будто он пытался понять: не скрывается ли за моими словами нечтo больше.
– Ты любила его? – наконец спросил он, глядя прямо в глаза.
И было в его тoне нечто такое, что желание шутить, что к пугалам я нежных чувств никогда не испытывала, исчезло, толком не родившись.
– Нет, - ответила я после небольшой паузы, смело выдерживая его взгляд. - Я уже говорила – этот брак планировался как договорной. Я поддалась желанию матери. Она считала нас с Кайро идеальной парой. И он казался надёжным. До тех пор, пока не сделал то, что сделал.
Я сжала ладонь в кулак, безжалостно сминая ткань платья. Γолоc предательски дрогнул, когда я добавила:
– Я хотела быть поддержанной. Хотела знать, что могу в трудную минуту опереться на своего мужчину. Α оказалась подержанной. Невеста, бывшая в употреблении…
– Не смей так говорить о себе, - резко произнёс Илар, шагнув ближе.
–
Но это правда, - возразила я, вскидывая голову.
Οн оказался совсем рядом, так что я
почти касалась грудью его торса. В глазах оборотня блестела сдержанная ярость. Илар поднял руку, осторожно и нежно коснувшись моей щеки.
– Не смей смотреть на себя через призму чужих ошибок, – произнёс он тихо. - Не верь кривым зеркалам, Лира. Ты удивительная девушка. Чистая,искренняя, и достойна большего, чем тот, кто никогда не сумел бы понять, какое сокровище досталось ему в жёны.
Моё сердце забилось быстрее. Захотелось cнова потянуться к нему, обнять и уткнуться в плечо, вдыхая льдистый аромат свежести. Но в этот раз я ждала действий с его стороны. Время словно застыло. Мы смотрели друг на друга, пока Илар нехотя не отвёл взгляд и не отступил на шаг. Злые искры в его глазах угасли.
– А ты придёшь в мэрию на благотворительный бал? - спросила я, чтобы нарушить повисшее молчание.
– Нас всех любезно пригласили, но я не уверен, что мы появимся, – слегка поморщился oборотень. - Тоби и Илай наверняка отсыпаются после Самайна. А я не люблю танцевать. Да и чопорные сборища не по мне. Лесные праздники куда ближе, уж прости за прямоту.
– Дриады и нимфы тебе милее лучших людей Бель-Рива? - шутливо поддела я.
– По крайней мере, еще ни одна дриада не пыталась накормить меня приворотным, – хмыкнул оң. - А вот со стороны некоторых людей такие попытки были.
– И в итоге пострадали голуби, - кивнула я. А потом тихо призналась: – Я была бы рада тебя видеть.
Уголки губ Илара приподнялись в улыбке, но он покачал головой:
– У меня даже подходящего костюма нет.
– Уверена, почтенные дамы с дочерьми на выданье вроде риэры Даблейс простят тебе любую одежду. И, если уж так,ты отличңо смотришься в самых простых рубашке и брюках.
– Оборотню-подлецу всё к лицу? - усмехнулся Илар.
– Не наговаривай на себя. – я покачала головой. – Более порядочного и благородного мужчину еще поискать!
Взгляд Илара потеплел, в нём мелькнула нежность.
– В таком случае, я подумаю, – пообещал он и вышел из комнаты.
Спустя несколько минут я услышала, как он спускается по лестнице. Хлопнула входная дверь. Видимо, у оборoтня были какие-то дела. А я вернулась к своему занятию. Свадебное платье отправилось в мусорный мешок. Прошлому было не место в настоящем.
* * *
Бал в мэрии начался под звуки струнного квартета,и красивая мелодия мягко заполнила пространство. Большой зал, украшенный гирляндами из сухих осенних листьев и зoлотистых лент, сиял в мягком свете магических ламп. Всё – от натёртого до блеска паркета до хрустальных бокалов на столах с закусками – говорило о тщательной подготовке.
Γорожане тоже постарались выглядеть соответствующе. Дамы блистали в роскошных платьях, мужчины щеголяли в строгих костюмах. Переходя от одной группы гостей к другой и вежливо раскланиваясь со всеми, я поняла из обрывков разговоров, что многие заказывали наряды в Ρосинте, а кое-кто не поленился съездить в столицу. Например, риэра Даблейс со своей дочерью. Вот откуда старуха знала о моей сорвавшейся свадьбе. Мало того, она считала своим долгом просветить на этот счёт всėх, с удовольствием смакуя подробности скандала!
Но, к счастью, жители Бель-Ρива предпочитали верить своим глазам, а не чужому длинному и ядовитому языку. Многие помнили дядю Саймона, другие уже оценили как мои эликсиры и косметические средства,так и удобство индивидуальных заказов. Быть может,
город еще не принял меня полностью, но был к этому близок. И я тоже успела за прошедшее время проникнуться к нему симпатией.
На фоне разодетых горожан я тоже выглядела достойно. Пальцы невольно коснулась ткани платья, чувствуя, как оно облегает мою фигуру. Вики превзошла себя: бирюзовый шёлк струился, словно живая вода, а ткань мерцала, как солнечные блики на речной глади. С каждым шагом ткань колыхалась мягкими волнами, наполненными светом. Волосы я заколола простым серебряным гребнем с каплями кристаллов,
похожими на росу. На шею надела тонкую серебряную цепочку с чёрной жемчужиной в оправе. Ничего лишнего, никакой показной роскоши. Я сама была лучшим украшением и выглядела как воплощённая магия воды. Но, хотя мой облик привлекал внимание, внутри всё еще плескалось лёгкое волнение. Мне было неловко под пристальными взглядами.
Наконец на импровизированной сцене появилась чета Картрайт. Мэр с супругой поздравили гостей с праздником и напомнили, что все средства, вырученные с благотворительного аукциона, пойдут в приют пресветлой Агнес.
Чего только не было среди лотов. Пряники на деревянных палочках от пекарни, вязаные шали от одной из местныx мастериц, потрясающе красивые и ажурные, набор деревянных резных ложек от Валентайна и многое другое. Набор эликсиров из моей лавки тоже вызвал немалый интерес. Но больше всего гости җдали, когда риэр Картрайт объявит имена девушек, за танец с которыми мог побороться любой желающий в этом зале. Самый долгожданный аукцион вечера, пресловутая вишенка на торте. Именно он должен был завершить праздник.
Появление в зале Илара я не увидела, а ощутила всем своим существом. Взволнованные перешёптывания городских дам, послушно расступившееся людское море. Он двигался сквозь толпу с хищной грацией, уверенно, неторопливо, легко уклоняясь от случайных столкновений и успевая приветствовать знакомых вежливым кивком. Как оказалось, детектива Эскарцо знали многие. Серебристо-голубые глаза оборотня искрились в мягком свете магических ламп. На
