Японии все хуже с каждым днем. Мало того, спецподразделения опричников скоро устроят еще больший хаос. В итоге за свои непомерные амбиции Японский сегунат будет лишен всех континентальных территорий, которые с таким трудом завоевывал, и ляжет под руку того, кто окажется сильнее в Азии.
А там, стоит только Поднебесной начать воевать с самураями, императору ударит в брюшину махараджа. Индия — большая страна, у нее огромное голодное население, и ей нужны земли, чтобы кормить своих подданных.
А потому Китай окажется меж двух огней. Еще не успев толком выдавить японцев с материка, император будет вынужден отравлять уже потрепанную армию навстречу свежим и голодным до боя индусам. У них и так постоянно происходят стычки на границах, ненависть к Поднебесной поднята на запредельный уровень. И махараджа с радостью выплеснет ее на старого конкурента.
Британская империя пала и стала первой европейской страной, которую сотрут с лица земли. Процесс уже запущен, и его не остановить никаким дипломатам. Старый Свет прогнил, его правители погрязли во внутренних интригах. Доказательство того — деспот Агриппа IV, от бессилия проглотивший вторжение немецких войск в свою столицу. Более яркого признания в собственной беспомощности и придумать нельзя.
Германский кайзер, убив собственных аристократов по указу Михаила II, сам погибнет во внутренней смуте, которую теперь обязательно получит. В борьбе за освобожденный трон сильнейшие аристократы перебьют друг друга, обескровив государство. Объединенная Германия распадется на мелкие и слабые княжества, которые не смогут устоять перед натиском соседей.
Испания потеряет флот в войне за усмирение почуявших кровь метрополии колоний, а на суше одряхлевший Мадрид не представляет опасности. Без колоний прекратится приток ресурсов, без которого корона уже не выживет самостоятельно. А накопленные богатства захочет отобрать сильно ослабленный Рим, облизывается на них и Франция.
Людовик, сидевший без дела все это время, воспользуется моментом и добьет сперва разрозненных немцев, тем самым получив промышленные мощности вчерашнего технического гегемона, а затем начнет давить Испанию — у него есть права на ее престол. Впрочем, у каждого европейского монарха есть права на соседнюю страну. Но не участвовавшая в европейских конфликтах Франция, оснащенная последними новинками вооружений, пройдет по соседям.
Получив свободу от метрополии, Америка захлебнется в гражданской войне и уже не успеет подняться. Ее, ослабленную и жалкую, вновь поделят между собой выжившие страны Евразии.
Угрожает ли это все Русскому царству? После такой разгромной победы над Лондоном и раздела Речи Посполитой даже не смешно подобное предполагать! Техническое превосходство, высочайший боевой дух армии, поднятая Романовым волна патриотизма среди знати.
У конкурентов Михаила II, так вовремя зарезавшего клан Рюриковичей, просто нет шансов.
И вот тогда-то и начнется последняя война, когда монархи выйдут на поле боя — добивать ослабевших и захватывать подданных.
Будут ли победители в этой войне? Конечно же, нет.
Но все случится не сейчас, время еще есть. И когда пройдет опала, князь Соколов вернется в Москву.
Вернется и станет тем, кто спасет страну. Потому что только Михаил Викторович Соколов знает, как остановить новую магическую резню.
* * *
Московская база подготовки ЦСБ .
— Да быть такого не может! — воскликнул капитан Царской Службы Безопасности. — Как ты это делаешь?!
Ростислав Владимирович хмыкнул, делая шаг вперед. Штанга на его плечах покачивалась, прогибаясь под весом.
С громким лязгом поставив снаряд на стойку, боярин Иващенко выдохнул и положил запястья на гриф. Суммарный вес, с которым он только что приседал, достигал ста семидесяти пяти килограммов.
В тренировочном зале, где занимались опричники, все присутствующие наблюдали за новичком с интересом с того момента, как Ростислав Владимирович вошел в помещение. Человек, которого государь наградил высочайшим орденом, возвел в бояре, и который ходит под самим великим князем Невским, не мог не вызвать любопытства.
А когда Иващенко начал навешивать блины на штанги, поначалу вокруг раздавались смешки. Но боярин легко присел сначала с сотней, как будто совсем не чувствовал веса, затем взял сто пятьдесят. И так дошел до нынешних ста семидесяти пяти килограммов.
Можно было бы подумать, что боярин помогает себе магией, но на запястьях красовались блокираторы. Обычная практика для одаренных, чтобы в момент напряжения не обращаться к магии и работать исключительно физическим телом.
— Да человек ли он вообще? — негромко усомнился кто-то в дальнем углу.
— Человек, — ответил Ростислав Владимирович, расстегивая перчатки.
Сам он держал лицо совершенно спокойным. Но внутри даже немного испугался. Конечно, он и раньше поддерживал себя в форме, еще до отправки добровольцем в Британскую империю. Однако и в то время не мог даже надеяться взять подобную планку, сотня была для него личным рекордом.
Нет, разумеется, Ростислав Владимирович видел в зеркале сильного мужчину, без капли жира, с одними только мышцами, хоть сейчас на соревнования. Но на такой результат и не рассчитывал. Усиливать свое тело магией Иващенко никогда не умел, так что и дар тут был совершенно ни при чем.
В Римской империи ему довелось воспользоваться «бастионом», но те успехи — заслуга машины, сервоприводов и экзоскелета. Работать собственными мышцами не требовалось, хотя физическая подготовка и считалась хорошим подспорьем.
Посмотрев на свои ладони и несколько раз сжав кулаки, боярин обернулся к своим сослуживцам. Нужно было испытать свое тело, чтобы знать, на что Ростислав Владимирович теперь способен.
— Господа, мне потребуется ваша помощь, — произнес Иващенко. — Хочу посмотреть, что могу.
Опричники, впечатленные его работой, согласились с энтузиазмом. На протяжении следующих трех часов весь зал был занят тем, что помогал боярину выполнять упражнения, обсуждая и записывая результаты тренировок. Вес добавляли до тех пор, пока Ростислав Владимирович не работал с ним на максимальном напряжении.
И по итогу изучения своих возможностей выходило, что боярин Иващенко может на равных бороться с мировыми тяжелоатлетами. Охваченные энтузиазмом опричники высчитали сумму по системе троеборья, и вышла тонна. Один только этот параметр выводил новоиспеченного опричника на четвертое место в мире. Хотя, конечно, благородные в соревнованиях не участвовали — неуместно.
— Это невероятно, — выдохнул капитан, глядя на разминающего шею Ростислава Владимировича. — Сколько вы весите?
Иващенко улыбнулся.
— Девяносто два килограмма, — ответил он, закидывая полотенце себе на плечо, а после обратился к остальным своим соратникам. — Благодарю за помощь, господа!
Уходя из спортзала, Ростислав Владимирович думал о случившемся и во время остановки на красный свет бросал взгляд на свои руки. Личным водителем и людьми он еще не обзавелся, а потому легковой автомобиль, выделенный ему в служебном гараже, вел сам.
Физическая сила,
