И улыбка стала опаснoй, предвкушающей.
– Давно пора, говоришь? – повторил он.
Его голос стал ниже, в нём появилась хрипотца. Α я не могла отвести взгляд от его лица, от коварной улыбки, от горящих глаз, которые словно прожигали меня насквозь.
– Ты первая это предложила, Лира, – продолжил он, делая шаг ближе.
Я невольно качнулась назад, чувствуя, как от его близости захватывает дух. Моя спина коснулась прохладной стены, и я осознала, чтo отступать больше некуда.
– Что, теперь боишься? - тихо произнёс он, останавливаясь передо мной и склоняя голову. Тёплое дыхание коснулось моей кожи, как лёгкий ветерок, заставив вздрогнуть. - А бежать уже поздно.
В голове мелькнула внезапная заполошная мысль, что я совершенно напрасно дразню зверя и, кроме поцелуя, могу получить что-нибудь ещё… Так сказать, чтобы «недоразумение» оказалось исправлено во всех смыслах.
– Нет, - выдохнула я, хотя голос предательски дрогнул. – Не боюсь.
Илар пристально смотрел на меня, словно пытался прочесть мои мыcли. Его пальцы легли на мою шею, скользнули к подбородку, заставляя поднять голову. Взгляд серебристо-голубых глаз, сейчас почти чёрных, прожигал до самой души.
– Точно-точно? – лукаво мурлыкнул он.
Моё сердце сбилось с ритма, но я не отвела взгляд. Наоборот, дерзко облизнула губы и поинтересовалась:
– А ты ещё долго собираешься разговаривать?
Мгновение – и он притянул меня к себе, обвивая руками талию. Одна из горячих ладоней тут же нахально сползла чуть ниже, удобно устроившись на моей попе. Но прежде, чем я возмутилась, Илар наклонился,и его губы мягко накрыли мои.
Первое прикосновение было осторожным, словно он ждал, что я передумаю и отстранюсь. Но я ответила,и его
сдержанность уступила место страсти. Губы стали настойчивее, руки крепче обняли меня, словно Илар боялся, что я исчезну. Никто и никогда раньше не целовал меня так. Этот поцелуй не был просто прикосновением. Это было утверждение, обещание, сила.
Мир вокруг исчез. Остались только его жар его тела, вкус поцелуя и осознание, что мои пальцы запутались в его волосах и уже растрепали строгий хвост, позволив светлым прядям рассыпаться по плечам. Дыхание Илара смешалось с моим,и я поняла, что всё, что было до этого, больше не важно.
Когда он наконец отстранился, я с трудом вдохнула, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. А в глубине серебристо-голубых глаз Илара до сих пор горел тот самый хищный огонь – чарующий и опасно манящий.
– Это былo… – начала я, но голос дрогнул,и слова застряли в горле.
Ирбис наклонился ближе, губы почти коснулись моих снова, но вместо поцелуя он прошептал:
– По-настоящему.
Эти слова проникли прямо в душу, наполняя её теплом, которое я так долго боялась принять. Я улыбнулась – искренне и немного смущённо.
В глазах Илара читалась не только страсть, но и мягкое, уверенное обещание. Быть рядом. Поддерживать. Этот мужчина видел меня настоящую. Без масок, без навязанных обществом ролей: ту, кем я была сейчас и кем боялась стать раньше.
– Думаю, досадное недоразумение исправлено, – с лёгкой насмешкой заметил он, и его голос вновь обрёл ту тёплую уверенность, от которой у меня всегда появлялось чувство защищённости.
Я не удержалась и тихо рассмеялась, чувствуя, как от волнения и напряжения не осталось ни следа. Мои пальцы мягко скользнули по его щеке, запоминая тепло его кожи, и я ответила, глядя прямо в его глаза:
– И весьма убедительно.
А после я медленно поднялась на носочки и, не отводя взгляда, провела пальцами по линиям его скул,твёрдого сурового подбородка, стараясь запомнить каждую деталь. Илар не шевелился, позволив мне взять от этого момента всё, что пожелаю.
– Вот теперь точно – спокойной ночи, - добавила я.
На лице оборотня появилась понимающая улыбка – такая искренняя и тёплая, что сердце сжалось от переполняющих меня эмоций. Я заставила себя шагнуть вбок, чувствуя, как всё моё существо протестует против этого движения. Но я знала: если останусь хотя бы на мгновение дольше, не найду в себе сил сопротивляться притяжению.
Развернувшись, я шагнула к двери комнаты и, не глядя назад, открыла её. Движение воздуха всколыхнуло волосы, словно возвращая меня в реальность. А за моей спиной стоял тот, кто только что сделал этот вечер по–настоящему особенңым и запоминающимся.
Я скользнула за дверь, но перед тем, как закрыть её, бросила быстрый взгляд через плечо. Илар стоял на том же месте, прислонившись плечом к стене, а его взгляд неотрывно следовал за мной. На губах играла всё та же
улыбка, а в глазах светилась нежность, которую он даже не пытался скрыть.
Закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной и закрыла глаза, позволяя уже своей улыбке медленно расползтись по лицу. Сама не заметила, как мои пальцы поднялись к губам, ещё припухших от жарких поцелуев. В груди тёплой волной разливалось ощущение счастья.
* * *
Утро началось с назойливого стука в дверь. За окнами едва-едва разлился холодный осенний рассвет. Да кому же не спится в такую рань? Отчаянно зевая, накинув тёплый халат, я спустилась вниз и открыла дверь. На крыльце стоял почтовый курьер со срочным письмом от отца. Вручил мне толстый конверт и был таков. Я встревожилась: от срочных пиcем с доставкой на дом хороших новостей обычно ждать не приходилось. Остатки сна улетучились в одно мгновение.
Внутри конверта лежали вчерашний выпуск «Королевского глашатая» и записка. Почерк отца был, как всегда, ровным и аккуратным. Я развернула листок, пытаясь унять внезапное волнение. Ну что еще случилось?
– Лира, - начиналось письмо, - в прилагаемой газете есть интересная статья, которая заслуживает твоего внимания. Думаю, тебе будет приятно узнать, что Кайро с семьёй спешно покинули гoрод. Теперь вся столица знает, кто на самом деле виновен в том магическом срыве. Твоя репутация спасена.
P.S. Моя дорогая супруга и твоя матушка негодует и требует твоего немедленного возвращения в столицу. Но если ты решишь остаться в Бель-Риве, я тебя поддержу.
С любовью, отец.
Я улыбнулась, чувствуя, как горло сжимается от нежности и благодарности. Отец всегда был моей опорой. Если матушка высказывала своё неодобрение, он редко выступал против неё открыто, но я знала, что он на моей стороне и всегда могла прийти к нему
