сенсей…
-- Вы тренер по каратэ? – удивился Жека.
-- Да, обучаю всех желающих. В основном тех, кто не может за себя постоять. Совершенно бесплатно. Могу и тебе преподать пару уроков. Ты не умеешь драться – это видно по твоим рассеянным движениям.
-- Вы потрясающи, мастер! Вы определили силу противника, лишь взглянув на него? Но как?! – воскликнул Илья.
-- Женя нам не противник. Он союзник. Однако определил я это легко. Человек, который неловко управляется даже столовыми приборами – неловок и в бою…
-- Вы определили силу противника, лишь увидев, как он ест шоколадный торт! Потрясающе, сенсей! – Илья вдруг вытащил из кармана блокнот и стал что-то записывать… Жека на секунду подумал, что попал в какой-то «ванпанчмен».
-- Никогда не любил мордобой, -- сказал Жека. – Тем более добровольный.
-- Мужчина должен уметь постоять за себя! И защитить других, – возразил Илья.
-- Тогда практичнее брызнуть на быка из газового баллончика, -- сказал Жека. – Или купить себе пистолет.
-- Боевые искусства – это не просто мордобой. Это – искусство!
-- Кстати, Илья, -- сказал Игорь. – Насчёт «защищать других» -- ты верно подметил. Но не просто ли это слова?
-- Что вы, сенсей! Вы сомневаетесь, что я защищу слабых?
-- Вовсе нет, Илья. И у меня есть для тебя важное задание – охранять Женю и Лизу от безумных культистов! Следовать за ними, куда бы они не пошли! Возить за ними тело того громилы, словно оруженосец. И применять силу каратэ против всех, кто пойдёт против сил добра!
-- Да, сенсей… Но… почему они?
-- Пророчество… Таково пророчество. Женя и Лиза – святые люди, которые очистят наш мир от последнего зла!
Жека вздохнул и хлопнул себя фейспалмом.
-- И чьё пророчество? – спросил он. – Нострадамуса? Ванги? Или это вам прошептала Пифия?
-- Да как ты смеешь так разговаривать с учителем…
-- Это моё пророчество, -- не растерялся Игорёша. – Ибо таково положение вещей. Такова судьба! Мы пройдём этот Путь вместе.
-- Ну да…
-- И гораздо лучше для тебя, Женя, будет, если тело силача Гипсокартона всегда будет рядом. Илья поможет тебе в этом.
-- Прямо всегда? – скептично поморщился Жека. – Илье что, нечего больше делать?
-- Да, -- кивнул Игорь. – Ведь он хикка-анимечник, помешанный на боевых искусствах и духовных практиках.
-- Заебись. Просто, чёрт возьми, охуенно, -- ещё раз хлопнул себя по лицу Жека. Количество психов вокруг него с каждым днём увеличивается. Причём, в геометрической прогрессии…
Глава 23
Скоро чаепитие закончилось. Иисус вдруг спохватился, что всё это время Мельница сидел в уголке и пускал слюни, попросил прощения и дал тому шоколадный тортик на одноразовой тарелке. Гопник не стал воротить носа и заточил.
-- Ничё так, -- рыгнул он, когда управился. – Но Отец всё равно убьёт всех вас самым жестоким образом.
-- Заткнись! – рявкнул Рябина. – Не смей угрожать сенсею!
-- Ничего страшного, Илья, -- сказал Игорь. – Зло непременно падёт…
-- Но что именно случилось, сенсей? Я не понимаю…
И пока Игорь рассказывал своему ученику подробности -- Жека решил не терять времени зря и переключился в тело Гипсокартона. Громила очень хотел по большому.
-- Где тут сортир? – спросил Жека.
-- Да везде! – весело ответил Игорь.
Бомж-таксист срал в зарослях за гаражом. Туалетная бумага у Игоря закончилась, поэтому Жека в панике рыскал по оврагу, усыпанному мусором, нашёл какую-то картонную обёртку от стройматериалов. Клапана срывало конкретно и Жеке оставалось надеяться, что эта обёртка -- не от стекловаты. Шумел Гипсокартон, на удивление, очень тихо, почти незаметно. Действительно суперсолдат. Обёртка была не из под стекловаты, повезло. Однако её не хватило. Ущелье оказалось по-древнегермански лесистым. Надо как-нибудь побрить, ибо это уже нифига не смешно… Ещё Жека стеснялся дотрагиваться. Казалось, будто он вытворяет что-то непристойное и гейское.
Хорошо хоть полегчало… Жека пошарил в карманах, нашёл серебристый портсигар со свастиками. Кажется, раритетный экземпляр. Внутри осталось семь толстых и ароматных самокруток. Курить хотелось даже больше, чем в своём обычном теле, потому Жека немедленно поджёг папироску бензиновой зажигалкой. Ещё в кармане было что-то увесистое и холодное. Жека достал это из кармана и чуть ли не подпрыгнул от испуга. Пистолет. Будто бы и не металлический, а… пластмассовый. Сбоку была выгравирована надпись «FNHerstalBELGIUM», а с другой стороны – калибр «5,7 на 28». Какой-то рычажок, кнопочки… назначения которых Жека не понимал. А, нет, же… Это предохранитель… А это… Жека достал магазин. Тот был набит патронами в два ряда. Жека прикинул на глаз, сколько же там их может быть… Дофигища. Для пистолета-то… Ещё и модель какая-то лёгкая. Жека помнил, как когда-то в детстве стрелял из «Макарова». Тот казался гораздо увесистей. Евгений тут же решил загуглить характеристики пистолета. В магазин умещалось аж тридцать патронов. Этот пистолет использовал европейский спецназ. А ещё он может пробить бронежилет…
На секунду в голову пришла мысль – застрелить всех психов, снова захватить власть над рыжей… Но Жека понимал, что уже не сможет. Ведь Игорь накормил его тортиком. Путь к сердцу Евгения лежал через желудок, увы…
Ещё хотелось пива. И водки. И виски. Чего угодно. Жека поймал себя на мысли, что мечтает наведаться в «красное-белое», конкретно затариться и уработаться в хлам. Весьма нетипичная мысль, кстати. Что это? Гипсокартон алкогольно-зависимый? И чем больше Жека находился в его теле, тем сильнее хотелось набухаться. Поэтому он убрал пистолет в карман, вернулся в гараж, чтобы переключился обратно.
-- Ну, как ощущения? – поинтересовался Игорь. – Чувствуешь силу?
-- Чувствую желание напиться, -- признался Евгений.
-- Ещё бы! -- хохотнул Мельница. – Теперь ты сопьёшься к чертям! И умрёшь о цирроза печени!
-- Такого мы допустить не можем, --
