Бедолага. А ведь до того единственной его заботой были разве что воришки, которые целились на ящик с пожертвованием.
Внутренний двор впечатлял дырой в три метра диаметром, раскуроченной каменной кладкой и пострадавшим фонтаном. Воду в самом фонтане благоразумно заморозили прибывшие следователи, но и без того площадь оказалась изрядно подтоплена и сейчас хлюпала под подошвой сапог.
А рядом с начальником следственного управления, конечно же, стояла знакомая беловолосая фигурка.
Восклицать: “Я же говорил!” было глупо, поэтому встретившись взглядом с любимыми карими глазами я лишь бегло убедился, что она в порядке и попросил ввести в курс дела. Все эмоции после. Выяснение кто прав и виноват тоже.
Мелисса стояла прямо и ровно, обхватив себя руками, словно озябла и отводила взгляд. Неужели чувствует себя виноватой? Или чего-то боится?..
Что ж, может быть, наконец, она признает, что не стоит себя вести как несносный подросток и воспринимать заботу не как покушение на ее свободу?
Но услышав про нападавших я все же не сдержался.
- Зигмунд?! Тот самый второй ученик Арамора, твоего бывшего наставника?
- Да. Это точно был он, - девушка кивнула и по привычке прикусила пухлую губку, раздумывая. - Хотя я думала, что после побега он вернулся в Шаккару, но оказывается вполне себе спокойно разгуливает по центру Тирона.
- Их уже ищут, - торопливо вставил Рок. - Парочка приметная.
- А что ты вообще забыла в храме Иланны? Не замечал за тобой ярой набожности.
- Понимаешь… Так вышло… У меня была встреча с господином Грантом.
Под моим взглядом она явно почувствовала себя неловко, но я уже заинтересовался еще одним участником событий. Энтони Грант - старый друг и нынешний декан светлого факультета, тоже стушевался, на глазах теряя свой франтоватый вид.
- Как интересно... По какому поводу, Тони, ты назначаешь свидания за пределами Академии моей… секретарше?
Энтони явственно посерел, побледнел, а после пошел красными пятнами и замахал руками, как ветряная мельница.
- Упаси Иланна! Дар, ты же меня знаешь, какие еще свидания?!
- Знаю. И про весь твой послужной список отъявленного ловеласа знаю лучше чем кто. Поэтому предупреждаю: пусть это будет просто госизмена.
Из груди Энтони вырвался неясный хрип, а после он торопливо принялся говорить:
- Послушай, дело в том, что кажется вы интересовались студенческим обществом “СОВ”. Так вышло, что я знаю где и когда они собираются. Раньше я не придавал этому значения, но кажется это зашло слишком далеко… В Академии происходит фоссы знает что и я…
- И ты хотел рассказать об этом не ректору, а его секретарю? - злая насмешка все равно прорвалась в интонации. - Причем как раз в том месте, где так удачно обосновалась шаккарская диверсионная группа?
- Клянусь! Я понятия не имел ни о каких диверсионных группах. Дар, да я же ее и спас вообще-то! Хочешь, проверь меня на кристалле Иланны!
- Проверю. Обязательно, - пообещал я. - А теперь вернемся к студентам.
Глава 20
Мой короткий рассказ Дайрен выслушал молча, без комментариев и ценных замечаний. Он не позволил себе ни единого высказывания или упрека. Ни одна эмоция не пробилась сквозь безупречно-невозмутимую маску на лице Инквизитора. А в его синих глазах был только ледяной холод и… безразличие. Словно ему стало вообще все равно.
И это пугало.
Вызывало желание накрыться с головой универсальным щитом. Уйти, сбежать… или, наоборот, прикоснуться к его руке. Спрятать лицо в его рубашке, почувствовать, как сильные мужские руки ложаться на плечи, обнимают, прижимая к горячей твердой груди, закрывая от всех бед и неприятностей…
Которые я сама ищу на свою голову.
Но я не сделала ни того, ни другого. Скрестила руки и попыталась предельно собраться. Подумаешь, едва не умерла, а храмовый двор превратился в груду каменных ошметков. Бывает.
Но в голове все равно крутилась единственная мысль: я - безответственная дура. А теперь еще и дура, которая осталась без того единственного человека, который впервые за много лет обо мне заботился. Пускай по-своему, тоже по-дурацки, но заботился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К тому же, если подумать, я могла не только умереть сама, но еще могли пострадать и другие люди - прихожане, монахи и даже тот толстяк-охранник у храмовых ворот.
