Соседка выскочила из комнаты и побежала по коридору. Я ринулась за ней, сметая стены на своем пути. Молли верещала и звала на помощь. Ее голос был для меня маяком. Я шла на него, не замечая ничего вокруг.
Подруга права — драконья мята сделала меня агрессивной, но Молли — единственная, кому я хотела причинить вред.
Перепуганные люди бежали сломя голову, увидев громадного дракона. Вокруг началась паника. Молли добежала до кулис, выбежала на сцену, прерывая выступление, и истеричным голосом закричала:
— Помогите! За мной гонится обезумивший дракон!
Я выскочила за ней, желая добраться до предательницы. Зрители стали разбегаться.
В мою морду полетел огненный снаряд — с десяток магов поднялись на защиту «несчастной» девушки. Они выстроились в шеренгу, чтобы дать мне отпор.
— Стреляйте в нее! Она меня сожрет! Стреляйте! — верещала лже-подруга.
Огненные вспышки сыпались на меня как из рога изобилия. Я забилась в угол, прикрыла морду крылом, чтобы хоть немного защититься. Чешуя болела от ожогов. Я жалобно скулила, как затравленное животное. Казалось, конец мой близок.
И в один момент все замерло. Звуки стихли, огненные всполохи прекратились, Молли перестала голосить. Но я боялась высунуть морду из-под крыла. Ждала контрольный удар, после которого все будет кончено.
— Сабина, это я — Гай. Не бойся, я рядом… — Он отодвинул мое крыло и заглянул в глаза. Гай смотрел на меня с такой нежностью и любовью, что я испугалась, что уже умерла и отправилась на небеса. — Не бойся. Уже все закончилось, — его голос успокаивал.
Он отошел в сторону, и я ахнула. Огромный зал, который следил за расправой надо мной, крепко спал. Огненные маги, что стояли ровной линией, лежали на земле. Молли распласталась в углу сцены, сложила под голову руки и тихо посапывала. Среди сотен спящих стоял мой отец, который и стал причиной массового магического воздействия.
Молли просчиталась не только с пропорциями драконьей мяты. Я была не одна. Меня было кому защитить.
Эпилог
Инцидент во время конференции получил широкую огласку, но не такую, на которую рассчитывала Молли. Очнувшись после навеянного сна, присутствующие не нашли обезумевшего дракона. Пропала и несчастная жертва, которую хотел заполучить ящер.
Конференцию пришлось прекратить, дабы выяснить все детали происшествия. Но никто из опрошенных не смог сказать, откуда взялся дракон и куда подевалась девушка. Зато легендами обрастала личность одного из ментальных магов, который своей силой смог усыпить сразу несколько сотен человек.
Мое имя нигде не фигурировало. Единственный, кто пострадал — Драквин. Драконицу пришлось забрать из академии, ведь она была точной копией агрессивного дракона. По всем документам ее усыпили, но на самом деле Драквин переехала жить к Гаю домой в Джимингейл.
Между Доном и Драквин завязался роман, и в скором времени у нее должно появиться потомство. Даже для меня стало загадкой, когда эти два ящера успели это сделать.
Я узнала, что Матиас написал заявление на ученический отпуск на два месяца и уехал на юг. Раздобыв адрес, я описала ему ситуацию с Драквин. Десмунд согласился за символическую плату продать драконицу Гаю. После того как я перестала с ним сотрудничать, у него не было необходимости держать возле себя слабого дракона.
С Молли все решилось не так благополучно. Сначала мы хотели сдать ее стражам порядка, но девушка была очень хитра и грозилась рассказать о Билли, обо мне и других полукровках. Если бы ее посадили за решетку, произошел бы огромный скандал, который мог негативно сказаться на всех. Поэтому ее заперли в клинике «Чистого сердца», где проходила лечение Билинда.
Отец Билли пообещал, что Молли больше никого не побеспокоит, и выпустят ее только тогда, когда она излечится от своей навязчивой идеи заполучить Гая. Но что-то мне подсказывало, что она застряла там надолго, и мы больше никогда о ней не услышим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Из письма Матиаса я узнала, что его сестра идет на поправку, и это очень порадовало.
