— Сербия! — объявила Вильяма.
— Ой, страшно! — испугался Билл. — Даже очень страшно. Не, в Сербию мы не хотим, слишком опасно. И тучи вечно. Нам солнышка хочется, — доверительно признался он, глядя на Салли. — Но Шиобан говорит, придется всю дорогу защищаться от солнца. Мою бедную голову защищать от солнышка. А то мозги расплавятся.
Оторвав одну руку от талии Мика, Билл погладил свою плешь и тут же, потеряв точку опоры, покачнулся. Мик подхватил его и сказал, обращаясь к Вильяме:
— Послушай, Билл чуток перебрал, я должен найти ему место и усадить… Отведу его к жене… Ты подожди пока, ладно?
С тем же успехом загнанный псами лис мог бы попросить преследователей подождать пару минут, пока он шмыгнет в нору к соседу на последнюю чашку чая, прежде чем его разорвут в клочья. Сумей Мик изобразить хоть подобие убедительности, Вильяма, быть может, и отпустила бы его, но малодушие, звучавшее в голосе, выдало Мика с головой.
— Нет! — выкрикнула она. — Останешься здесь и скажешь ей, — она ткнула пальцем в Салли, которая вздрогнула, — что любишь меня!
Большие карие глаза Мика умоляли Салли не выдавать его. Он отчаянно артикулировал: «Прошу! Прошу тебя!» Тем временем Билл, которому наскучило ждать, вырвался из его рук и повалился на Вильяму. Девушка схватила его за плечи, причем скорее рефлекторно, чем в благородном порыве не дать ему грохнуться на пол.
— Так! — неожиданно взревел за ее спиной голос. — Так это он!
И голос выпалил непонятную, но, со всей очевидностью, не слишком доброжелательную тираду. Вильяма побледнела. Оттолкнув Салли в сторону, перед Вильямой вырос разъяренный парень — коренастый, мускулистый, по-варварски красивый, вряд ли старше двадцати. Его крепкий подбородок зарос густыми и жесткими завитками, которые расползались по всему лицу, вплоть до щетинистых черных бровей. Парень недвусмысленно клацнул зубами и сжал кулаки.
Вильяма, опомнившись, уже что-то кричала на сербском. Парень поднял увесистый кулак, целя прямо в голову Билла. Вильяма завизжала еще громче, яростно затрясла головой и ткнула пальцем в Мика. Юнец развернулся. Тем временем Вильяма, не выдержав веса толстяка Билла, ослабила захват, и Билл, громко икнув, тяжело осел в самом центре четырехугольника.
— Ты! Я тебе говорю! — заорал парень, тыча рукой в лицо Мику. — Вильяма моя! — Кулак гулко ударился о его грудь. — Моя!
— И хорошо, — сказал Мик, поднимая руки и пятясь назад. — Твоя так твоя, никаких проблем, приятель…
— Нет! — заверещала Вильяма. — Нет! Я не твоя! Я люблю Мика, а он любит меня!
Салли в панике оглянулась. Не было ни малейшего шанса, что эта сцена останется без внимания. Шум в баре практически стих, и заинтересованная публика подтягивалась посмотреть на представление.
— Ты вор! — хрипел парень. — Ты украл ее!
— Да нет же, — бормотал Мик, — нет-нет, что ты, мы просто друзья…
— Врешь! — завопила Вильяма и обрушила на Мика шквал сербской речи, увенчав его пощечиной. Удар вышел нешуточный, голову Мика отбросило назад. — Врешь! Ты меня любишь, ты говорил! Скажи ему, всем скажи!
Парень зарычал, перешагнул через валяющегося на полу Билла и с размаху впечатал кулак в лицо Мика. Тот пошатнулся. Вильяма завизжала, схватила парня за руку. Тот с силой отпихнул ее. Вильяма споткнулась о Билла и наверняка бы упала, не поддержи ее один из зевак. Мика и молодого серба уже обступила плотная толпа зрителей.