Уже пострадали.
Три невинные девушки, убитые из-за случайного совпадения с моим псевдонимом. Кстати, а ведь Зигмунд отлично осведомлен о том кто я, как выгляжу и где меня искать. Зачем вообще были эти жертвы? Они выглядят совершенно бессмысленными и глупыми.
Но убить хотели явно меня. Почему?.. Ладно Зиг, моему бывшему сокурснику я всегда была как кость поперек горла, но этот странный монах... Кто он вообще?
Резкий вопрос Дайрена вырвал меня из горьких размышлений. Но почти тут же Инквизитор переключился на Энтони Гранта. Вполне себе заслуженно. И с очень даже логичными вопросами.
Вот только ответы были весьма неожиданными.
- Да, это студенческое братство “СОВ”, - подтвердил Тони. - Они собираются каждое воскресенье в одиннадцать вечера в Южной башне над библиотекой.
- То есть, сегодня тоже? - Дар и Рок обменялись быстрыми взглядами.
- Вероятно.
- Хорошо, - кивнул Инквизитор, все так же сверля старого друга ледяным взглядом. - Но спасибо говорить не буду, сам понимаешь.
- Понимаю… - вздохнул декан и попросил. - Но, пожалуйста, они лишь дети, даже если что-то…
- Не волнуйся, тащить в пыточные подвалы студентов никто не собирается. Жду тебя в библиотеке Южной башни сегодня в одиннадцать. По поводу взрыва маркиз Вингардо возьмет у тебя показания.
Инквизитор круто развернулся на каблука сапог и направился к воронке, оставленной взрывом, у которой уже полчаса суетились два эксперта. Но я бросилась следом, поймав его за рукав камзола.
- Дайрен, подожди…
Он остановился, обернулся в полоборота, глядя все так же бесстрастно.
- Послушай, я хотела поговорить… Объяснить.
- Не стоит, Мелисса. Про уровень доверия между нами и так все ясно. Еще что-то?
Каждое слово больно било прямо в сердце.
- Я… я могу тоже прийти к Южной башне сегодня в одиннадцать?
- Как хочешь. Это все?
Как хочешь?.. Какое отвратительное предложение. Хуже него только “делай, что хочешь”. И сразу хочется не то что делать, а скорее бросить в кого-нибудь молоток. Хотя хрен редьки не слаще.
- Да… Все.
- Отлично, - кивнул Дайрен и бросил куда-то за спину. - Инспектор Локвуд, еще раз допросите мисс Леро и внесите ее показания в протокол… Да, с кристаллом Иланны.
Я увидела как взметнулись брови маркиза Вингардо, но спорить с вышестоящим начальством он тоже не стал, лишь кивнул подчиненному подтверждая приказ.
Сам допрос я даже не запомнила. Сухие вопросы и мои такие же сухие короткие ответы на которые кристалл Иланны неизменно вспыхивал белым светом, подтверждая истину. Наконец, следователь объявил:
- На этом все, мисс Леро. Будьте добры, вот здесь подпись, - сухой крючковатый палец указал на строчку в самом низу листа, а через паузу мужчина вдруг усмехнулся - Вы меня, наверняка, даже не помните…
- Простите, мы знакомы? - я вынырнула из своих мыслей, наконец, сосредотачиваясь на собеседнике. Высокий сухопарый мужчина с умными блестящими глазами. На первый взгляд совершенно незнакомый. Хотя… если убрать эти густые, залихватски подкрученные усы…
Лицо обдало жаром смущения и неловкости. Встретить человека, который лично отвечал за твою поимку, когда объявления о розыске “Мелиссы Леро” висели на всех позорных досках Империи, это еще хуже, чем встреча одноклассников спустя двадцать лет. Ну не спрашивать же как жена, дети и здоровьечко.
- О, да… Инспектор Локвуд, мы с вами, кажется, встречались в Крадосе?..
- Именно так. Я вас тоже вспомнил. Правда выглядели вы тогда несколько более… ярко, - выкрутился инспектор, галантно опустив тот момент, что внешность моя в тот момент соответствовала всем трендам самой древней женской профессии.
