Прекрати верещать, убежали уже все. Оставшиеся от твоих визгов в кому впали. Да что ты дёргаешься, я их всех с тебя стряхнул!
— Не всех! — стону, продолжая в истерике тереть друг об друга ноги. — Они кусают меня там!
— Где, “там”?
— Там! — выпаливаю, кидая многозначительный взгляд вниз.
Взгляд Бурого плавно стекает к моим трусам, и боковым зрением я вижу, как он на мгновение прикрыв глаза, сжимает пальцами переносицу и тяжело вздыхает. После чего открывает глаза, и смотрит на меня уже абсолютно спокойно.
— Раздевайся.
— Чт…то?!
— Что слышала. Нужно раздеться и вытряхнуть муравьёв из белья.
— Я не смогу! Я боюсь!
— Чего ты боишься? Трусы снять? А того, куда они тебе могут залезть, пока ты тут в истерике бьёшься, ты не боишься?
Дыхание перехватывает, стоит моей фантазии унести меня в дебри, где муравьи пролезают в те отверстия, где им определённо точно не стоит находиться.
— Правильно думаешь. Именно туда они и полезут.
— Чёрт!!! — снова начинаю прыгать и в панике хватать ртом воздух, потому что у меня между ног начинается, судя по ощущениям, самая настоящая атака.
— Так. С этим надо что-то делать, — через собственный визг слышу очередной вздох Бурого, после которого он включает в ванне воду и, не говоря ни слова, одним рывком затаскивает меня внутрь.
— Футболку снимай, — командует, переводя воду на душевой шланг.
Дрожащими руками стягиваю с себя футболку, но тут же начинаю громко орать, когда меня снова кусают, и я чувствую мерзкое шевеление между ног.
— Они там! Там ползают! Забираются туда!!!
Фантазия вновь подкидывает мне красочные картины того, куда эти твари будут пробираться дальше. Господи, как я их потом доставать оттуда буду?!
От мерзости и шока желудок сжимается спазмами. Я начинаю истерично дышать.
— Маша, посмотри на меня! Немедленно!
— Я… н-не могу… Я…
— Успокойся! Дыши ровно. Нужно снять бельё, чтобы смыть с тела насекомых.
— Н…нет! — чувствую, как рука Бурого тянется к моему белью. В панике хватаюсь за край трусов и начинаю дышать ещё быстрее, отчаянно хватая ртом воздух.
Пытаюсь собрать мысли в кучку, но не получается. Они разбегаются в разные стороны, как эти чёртовы муравьи, копошащиеся у меня в трусах.
— Маша, успокойся. Просто дыши! — сквозь затуманенный взгляд чувствую, как Бурый обхватывает меня ладонями за лицо и слегка встряхивает. Но это не помогает, потому что от мыслей куда сейчас ползут эти сволочи у меня, кажется, начинается самая настоящая паническая атака.
Муравьи снова шевелятся между ног, и я чувствую, как они лезут прям туда, отчего паника в моём мозгу достигает предела. Я пытаюсь выдохнуть и сделать новый вдох, но не получается. Грудь сдавило тисками. Ещё секунда и я просто задохнусь!
Вдруг воздух резко вышибает у меня из лёгких. На миг теряюсь, потому что не понимаю, как оказалась прижата спиной к прохладному кафелю. Осознаю лишь то, что прижимает меня к нему Миша. А спереди моя грудь распластывается об его.
Бёдра, сжимаемые какой-то силой, начинают скользить вверх, пока ноги не оказываются переброшены за поясницу Бурого.
Воздух, который только что вылетел из моих легких из-за удара, вновь попадает мне в рот. Только делаю я это не сама. Его вдыхает Миша, протолкнув свой язык глубже и коснувшись моего.
Мои пальцы машинально сжимают его плечи, сердце, которое и без того колотилось как ненормальное из-за паники, теперь разгоняется со скоростью сапсана и колотится о рёбра, создавая практически болезненные ощущения.
Вкус Бурого проникает в меня вместе с воздухом. Каждое движение его языка вдыхает в меня новую порцию, а следующее движение — забирает. Я мычу ему в рот, непроизвольно царапая ногтями плечи и спину.
Чувствую, как его горячая ладонь касается моих рёбер. Грубые пальцы медленно скользят вниз, оставляя за собой дорожку мурашек по коже. Поддевают резинку белья… И раньше, чем я успеваю сообразить, что происходит, Бурый вдруг резко отстраняется от меня вместе с тем дёргая трусы вниз.
Шок от происходящего застилает рассудок и вводит в полнейший ступор. Я просто продолжаю стоять и смотреть на Мишу, делая вдохи и выдохи — теперь уже самостоятельно. Лишь через мгновение осознаю, что Бурый, быстро подхватив душевой шланг начинает поливать мои бёдра и живот. Так же быстро он просто отводит пальцами ткань лифчика и споласкивает под ним.
Мне трудно анализировать происходящее. Я даже толком шевелиться не могу. В какой-то миг мне кажется, что кадык у Миши на шее дёргается, когда он смотрит на мою грудь, но я не уверена, что это мне просто не мерещится.
В себя прихожу только в тот момент, когда Бурый прекращает меня поливать, выключает воду и весь мокрый вылезает из ванны.
— Пойду… принесу мазь, — выдавливает хрипло, после чего ставит душ на крепление и быстро выходит из ванной комнаты, оставив меня стоять у стены в полнейшем шоке.
Глава 19
— Ты долго там сидеть собираешься? Время почти двенадцать! — раздаётся громкий стук в дверь, а затем голос Бурого.
— Уходите! Я отсюда не выйду! — вместо того, чтобы встать с постели, сильнее зарываюсь в одеяло с головой.
— Рано или поздно тебе всё равно придётся выйти, Марья Алексевна. В туалет, например, или поесть.
Желудок будто назло начинает урчать и болезненно сжиматься. Вчера после инцидента с муравьями я так и не поела нормально. Пока укусы намазала, пока Бурый всех муравьев в спальне пылесосом собрал… А после мне и есть особо не хотелось. Только от стыда умереть.
Боже, ну только со мной могло такое приключиться!
— Я не голодна! — нагло вру, лишь бы не выходить и не смотреть Мише в глаза.
Как я могу смотреть ему в глаза? Вчерашний поцелуй у меня из головы до сих пор не выходит. Поцелуй всего-то для того, чтобы меня успокоить, а я до сих пор ощущаю Мишин вкус у себя во рту. И до сих пор помню, как его пальцы касались моей кожи, когда он тянул вниз мои трусы…
Машинально дотрагиваюсь пальцами до губ. Затем трогаю те месте, где вчера были руки Бурого. Они словно всё ещё горят…
— Ты там ревёшь что ли?
— Я?! Вот ещё!
Лучше ему не знать, чем я тут занимаюсь, точнее, о чём думаю.
— Тогда поднимай свою покусанную задницу с постели и тащи её сюда!
Я