Несмотря на общую суету после сорванной конференции, жизнь понемногу возвращалась в привычное русло. Я ходила на занятия, проводила много времени с Гаем и Доном. С каждым днем наши чувства становились все крепче, и я уже не представляла, как жила без него.
Дон вернулся в прежнюю форму. Из-за противостояний отбор на соревнования отложили до весны, и это дало ему дополнительно время.
Спустя пару месяцев Грани были открыты, и все полукровки смогли выйти из заточения. В виду их особенностей правительству пришлось подстраховаться. К каждой полукровке был приставлен ментальный маг, который помогал справиться с некоррелированной силой. За основу взяли многолетнюю работу Руэрти, которую он начал еще в Джимингейле. Отца назначили главным в этом проекте, чем он очень гордился.
Несмотря на разрушение границ, мама не хотела возвращаться в Вермундаун. Пусть жителям Грани и разрешили покидать территорию, но никто не сделал их здоровее и богаче. Ее госпиталь продолжал работать в привычном режиме.
По вечерам мы собиралась в нашем доме в Грани и проводили время вместе как настоящая семья. Я видела своих родителей счастливыми.
***
Матиас вернулся в академию так же неожиданно, как и пропал из нее. Слух о том, что капитан Вермундаунских ящеров вернулся к отборочному этапу соревнований, всколыхнул всю академию.
Вместе с Гаем мы находились на стадионе. Я осматривала Дона перед началом соревнований. Драг выглядел замечательно: чёрная чешуя поблескивала на солнце, размашистые крылья были сложены за спиной. Он так и рвался на стадион.
Рядом с нами было еще с два десятка драконов и их наездников. Здесь находились и мои бывшие товарищи по команде. После того как Матиас уехал, главным стал Зик. Отношения с ним у меня никогда не ладились, и я не стала дожиться, когда он найдет повод меня выгнать, и сама первая покинула команду.
— Дэй, ты слышала? Матиас вернулся, — ко мне подбежала взволнованная Джина.
Гай покосился на нее, и она прикусила язык. Пусть ситуация с Билли прояснилась, но парни до сих пор недолюбливали друг друга.
— Слышала, но его еще не видела, — ответила отстраненно.
— Он шел позади меня. И у него новый дракон!
Громкий голос жюри нарушил нашу беседу:
— Посторонним покинуть площадку! Участникам занять свои места!
— Я пойду, — поцеловала Гая в губы. — Удачи вам с Доном.
— Спасибо, — ответил он.
Гай взял дракона под уздцы и повел к стартовой линии. Вместе с Джиной мы направилась к трибунам. Как подруга и говорила, нам навстречу шел Матиас. Он выглядел замечательно: отдохнувший и загорелый. Рядом с ним шла драконица породы медной летунки. Она была того же размера, что и я в драконьем облике, но крылья в два раза больше моих. На голове хохолок из костяных отростков. Она гордо шла за парнем, не давая взять себя под уздцы.
— Вот это красавица! Где ты такую нашел? — спросила я.
— Вижу, ты по мне скучала, Дэй, — иронизировал он. — Купил на юге у одного торговца. Очень редкий вид.
— Просто загляденье! — Драконица довольно задрала голову, и я готова поклясться, растянула пасть в подобии довольной улыбки. Я опешила. Казалось, она понимает мои слова. — А почему ты не ведешь ее за повод?
— Не нравится ей. Своенравная. Еще не воспитал.
Медянка оскалилась и тихо зарычала, Матиас нервно зыркнул на нее.
— Понимаю. Представляю, как это неприятно, — произнесла, пристально наблюдая за новенькой. — Странно, она первый дракон, который меня не боится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Матиас пожал плечами.
— Радуйся. Хоть для одного дракона ты не такая страшная.
— Как ее назвал?
— Шей.
— Беда у тебя с фантазией на имена.
Медянка закатила глаза и с шумом вытолкнула воздух из ноздрей, подтверждая мои слова.
— Нам пора. Опоздаем, и нас не допустят к соревнованиям.
