меня вздрогнуть.
– Поехали со мной, - тихо сказал он.
Я глубоко, прерывисто вздохнула, чувствуя, как болезненно сжалось сердце. Илар не хотел расставаться со мной, а я не могла быть просто его любовницей и содержанкой. Или?..
«А, может, плюнуть на всё и согласиться? – мелькнуло в голове. - Действительно устроиться к нему в агентство и с каменным лицом уверять, что мы просто деловые партнёры. Кто проверит?»
– В качестве штатного алхимика? - спросила я.
– В первую очередь в качестве моей жены, - отозвался Илар. Его голос вновь обрёл бархатистую хрипотцу. – Хотя и алхимик нам не помешает. как и маг воды. Но я зову тебя не только на работу, но и в мой дом. В мою жизнь.
Эти слова обрушились на меня как цунами. Неожиданно, мощно, выбивая почву из-под ног. Мир вокруг замер. Даже ветер утих, оставив нас в оглушающей тишине, где слышно было только, как глухо колотится моё сердце. Илар сжал мои ладони чуть крепче – успокаивая и напоминая, что он рядом. В его взгляде не было ни тени сомнения, лишь спокойная уверенность в том, что он всё делает правильно. И мне отчаянно хотелось согласиться. Сказать «да», окончательно вверяя ему ответственность за нас обоих. Но потом голос разума напомнил о реальности. Обо всём, что я боялась потерять.
– Илар… – начала я, пытаясь отвести взгляд, но он не позволил.
– Я люблю тебя, Лира, - произңёс он,и это простое признание заставилo меня застыть. - Хoчу провожать с тобой закаты и встречать рассветы. Забoтиться о тебе. Делать счастливой.
Он говорил это так, словно давал мне вечную клятву. Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но быстро моргнула, стараясь прогнать их. Илар предлагал тo, о чём я боялась мечтать. То, на что я не могла согласиться.
– Ты понимаешь, что браки между оборотнями и магами редкость? - тихо произнесла я,тщательно подбирая слова.
– Это неважно, - отрезал он, чуть нахмурившись. - Главное, что мы хотим быть вместе. Α прочее – мелочи, с которыми можно справиться. Просто верь мне, Лира. Я решу всё остальное.
Как же сложно… Я отвела взгляд и сжала его ладони, пытаясь найти в себе силы продолжить.
– Меня не примут в твоей стае, Илар, – выдохнула я. - Ты это знаешь. Я это знаю. Слабая человеческая женщина среди обoротней. Да ещё и с уже сложившимся мировоззрением. Я готова искать общий язык с тобой, но взаимопонимания со всеми достичь невозможно. А я не хочу вечно прятаться за твоей спиной. И не хочу быть изгоем.
Я старалась говорить спокойно, хотя душа рвалась на части и корчилась в агонии. Ладони Илара слегка напряглись, во взгляде мелькнуло упрямство, но он не отпустил моих рук. И не перебивал.
– А если мы вернёмся в столицу,то же самое ждёт тебя, - добавила я, облизав пересохшие губы. - Там тебя не примут. Ты станешь чужаком. А о кочевой жизни мы уже говорили… Она не для меня.
Повисшая тишина была густой и напряжённой, словно небо перед грозой. Я чувствовала взгляд Илара – тяжёлый, полный эмоций,и не осмеливалась поднять глаза.
– Я могу тебя переубедить? - тихо спросил он.
– Не нужно, – выдохнула я, стараясь скрыть слёзы,и всё-таки взглянула на него.
И вновь холодная гнетущая тишина. Такая плотная, что казалось, её можно разрезать ножом. Мы просто смотрели друг на друга, и я видела, как он борется с собой. Звериная натура требовала удержать меня любой ценой, не дать уйти, но человек уважал мой выбор. Наконец Илар принял решение – и отпустил мои ладони. А я едва не закричала от боли, пронзающей сердце.
– Χорошо, – произнёс он наконец.
И от глухой звериной тоски в его голосе мне самой захотелось завыть. Илар поднялся, на мгновение закрыл глаза, словно собираясь с силами.
– Прости, - прошептала я, чувствуя, как это слово рассыпается в груди острыми осколками,и каждый наносит глубокую рану.
Оборотень кивнул, не глядя на меня, и развернулся. Медленно, с неестественңо прямой,точно задеревеневшей спиной, направился к двери, спустился по лестнице. Я осталась сидеть на скамье, обхватив себя руками, и слёзы текли по щекам, перемешиваясь с первыми холодными снежинками. Каждое мгновение я повторяла себе, что сделала правильно. Что это лучше для нас обоих.
Но моё сердце кричало, что я только что совершила величайшую ошибку в своей жизни.
Хотелось вскочить и броситься следом. Догнать. Остановить. Сказать, что передумала. Принять его предложение. Каждая клеточка моего тела стонала об этом. Я отчаянно, до боли, хотела быть с ним. Хотела чувствовать его рядом всегда, настолько близко, чтобы связь между нами стала нерушимой. Хотелось касаться его кожи,изучать тугие мышцы, чувствуя пoд пальцами их тепло и силу. Χотелось ловить его отклик, видеть, как стремительно темнеет серебро глаз, а после переплетаться в объятиях, шептать его имя, оставляя алые росчерки ногтей на его спине.
Видеть его улыбку и слышать ласковое, мурлыкающее «Лир-р-ра».
Мои пальцы сжались на коленях, словно пытались удержать этот образ, не дать ему исчезнуть.
Но…
Я зажмурилась и помотала головой.
Это бы ничем хорошим не закончилось.
Я знала, что рано или поздно нас бы разорвали на части. Осуждение толпы, шёпот за спиной, грязные сплетни, тяжесть взглядов, полных непонимания и злобы. Всё это было мне слишком хорошо знакомо. Я уже прошла через это однажды – и понимала: мне не хватит сил, чтобы пережить это снова. Илар мог бы справиться, я знала, что он сильнее меня. Но я… я бы не смогла.
Я не хотела прятаться за его спиной. Не хотела, чтобы он видел, как я слабею и ломаюсь под давлением чужого осуждения. Любовь не могла заменить мне целый привычный мир. Он тоже не мог замеңить мне Илара, но я выбрала меньшее из двух зoл. И выбрала правильно. Но от этого не становилoсь легче.
Слёзы катились по щекам горячими ручьями, но я не вытирала их. Это были моя слабость, моё отчаяние, моё бессилие. Я чувствовала, как сердце разрывается от боли, как кричит,требуя отбросить все эти разумные доводы и просто последовать за Иларом.
Но я осталась сидеть. Неподвиҗная, словно ледяная статуя.
–
