— Меня клонит в сон. Я больше не боюсь… Но мне как-то не по себе. Какое-то странное ощущение… Как будто здесь в комнате кто-то есть, и он смотрит за нами, — пролепетала Айви, обводя взглядом комнату.
«Я здесь, Айви!»
Грегори поспешно подал ей остатки чая.
— Ничего не бойся, — сказал он. — Я с тобой, Айви.
Тристан попытался взять себя в руки и успокоиться. В конце концов, от одной таблетки не умирают. Но ведь неизвестно, что задумал Грегори! Вдруг он нашел те капсулы, которые Тристан выбросил за комод в его комнате? Что если он решил сначала слегка накачать Айви, а потом скормить ей все остальное?
«Лэйси! Я не могу спасти ее один!»
Но Лэйси не отзывалась.
«Уилл! — подумал Тристан. — Нужно разыскать Уилла! Но сколько времени это займет?»
У Айви уже закрывались глаза.
— Спи, — снова и снова твердил ей Грегори. — Тебе нечего бояться. Спи.
Айви закрыла глаза, голова ее упала. Грегори не стал ее поддерживать. Он отпихнул Айви, и она бессильно опрокинулась на подушки.
И тут Тристан начал кричать. Он обвил Айви руками, он прижимал ее к себе, хотя понимал, что все равно не сможет удержать. Она была где-то далеко, она уплывала и от него, и от Грегори, все глубже проваливаясь в наркотический сон. Тристан кричал и кричал, не замечая своего крика.
Грегори резко встал и вышел из комнаты.
Тристан знал, что должен найти помощь, но он боялся надолго оставить Айви одну.
Филипп! Это был его единственный шанс. Тристан бросился в соседнюю комнату.
Как только он вошел, Элла тревожно подняла голову.
«Помоги мне, Элла! Нужно разбудить его, чтобы он впустил меня».
Элла послушно вскочила Филиппу на грудь, обнюхала его лицо и коротко мяукнула.
Филипп открыл глаза. Потом сонно поднял руку и погладил Эллу. Тристан представил себе теплую кошачью шерсть под пальцами Филиппа. В следующий миг он легко скользнул в сознание мальчика.
«Это я, Филипп. Это я — твой друг, твой ангел. Это я — Тристан».
— Тристан, — прошептал Филипп, и внезапно они оказались друг перед другом за шахматной доской. Филипп перепрыгнул через шашку Тристана. — Ага, я в дамках!
Тристан провалился в воспоминание, уже вплетавшееся в ткань сна мальчика. Собрав силы, он забился, выталкивая себя и Филиппа в явь.
«Проснись, Филипп! Это Тристан. Проснись. Мне нужна твоя помощь. Айви нужна твоя помощь».
Тристан услышал громкое мурчание Эллы и увидел, что она смотрит ему в лицо, но перед глазами у него все расплывалось. Он понял, что Филипп медленно просыпается.
«Давай, Филипп! Вставай, дружище!»
Филипп посмотрел на статуэтки ангелов. Он был удивлен, но не боялся. Его руки и ноги все еще были слабыми после сна. Ничего, это поправимо.
Внезапно Тристан услышал шум, доносившийся из коридора. Он услышал шаги Грегори — но почему Грегори ступал так тяжело? Откуда у него эта странная, неуклюжая походка?
«Вставай, Филипп! Нужно посмотреть, что там происходит!»
Но Филипп еще не успел встать, когда Грегори начал спускаться по лестнице. Проскрипели ступеньки, потом хлопнула входная дверь.
«Надевай кроссовки. Давай же, быстрее!»
Снизу послышался шум двигателя. Тристан узнал звук старенького доджа, принадлежавшего Айви. У него оборвалось сердце. Значит, Грегори забрал с собой Айви. Но куда он ее везет? Куда?
— Не знаю, — сонно пролепетал Филипп.
«Думай, думай же! — простонал про себя Тристан. — Куда он может ее везти?»
— Не знаю, — снова пробормотал Филипп.
Если Айви одурманена наркотиками, Грегори ничего не стоит подстроить катастрофу. Но какую? Где и как он задумал это осуществить? Наверное, подсказки должны быть в его комнате… Может быть, в тех старых газетных заметках?
Внезапно Тристан вспомнил железнодорожное расписание. Он снова, как наяву, увидел, как перекосилось лицо Грегори, когда он увидел валявшееся на полу расписание. Потом Грегори обвел ручкой ночной поезд, который шел из Тассета! Да-да, он даже что-то подсчитал и записал на листочке время — 2:04. И дважды обвел эти цифры. Да-да, так оно и есть — Тристан знал, что этот поезд раз в два дня без остановки проносится через их маленькую станцию… Проносится без остановки! Ну конечно, маленький перрон станции Стоунхилл будет совсем пуст в это время ночи…
Нужно остановить его!
Тристан посмотрел на циферблат часов, стоявших у кровати Филиппа. 1:43.
«Филипп, вставай!»
Маленький мальчик уснул на стуле, едва зашнуровав один кроссовок. Его непослушные пальцы никак не могли справиться со шнурками.
Когда Тристан снова растолкал его, Филипп, пошатываясь, побрел по коридору. Тристан подвел его к парадной лестнице, потому что по ней можно было спускаться, держась за перила. Они осторожно сошли вниз, и Тристан повел мальчика к двери черного хода, которую Грегори оставил открытой. Ему казалось, что он сам превратился в часы, неумолимо отсчитывавшие секунды.
Они бы ни за что не успели вовремя добраться до станции пешком, тем более что длинная аллея, петлявшая по склону горы, вела в противоположную сторону. Машина! Нужно попробовать найти ключи от машины Грегори. Если ему это удастся, то он сможет материализовать пальцы и… Но что если Грегори увез ключи с собой, и он лишь напрасно потратит драгоценное время?
«В другую сторону, Филипп».
Тристан взял мальчика за плечи и развернул. Это был очень рискованный путь, и в то же время, их единственный шанс — крутой и каменистый склон горы, ведущий прямо к станции.
Через несколько шагов прохладный ночной воздух окончательно разбудил Филиппа. Тристан видел его глазами серебристые ночные тени, слышал его ушами шорох камней под ногами мальчика. Постепенно он тоже почувствовал себя сильнее.
Понукаемый Тристаном, Филипп опрометью бросился бежать по траве. Они пронеслись мимо теннисного корта и остановились у границы владения Бэйнсов, за которой начинался крутой спуск вниз.
Тристан и Филипп объединили свои силы, поэтому бежали гораздо быстрее, чем позволяли ноги девятилетнего мальчика. Тристан не знал, насколько хватит его новых сил, и не был уверен, что они смогут благополучно спуститься с обрыва. Ему казалось, что прошла целая вечность, прежде чем они добрались до склона.
Он почувствовал оторопь Филиппа, и мгновенное колебание, охватившее мальчика перед каменной стеной, означавшей границу владения.
— Я не должен через нее заходить, — сказал Филипп.
«Все нормально, ты же со мной!»
Далеко внизу виднелась железнодорожная станция. Чтобы добраться туда, им нужно было спуститься со склона, где единственной опорой служили узкие каменные выступы, да корни редких чахлых деревьев. Кое-где среди камней росли кусты, но в основном отвесный земляной склон был испещрен лишь промоинами и осыпями мелких камней, того и гляди грозивших осыпаться под ногами.
