лице, наблюдая за мной.
Я прошел мимо него, направляясь в свой офис.
— Себастьян.
Он шел за мной по пятам.
— Мы можем поговорить?
«Нет, но ты можешь пойти и воткнуть ручку себе в глаз».
— О чем ты хочешь поговорить? У меня сегодня очень плотное расписание.
Я сказал правду. Но я собирался все отменить и улететь домой к Камилле. Я мог превзойти ее оргазм в тысячи раз только своим ртом, и она это знала.
— Мистер Линдстром, звонили из «Граффин», чтобы подтвердить бронь на вечер субботы, — моя секретарша поднесла телефон к уху.
— Отмени. У меня нет на это времени.
Я должен был встретиться с отцом, но он бы понял, что я слишком занят для вечернего выхода, не тогда, когда Камилла ждала меня дома.
— Хорошо.
Она повернулась к своему столу, когда я вошел в свой кабинет.
— «Граффин»? Туда очень трудно попасть.
Линк все еще был у меня на хвосте.
— Чего ты хочешь?
Я не скрывал своего раздражения.
— Речь идет о моей девушке.
Я продолжил свой быстрый шаг к столу, хотя хотел схватить Линка за пиджак и выбросить в окно.
— Какое это имеет отношение ко мне?
— Ну, есть один парень, который сильно переживает за нее, и его беспокойство, можно сказать, передалось мне и некоторым ее друзьям.
— Извини за вопрос, а где твоя девушка?
Я скинул пиджак и внимательно слушал каждое произнесенное этим имбецилом слово.
— Она отправилась в экспедицию по изучению растительности на Амазонку, но она ведет себя странно в своих смс, и я не могу поговорить с ней по телефону. Я пытался позвонить руководителю ее группы по спутниковому телефону, но он сказал, что она не может говорить, потому что где-то на дереве, и…
— Какое это имеет отношение ко мне?
Я сидел за своим столом и просматривал свою электронную почту.
Без приглашения, он опустился на один из моих стульев.
— Абсолютно никакого. Просто я знаю, что у Вас есть свои способы достижения целей, и я надеялся, что Вы сможете потянуть за несколько ниточек…
Мои брови приподнялись, и я кинул на него каменный взгляд обещающий смерть.
Он поспешил добавить:
— В Бразилии есть два офиса Линдстром, так что я подумал…
— Ты полагаешь, что я буду использовать ценные ресурсы компании, чтобы разыскать девушку, которая не хочет говорить с тобой?
Я откинулся на спинку стула, уделяя ему свое пристальное внимание.
— И как долго она в отъезде?
— Она уехала в субботу утром, а сегодня четверг, так что…
— Шесть дней? Ты пришел в мой кабинет просить об одолжении, когда она не говорила с тобой всего лишь шесть дней?
Он ослабил узел галстука, когда его щеки побледнели.
— Знаете, вы, наверное, правы. Просто слова этого паренька не выходят у меня из головы, а потом еще и Вероника начала задавать вопросы.
— Блондинка?
— Да.
Он старался улыбаться, хотя в лучшем случае улыбка выглядела вымученной.
— Могу дать Вам номер ее телефона.
— Спасибо, но нет.
Я повернулся спиной к компьютеру.
— Если это все, у меня есть работа, и я подозреваю, у тебя тоже.
— Да, конечно.
Он встал и подошел к двери. Я сделал быстрый расчет и ошибся, получив как можно больше данных.
Я пытался говорить сочувствующим тоном:
— Постой. Я не хотел быть грубым. Слушай, если пройдет еще время и у тебя останутся подозрения, дай мне знать. Посмотрим, что я смогу с этим сделать.
Я улыбнулся.
Он вздрогнул.
— Спасибо. Я ценю это.
Он кивнул мне и поспешил покинуть мой кабинет.
Этот идиот все еще был в неведении, и я получил прямую связь с любыми подозрениями, которые он может развить. Мне нужно было, чтобы он успокоился, хотя он не казался настоящей проблемой. Это был тот сопляк из ее класса. Он поднял такую вонь. Но если Вероника тоже что-то заподозрила, мне нужно было все исправить.
Я вошел в учетную запись мобильного телефона Камиллы. У нее была дюжина сообщений от Вероники, каждое из которых было безумнее предыдущего. Было пару недавних сообщений от Минта Бакстера. И, наконец, говнюк успел написать: «Все в порядке?»
Неужели я так плохо подражал нормальному человеку? Очевидно, так и было. Учитывая панический тон текстов Вероники, который включал угрозу позвонить американскому послу в Бразилии, мне нужно было что-то сделать, и мне нужно было сделать это быстро.
Мой телефон просигналил, и голос моей секретарши прервал мои размышления.
— Мистер Линдстром здесь, чтобы увидеть вас.
Папы не было в моем расписании на сегодня, но я не мог ему отказать. Черт, у меня не было на него времени.
Он вошел и закрыл за собой дверь. Я видел его в выходные, но он, казалось, постарел еще больше в течение пяти прошедших дней.
Его усталые глаза осмотрели меня, когда он занял освободившееся место.
— Ты ее уже отпустил?
Я вздохнула с облегчением.
— Нет, и не собираюсь.
— Тебе придется.
— Пап, я ценю, что ты пришел поговорить со мной об этом, но ничего не изменилось. Она должна быть со мной.
— Сынок, пожалуйста.
Он наклонился вперед, его глаза несли ту же интенсивность, которую я видел в зеркале каждое утро.
— Ты не можешь так с ней поступить.
— Я просто помогаю ей.
— Нет.
Он отрицательно покачал головой.
— Это не так. Ты помогаешь себе.
Разочарование закралось в мой голос.
— Ничто из того, что ты говоришь, не заставит меня передумать.
— Ты мне больше не доверяешь? — боль, подобная той, что я видел, когда умерла моя мать, расцвела в его глазах. — После всего?
— Доверяю.
Я боролся со своими мыслями и старался расположить их в наиболее логичном порядке.
— Всегда доверяю. Ты единственный человек, который никогда меня не подводил, единственный, кого я интересую. Но здесь все по-другому. Камилла другая. Я не могу этого объяснить.
— Я могу.
Он провел рукой по морщинкам на лице.
— Ты любишь ее.
Я рассмеялся.
— Я даже не знаю, что это.
— Может, и нет, но сердце, которое у тебя внутри, оно знает.
Отец откинулся назад, хотя напряжение в нем не уменьшилось.
— Если ты не отпустишь ее, то никогда не получишь ее. Она ускользнет сквозь твои пальцы, как песок.
«О чем он вообще говорил?»
— Она у меня уже есть. Она совсем не ускользает от меня.
Мой телефон начал жужжать на моем столе. Я схватил его и ввел код. Бл****дь. У меня был полный вид с камеры видеонаблюдения Камиллы, мчащейся через лужайку к лесу.
— Сынок, ты должен смотреть глубже. Ты хочешь ее, но также ты хочешь то, что
