с новой силой. Вот за что они меня так не любят? Они же меня не знают! Почему, по их мнению, я недостойна победы, а их любимая фигуристка достойна? Все потому, что мне восемнадцать лет?
Первый раз в жизни не хочется завтра выходить на лёд. Кажется, меня разорвут на части в случае, если я обгоню Орлову и в произвольной программе.
Я погружаюсь в ванную и немного успокаиваюсь. Затем вытираюсь, иду в постель. Но перед сном снова беру телефон в руки. На этот раз, чтобы зайти в группу Максима и почитать его заметки. Он недавно отправился в велопутешествие по России, завёл свой канал и снимает красивые места на камеру.
Меня успокаивают его фотографии и заметки. Деревни, поля, где нет цивилизации и людей. Никаких проблем и забот…
Интересно, а он думает обо мне? Скорее всего, нет. У него нет на это времени.
Звонит телефон. Я сначала хочу сбросить, потом смотрю на имя входящего – «Амелия» – и отвечаю на звонок.
– Катя, никого не слушай! Ты лучшая! – кричит она в трубку.
У меня снова начинают течь слезы, но на этот раз вместе со смехом. Я смеюсь оттого, что Амелия так просто, одним предложением, взяла и подняла мне настроение.
После того, как мой приступ смеха заканчивается, подруга делится своими новостями:
– Я прошла отбор на шоу! Я буду в паре вместе с Булатом!
– Поздравляю тебя, желаю удачи.
– А я тебе! Порви там всех завтра! Пусть большая часть страны будет болеть за эту Орлову, знай, что люди, которые тебя любят, болеют за тебя… А это иногда намного важнее!
Я киваю, хоть Амелия этого и не видит.
* * *
Макс
Проехать тысячу километров, быть вдали от цивилизации и мира. Чтобы что?
Чтобы зайти в первый попавшийся придорожный магазин и наткнуться на трансляцию чемпионата по фигурному катанию. Аккурат перед выходом на лёд Екатерины Шишкиной.
Если это не судьба, то что?
Пять минут назад я хотел подключиться по сети, но не нашел интернета.
Продавец, видя, как я хмурюсь, смотря в экран, берет пульт и готовится переключить.
– Не надо, я хочу посмотреть, – останавливаю я его.
– Перед этим выступала Орлова, с этой не сравнится, – машет он мне в ответ рукой, но кладёт пульт на место и отходит в сторону.
– Не знаю никакой Орловой, эта лучше, – зачем-то говорю я, продавец уже отвернулся и вряд ли меня слышит.
Я пялюсь в маленький экран. Заходит Захар, мой друг, спрашивает, почему так долго, я цыкаю на него, прошу заткнуться. Сам беру пульт и делаю погромче.
Катя начинает кататься. Музыка то тихая, то громкая… И Катя такая же. В одну секунду прыгает и делает тройной прыжок – понятия не имею, как он там правильно называется. А в следующую минуту спокойно едет, как будто невесомая…
Ее движения уверенные, а черты лица расслабленные. Как можно так кататься? Даже я чувствую ее энергию через экран. Ощущения такие, как будто она злится на весь мир и пытается что-то доказать…
Даже комментаторы замолчали в немом ожидании. Захар шутит:
– Не знал, что ты увлекаешься фигурным катанием. Но может, уже поедем? До гостиницы 10 километров. А скоро стемнеет.
Я смотрю и не дышу. Не слышу ничего вокруг. До самого ее последнего движения. Потом комментатор кричит: «Молодец», «Вот взяла и доказала». Я только в этот момент беру товар и разворачиваюсь к выходу.
Не знаю, что она там кому доказала… Но с тем, что молодец, согласен. Не зря пожертвовала своей обычной жизнью. На льду Катя реально великолепна. Ее место там, рядом с медалями, славой, шумихой.
И я до сих пор не знаю, как мне с этим смириться. Даже в этой глуши, никому не известной заброшенной деревне она меня нашла. Куда еще мне нужно уехать? На край Земли? Кажется, это не поможет. Ее нигде не забудешь.
Глава 49
Катя
Когда музыка заканчивается, я подъезжаю к своему тренеру, обнимаю её и плачу. Не зря я зашла в интернет прямо перед выступлением и прочитала плохие комментарии про себя, они меня разозлили, я решила доказать всему миру, что лучше Веры Орловой. А ещё меня грела мысль, что где-то там, далеко, на меня смотрит Максим. Я представила, что он мной гордится.
Кира Викторовна хлопает меня по спине и тоже плачет, говорит:
– Молодец, Катя, не зря я в тебя верила.
Мы садимся на диван, ждём результаты, задрав головы. И когда объявляют мою оценку «188», я понимаю, что обошла не только японскую спортсменку, но и Веру Орлову. Все они уже выступили передо мной, сделали несколько незначительных ошибок. Я же откатала почти идеально.
Я смотрю на турнирную таблицу – как моё имя двигается на первое место – и сердце замирает от этого момента. Шишкина Екатерина – теперь чемпионка Европы по фигурному катанию, несмотря ни на что. Несмотря на критику в интернете, несмотря на то что мне уже есть восемнадцать лет, а другие соперницы моложе и легче. Я сделала это, и я сегодня собой горжусь.
Единственное, что немного омрачает мою победу – это тот факт, что я не могу разделить свою радость с Максимом. Я могу лишь представить в своем воображении, как он обнял бы меня, как сказал бы, что я молодец. Мне действительно этого не хватает.
Мы идём с Кирой Викторовной в раздевалку, мой тренер продолжает широко улыбаться, я никогда не видела её такой счастливой. На половине пути она останавливается, берет меня за плечи, разворачивает к себе и говорит:
– Катя, спасибо тебе за эту победу. В последнее время у меня была череда неудач, я перестала верить в себя как в тренера, даже хотела уволиться.
Я слушаю это с большим удивлением. Кира Викторовна всегда такая собранная и уверенная в себе, что я и подумать не могла, что у неё могут возникать такие мысли. Тренер продолжает:
– Когда Орлова ушла, я думала, у меня никогда не будет больше такой талантливой ученицы, ты моё спасение, не зря я в тебя поверила. Но не расслабляйся, впереди у нас Олимпийские игры. Займёшь там призовое место и будешь одной из немногочисленных фигуристок, которая собрала все важные титулы за такой короткий срок.
Я переодеваюсь, потом иду на награждение. Я стою выше всех, на первом месте. На втором – японская фигуристка, на третьем – Вера Орлова.
Все награждение я чувствую на себе её взгляд, думаю о
