сят ру-б-л-ей! — по слогам, дружно выдохнула толпа… И перестала дышать, ожидая ответа с противоположной стороны.
— Я, помещик Алексей Воронцов из Новгорода. Я дам сто рублей тому, кто изобретёт и покажет самодвижущую чудо — повозку!
— Что? Новгородец? — недовольно произнес купец.
— Чтобы, МЫ, московские купцы, Новгороду уступали! Да, не бывать этому! Никогда! — мужчина твердо уперся ногами в землю, с силой сжал кулаки, прищурил глаза.
— Слушайте все! Двести рублей!!! — произнес Савелий, готовый броситься в драку, за мечту обиженного ребенка.
У людей стоявших рядом уже не было сил повторять невиданные цифры.
— Согласен, твоя взяла, — внезапно поддался противник.
— Люди, добрые! Слушайте и расскажите всем! Этот спор выиграл купец Варламов!
— Если кто построит повозку, движущуюся без лошадей, то он, заплатит умельцу двести рублей…
— Все слышали?
— Да будет так!
Послышался гул одобрения. Присутствующие стали подходить к счастливчику и хлопать его по плечу, выражая поддержку. Он довольно потирал руки, улыбаясь во весь рот.
Спустя две минуты, странный незнакомец громко продолжил.
— От себя добавлю… Если, телега не просто поедет, а еще и сможет подняться в небо… Тогда, я, помещик Воронцов, заплачу искуснику пятьсот рублей!
— Пя…ть….. сот!.. — Все как один повернулись в его сторону. Кто-то не выдержав веса объявленной суммы, упал в обморок.
На театральных подмостках наступила тишина. Актеры и зрители, открыв рты, молча, уставились на режиссера.
Опустился занавес…
Спустя два часа. В харчевне, расположенной в пятнадцати верстах от Москвы.
— … и сказал купец Варламов, простым людям, если повозка поедет без лошадей, то мастер получит много раз по десять гривен, — восхищенно пересказывал бойкий мужичок новости, окружившим его слушателям.
— Да, нет! — поправили его. — Он сказал, десять раз по десять и еще много раз по десять денег…
— Ну, хорошо, пусть будет так, — согласился рассказчик.
— … а Воронцов, добавил, если телега полетит, то он всё свое золото отдаст!
— Опять не верно, — снова перебили выступающего. — Он сказал, что не пожалеет ни злата, ни сокровищ которые недавно нашел…
— Ладно, тебе виднее! Ты первый, кому рассказали об этом, — снова согласился оратор.
— Не к добру всё это! — насторожился один из присутствующих. — Виданное ли дело, чтобы людям платили, непонятно за, что? Чувствуется здесь умысел какой-то или хитрость…
— Зато, представьте! — восторженно перебили его. — Построишь такую повозку! И сразу богатый! Надо об этом нашему Емеле — кузнецу рассказать… А то, мастерит целыми днями, непонятно, что, или подковы чинит. А, тут…. такие деньги раздают!
* * *
Прохор Коробейников, открыв рот от удивления, стоял перед воротами большого амбара. Даже так… находился возле огромного, здоровенного АМБАРА.
— И, зачем, он, тебе, потребовался? — в глазах купца застыл немой вопрос.
— Что, ты, сюда, решил складировать? Тут же половину московского рынка можно разместить! — с удивлением посмотрел на меня.
— Это, лучшее место для хранения ваших изделий или продуктов в Москве. Вместительное, удобное, видимое со всех сторон Китай-города. Имеет собственный частокол и несколько подъездов. Есть большой скрытый погреб, — продолжал нахваливать свою собственность бывший хозяин. Чувствовалось, он безумно рад, что наконец-то избавился от ненужной обузы.
— Ну…. проклятый англичанишка! Удружил! — скрепя зубами, выражал свое недовольство Алексей.
— Просил же его…. небольшой, скрытно расположенный, где-нибудь в малолюдном месте, аккуратный складик или сарайчик.
— А, он, что?… — Рязанцев с силой сжал бумаги с оформленной на него собственностью.
— Вот, что теперь делать, с этой громадой? — Рязанцев обвел взглядом новую собственность.
— Ладно, Добертон, припомню я, тебе, этот добрый поступок! Придешь, в очередной раз, на процедуры по омоложению… Поговорим, мы, с тобой!
— И, кто, только не просил продать его… И купец Николишин, и воевода Самсонов, — войдя в азарт, не мог остановиться торговец. — А покойная вдова, воеводы Рыгова, готова была свой дом на него поменять…
— Дорога-то, бурьянам заросла, — сбивая песню ушлого риэлтора, подметил купец. — И замки, вон, ржавчиной покрылись. Похоже, сюда, уже года два, никто, не заезжал.
— Верно, заметили! Это место, мне, дорого как память. Если бы не нужда, и отсутствие денег! Не продал бы, его, никогда, — даже не изменив тональности, начал выкручиваться пройдоха.
— И все-таки? Что ты в нем будешь хранить? — не отрывая взгляда от внутренней пустоты, переспросил меня Прохор.
Нужно было как-то выкручиваться из создавшегося положения. Не стану же я сознаваться, что меня обвели вокруг пальца как простого мальчишку. Подсунули другое, не то, что просил.
— Понимаешь, Прохор! Чтобы успешно вести дела в Москве! Я, должен заявить о себе местному бомонду. Выделиться среди московской знати, — начал Алексей, «прямо с колес», сочинять правдивую историю.
— Думаю, — куплю что-нибудь большое, высокое или объемное. И обо мне все сразу заговорят: — Вон, идет, Воронцов, который открыл кучу кабаков, возле кремлевской стены! Да, а еще он имеет самую большую и тяжелую карету на сто лошадей! А вчера пришел в гости с самой высокой и длинноногой блондинкой… Кстати, она, — единственная дочь датского короля!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
