мужа. Эта договоренность заняла годы. Не уничтожай ее, чтобы поиграть в переодевание, — Хэнсон смотрит на меня. — Конечно, ты согласен, что это смешно.
— Если бы я думал, что это смешно, я бы не собирался ехать в Париж на следующей неделе, чтобы помочь, чем смогу.
Хэнсон слишком опытный бизнесмен, чтобы выказать какое-либо удивление. Но очевидно, что он ошеломлен, поскольку ничего не говорит. Что бы он ни собирался сказать, это явно больше не относится к делу.
— Как волнующе! — Джозефина встревает в разговор. — Надеюсь, что вы двое найдете время для осмотра достопримечательностей. Вы не были в свадебном путешествии.
— Я люблю осматривать достопримечательности, — на самом деле я не могу вспомнить, когда в последний раз ездил на экскурсию во время поездки. Мои международные поездки с «Кенсингтон Кансалдид» обычно состоят из времени, проведенного в отеле и в зале заседаний. Однако стоит сказать об этом, чтобы увидеть сомнительное выражение на лице Скарлетт. Я борюсь с желанием рассмеяться.
Пока мы со Скарлетт едим, Джозефина продолжает рассказывать о своих любимых местах в Париже. Хэнсон по-прежнему сосредоточен на своей газете. В конце концов Скарлетт извиняется, чтобы подняться наверх и переодеться. Я даю ей фору в несколько минут, а затем следую за ней.
Когда я вхожу в комнату, Скарлетт уже одета в розовый сарафан. Она поднимает взгляд, надевая пару туфель на танкетке.
— Эй.
— Эй, — повторяю я.
— Я оставлю машину здесь, если ты захочешь съездить куда-то. Ключи на комоде.
Я засовываю руки в карманы, наблюдая, как она расправляет и разглаживает платье.
— Хорошо. Я мог бы повидаться с Эндрю.
—Хорошо, — вторит она. На ее лице читается некоторое любопытство. Я уверен, что она хочет снова спросить о том, что случилось с Кэмденом, но все, что она делает, это хватает свой телефон.
— Ты хочешь поехать домой, когда вернешься?
Наш первоначальный план состоял в том, чтобы провести здесь еще одну ночь, но я с радостью вернусь пораньше.
Облегчение омывает ее лицо.
— Да.
Я киваю.
— Хорошо.
Она оглядывает комнату, проверяя, все ли она взяла. Затем идет к дверному проему, где я стою. Вместо того чтобы пройти мимо, она делает паузу. Ее рот открывается. Закрывается.
Скарлетт качает головой.
— К черту все.
Она целует меня. Я слишком потрясен, чтобы сразу отреагировать. К тому времени, как я начинаю отвечать, она уже отстраняется.
Одна легкая улыбка, и она уходит.
11. Скарлетт
— Париж — это всегда хорошая идея, — сказала Одри. И с тех пор, как я стала главным редактором «Хай», поездки в столицу Франции стали обычным делом.
Этого визита я боялась и ожидала. Я здесь для того, чтобы утвердить окончательный дизайн и ткани для «Руж». Как только все будет готово, я сделаю публичное объявление. Это пугающая перспектива. Я боюсь, что потерплю неудачу. В индустрии моды много подводных кмней, независимо от того, сколько у вас денег. Вы не можете купить успех. И если я потерплю неудачу, то потерплю ее как Скарлетт Кенсингтон.
Прямо сейчас я больше сосредоточена на своем спутнике в этой поездке, чем на чем-либо другом. Я не ожидала, что Крю поддержит меня в Хэмптоне. Я ожидала, что он останется в Нью-Йорке. Очевидно, он имел в виду именно это, когда сказал, что поедет со мной.
Отношения между нами были напряженными с четвертого числа. Мне потребовалось несколько дней, чтобы переварить все, что произошло за этот короткий промежуток времени. В те же дни я потратила долгие часы на доработку сентябрьского номера журнала и подготовку к поездке. А потом он ждал в аэропорту, когда я приехала на свой рейс, так как Лия делится всеми подробностями моего путешествия с его секретаршей. Я приняла зрелое решение притворяться спящей на протяжении всего шестичасового полета.
Крю почти ничего не сказал с тех пор, как мы прибыли. Пока что мы зарегистрировались в отеле, встретились с двумя моими поставщиками тканей, а теперь мы на Открытом Чемпионате Франции. Жаклин Перо — моя подруга по Гарварду и наследница крупнейшего в Европе универмага. Обеспечение ее интереса к «Руж» поспособствует его успеху, поэтому отклонить приглашение посмотреть утренний матч из ее ложи на самом деле не было вариантом.
— Скарлетт Эллсворт! Как приятно видеть тебя! — Ричард Кавендиш подошел и встал рядом со мной в ложе, из которого я наблюдаю за матчем.
Ришар — вице-президент известного французского издания. Наши пути неизбежно пересекаются на многих общественных мероприятиях, которые я посещаю здесь. Я считаю, что он единственный человек, который считает себя очаровательным.
Делаю глоток Мимозы, прежде чем ответить.
— Я тоже рада тебя видеть, Ричард.
— Ты здесь по делу?
— Как всегда, — холодно отвечаю я, наблюдая, как его взгляд скользит вверх и вниз по моему белому платью. Оно скромное, с укороченными рукавами и ниспадает до икр, но взгляд Ричарда становится горячее, когда он останавливается на моих фирменных красных губах. Его нижняя губа скривилась, когда его взгляд переместился на левую руку, держащую стакан. И большой бриллиант, покоящийся на моем безымянном пальце.
— Значит, слухи верны. Ты вышла замуж.
— Слухи? Ты не доверяешь сотням газет, которые сообщали об этом?
Глаза Ричарда наполняются раздражением.
— У меня есть более важные дела, чтобы тратить свое время на пролистывание страницы светской хроники.
Слияние семей Эллсвортов и Кенсингтонов попало во множество респектабельных европейских газет, о чем Ричард хорошо знает.
Я могла бы проигнорировать желание моего отца выйти замуж за Ричарда. Он не внес бы такого большого вклада в мой собственный капитал, и я нахожу его надоедливым и скучным, но он был бы лучше для моего здравомыслия, чем Крю Кенсингтон.
Потому что, если бы Ричард Кавендиш провел последние полчаса, разговаривая с хорошенькой блондинкой-теннисисткой, я бы почувствовала облегчение, избавившись от необходимости вступать с ним в надоедливый обмен словами. Решение Крю поговорить с ней заставило меня мариноваться в смеси ярости и ревности.
Вот почему вы не должны жениться по любви.
Не то чтобы я любила Крю. Я просто нахожу его слегка забавным и раздражающе привлекательным. И после того, как он заставил меня кончить за считанные секунды, у меня могут возникнуть сильные чувства к его языку.
— Твой муж, кажется, наслаждается матчем, — комментирует Ричард, проследив за моим взглядом.
Я не отвечаю. Оборачиваюсь, чтобы посмотреть, как зеленый мяч перелетает через сетку, и мне жаль,
