— Да, ну а мне все равно, братишка. Я останусь здесь и буду охранять Грейс до тех пор, пока этого парня не отыщут, — втолковал ему я.
— Так ты ее оттолкнешь, друг. Грейс отличается от девушек, к которым ты привык. И ты вроде как пугаешь меня до чертиков. — Он одарил меня серьезным взглядом и наклонился поближе. — Ты выглядишь так, словно готов нюхнуть ее. Слушай, Шейн, я знаю, ты был чист восемь месяцев, но рядом с Грейс ты словно под кайфом. Ты опять подсел?
Да вы издеваетесь. Все и всегда ожидают от меня худшего.
Я вскочил и зашагал по комнате, Коннер зашагал рядом. Понятия не имею почему.
— Коннер, я девять месяцев не притрагивался к наркоте! — Я взлохматил волосы руками. — Друг, ты же меня знаешь. Ты же знаешь, что я изменился, а та хрень, которую я к ней испытываю, сильно отличается от других девушек. Я с ума по ней схожу. — Я с силой прислонился к стене.
Коннер пихнул меня в живот.
— Хорошо, Шейн. Я переговорю с Леа, и мы узнаем, что на самом деле думает о тебе Грейс, от этого и будем отталкиваться. — Улыбнувшись, он посмотрел в сторону дверного проема, его глаза округлились, и лицо посерьезнело. — О, черт возьми, нет! Ни за что, Леа! Снимай его!
Я проследил за его взглядом, и во рту у меня пересохло. Она невероятно изысканна.
Грейс нерешительно ступила в комнату, обходя готовую вот-вот подраться парочку. Я даже не взглянул на платье Леа — не смог отвести взгляд от Грейс.
Ее волосы спадали вниз потрясающими черными локонами с темно-фиолетовыми прядями, которые отражались в ее лилово-серебряных глазах. Шелковый темно-фиолетовый топ дразняще обтягивал ее грудь, демонстрируя безупречные округлости пышной груди. Короткая джинсовая юбка обтягивала бедра, подчеркивая невероятно длинные ноги.
Я оторвался от стены, медленно и жадно изучая каждый сантиметр ее обнаженной кожи. Я задержал свой взгляд на глазах и губах, и по ее восхитительной смущенной улыбке понял, что она заметила это. Я медленно подошел к ней и осторожно взял ее за руку. Переплел наши пальцы и, подняв руку ей над головой, медленно закружил.
— Никогда, за всю свою жизнь, я не встречал никого более совершенного, Грейс. Похоже, у тебя талант — оставлять меня полностью... бездыханным. — Я еще раз закружил ее, отбрасывая шелковистые волосы с гладких плеч. У меня остановилось дыхание, застряло где-то в глубине легких. Слегка касаясь ее плеча, я глубоко вздохнул. — У тебя еще одна татуировка, — тихо выдохнул я. Пальцами я провел по линиям рисунка. Пара сломанных ангельских крыльев.
Уголки ее рта медленно и сексуально приподнялись.
— Бьюсь об заклад, это твоя визитная карточка, чтобы подцеплять женщин, да? — Она словно впервые посмотрела мне в глаза, глядя на меня настоящего, Шамсиила. — Это — ангельские крылья. Чтобы напоминать и чтить то, что я потеряла.
Я дернулся, будто она ударила меня. Эгоистично, но мне хотелось, чтобы она говорила обо мне. Хотелось, чтобы эти вытатуированные ангельские крылья олицетворяли мои, которые я носил когда-то, пока был ангелом. Крылья, сломанные и вырванные из моего тела за то, что я влюбился в человеческую девушку, жившую более двух тысяч лет назад и так похожую на Грейс. Но я знал, что это не они.
— Твою семью, — пробормотал я.
Был ли мой эгоизм грехом? Какой мужчина сможет устоять перед этим созданием и не думать о том же? Я никогда не пожалею о том, как возжелал ее, как никогда и не пожалею о своих чувствах к Селе.
То, что произошло между нами с Селой, было совершенно невинно — лишь поцелуй. Когда мир был прежним, когда Рай был на Земле и ангелы жили среди людей. Лишь поцелуй, сославший меня на вечность в ад.
Пока мы шли по заснеженным улицам к бару, я держал Грейс за руку. Она всю дорогу кусала нижнюю губу, словно утаивая что-то. А Леа постоянно косилась на наши руки и улыбалась.
«Бузер» был переполнен как никогда раньше. Когда мы вошли в двери, Грейс ахнула и крепче сжала мою руку. Я обнял ее за талию и притянул ближе.
— Нервничаешь?
Ee сияющие глаза оглядели толпу.
— Взволнована. — Она подняла глаза, встречаясь со мной взглядом. Боже, мне хотелось поцеловать ее.
— Знаешь, впервые за долгое время я тоже. Не могу дождаться, когда они тебя услышат. Не могу дождаться, когда смогу выступить с тобой. — У меня сердце остановилось от ее ответной улыбки.
Здесь было столько народу, мы даже не смогли сесть за наш постоянный столик. Поэтому мы окружили кабинку Алекса, в которой он сидел с кучкой студенток. Он восседал среди них с короной «Бургер Кинга» на голове. Я притащил из подсобки несколько стульев, и мы все отлично проводили время. Пока не появился Такер.
Он вплыл в костюме от «Гуччи», с расслабленным галстуком и зачесанными назад волосами. С собой он притащил своих сотрудников и направился с ними прямо к Грейс. Среди них, ну конечно же, были только мужчины. Удивительно, что он не прихватил своего чертова наркомана — кузена Блейка. Я знал, что Блейк вернулся в город, потому что он названивал мне не переставая, чтобы уговорить вновь позависать вместе. Но я никогда не вернусь к наркотикам, ни за что. Так что я просто игнорировал его звонки.
Приятели Такера в открытую пожирали Грейс глазами, и это чертовски меня бесило.
— У твоей девчонки классная задница, Такер, — сказал парень, который в ближайшее время получит кулаком в морду. Но я прикусил язык; я ждал реакции Грейс. Мне хотелось понять, захочет ли она, чтобы я вмешался, или покажет, что ей неуютно. Черт, да я понятия не имел, что делать. Моя дурацкая нога постукивала по ножке стула, отчего трясся весь чертов столик. Я сжал кулаки и понял, что вот-вот взорвусь. Я знал, что не имею никаких прав на нее, но знал и то, что между нами что-то происходит. Просто еще не понял, что именно. Действительно, мне надо последовать ее примеру, потому что не хотелось все испортить.
А потом Такер прикоснулся к ней.
Он положил свои грязные лапы на ее обнаженную спину и начал опускать их, прицеливаясь к заднице. МОЕЙ ЗАДНИЦЕ! Черт, то есть, на самом деле, задница не моя, но... нет, это — МОЯ ЗАДНИЦА!
Я вскочил со стула и вклинился между ними. Психопат. Я оттолкнул его, но не сильно, мне ведь не хотелось убить этого гада. Схватив Грейс за талию, потянул в сторону сцены.
— Ладно. Нам скоро на сцену, так что давайте обсудим все, пока есть время! — Я знал, что Итан и Брейден смотрели на меня как на больного. Боже, даже не удивительно, почему все подумали, что я вновь подсел. Я вел себя как невменяемый. И мне было плевать. Нельзя Такеру вот так к ней прикасаться.