— Что тут творится? — Это была Джуди. Она протиснулась к Салли, схватила ее за руку и вытянула из толпы.
— Сколь веревочке ни виться… — У Салли кружилась голова.
— Что?
— Это та самая девушка из парка. А это, похоже, ее парень…
— Господи…
Они разом оглянулись, отыскивая Кэти. Испуганная и растерянная, девушка протискивалась к Мику. За ней следовала Таша, а впереди проталкивался Гэри. Он попытался ухватить парня за руку, но тот, отшвырнув его, снова ринулся на Мика. Одной рукой вцепившись ему в шею, он другой с размаху заехал Мику в живот. Мик сложился пополам. Кэти закричала и бросилась к сербу, но сзади в нее вцепилась Таша:
— Нет, Кэти, ребенок! Ребенок!
— Мик! — Кэти разрыдалась. — Отстань от него, подонок!
В образовании Вильямы, возможно, и имелись пробелы, но дурой она явно не была. Злобно оглянувшись на Салли, она набросилась на Кэти:
— Ах, так это ты Кэти! Так вот я тебе говорю, что Мик любит меня, а не тебя! Меня зовут Вильяма, и он любит меня!
— Какого хрена, она же беременная, отвали от нее, сучка! — даже громче сербки завопила Таша, заслоняя собой Кэти.
Вильяма замерла. Она уставилась на Ташу, потом перевела взгляд на Кэти, явно сраженная сообщением. Гэри мужественно предпринял еще одну попытку схватить серба, но тот с первобытной силой ударил его в плечо. Гэри отшвырнуло на людей, стоявших за ним, а парень, воспользовавшись суматохой, схватил с ближайшего столика пивную бутылку. Посетители, отталкивая друг друга, кинулись к выходу.
— Драган! — закричала Вильяма. — Нет!
Мик все еще держался за живот. Парень шагнул к нему и опустил бутылку на голову Мика. Хлынула кровь. Кэти зашлась в истерике.
— Что за… — прошептала Джуди.
Сжимая в руке разбитую бутылку, серб на какой-то миг замер, словно раздумывая, не врезать ли Мику еще разок. Всех парализовало — всех, кроме Вильямы. Она рванулась вперед, подхватила табурет и с размаху огрела им соотечественника. Тот зашатался, бутылка выпала из его руки, и в следующее мгновение Гэри и еще двое мужчин схватили парня и повалили на пол.
Снаружи уже завывали сирены. В баре вдруг стало очень тихо. Слышались только рыдания Кэти и сопение мужчин, под которыми почти исчез Драган. Сирены выли все громче. Салли оглянулась. Публика, бежавшая из бара, плющила лица об оконные стекла, наслаждаясь бесплатным спектаклем.
— Мик! Ты в порядке? Мик!
Кэти вырвалась из рук Таши, подскочила к Мику, опустилась на колени и обняла его. Вильяма, все еще державшая табурет, переводила взгляд с Мика на молодого серба, и на лице ее была мука.
— О боже, что она затеяла? — в отчаянии прошептала Салли, когда Вильяма неуверенно шагнула к Мику с Кэти и подняла табурет. — Кэти… ребенок!
— А ну поставь! — Через стойку перепрыгнул самый рослый бармен. — Давай, милая, поставь эту штуку на место, все уже позади. Будь же умницей. Видишь, и полиция приехала.
И тут бар вдруг озарился переливами красных и синих огней, помещение быстро заполнялось полисменами. Воспользовавшись растерянностью Вильямы, бармен вырвал у нее табурет. Девушка была слишком ошарашена и не сопротивлялась. Над Миком уже склонились санитары. Голова у Салли шла кругом. Лишь через пару минут она поняла, что, вцепившись в Джуди, горько рыдает на ее плече, а Джуди, тоже рыдая, крепко прижимает ее к себе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
