Читаем без скачивания Питерская Зона. Запас удачи - Дмитрий Манасыпов

Ну, чего ты там застрял? Сволочь, иди сюда…

Сволочь, рыкнув, шелестнула подошвами. Здесь, в объемной тишине, как будто танк развернулся. Отсветы «аленького» ложились на стену перед поворотом, скрывающим тварь. И мне пока виделась только тень. Тень, почему-то замершая. Тень, уже расправляющаяся из своего обычного ссутуленного состояния. Тень, на глазах наливающаяся дьявольской мощью, подпитывающей каждое создание Зоны. Чего это ты ждешь, а?

Раздва завопила, подпрыгнув на месте и разворачиваясь. Разворачиваясь? Да…

На меня, судя по всему, рухнул потолок. Ничем больше и не объяснишь черноту, вспыхнувшую в глазах и подсвеченную бешено закрутившимися мириадами звезд, сияющих галогеном. Бедная моя тыква…

– Не трогай зверушку… – Ох, и чей это у нас такой противный голос?

Как чей? Бледа, чей же еще. А зверюшку и впрямь, сволочи, не трогайте. А то глотки перегрызу. Как смогу до них добраться.

– Э, Хэт, хорош валяться.

В бок меня пнули безо всякой жалости. Судя по удару – явно Яра. И как же они смогли меня взять врасплох? Вернее, как они смогли взять врасплох Раздва? Ладно, притворяться смысла и впрямь нет. Тем более что драгоценные минуты убегают. Как в такой ситуации спасать Мару, когда нужно думать о себе? Да хрен его знает, товарищ майор, но как-то точно надо. Хотя себя все же куда важнее.

– Здорово, Блед.

– И тебе не хворать.

Мару спасать… ага. Вставать чего-то не хотелось. Совсем. А думать сейчас о том, как вытаскивать валькирию, приставленную ко мне… ой-ей, не шутите. Вот прямо сейчас родилась светлая мысль – а ну ее, Мару-то, к гребаной матери. Ну, честно.

Я сел. Ну, понятно, из оружия ничего не оставили, по весу чувствуется. Здрасьте, товарищи бандиты и садисты. Ага, и вам не хворать. Вот ведь, а чего это у нас ОПГ не в полном сборе? Где, спрашиваю вас, Цыган?

Шер, закинувший винтовку за спину, дразнил Раздва, зажатую в угол. Били мою девочку, чтоб им. Видно, прямо по мордочке кто-то с ноги приложил. Горло перегрызу, суки. Доберусь и перегрызу.

Вано, дерганый и тонкоусый, стоял в дозоре у того самого поворота. Яра, держа свой любимый «Сармат», как легонькую шваброчку, отошел к коридору, прикрывая тыл.

А Блед? Блед, высокий, крепкий, в новом «Ратнике», сидел на кортачках напротив. И крутил в руках мою собственную карту, куда я дублировал наш с Марой маршрут. И поганенько так улыбался, косясь на меня. Гнида альбиносная. Или альбиноская? Тоже мне вопрос по правописанию. Альпиносо-гнида, и все тут.

– Очнулся, значит. Ну, понимаешь, почему ты еще жив?

Издевается, бакланопоцитная стервь.

– Ты уверовал в Бога истинного и сына его, Иисуса милосердного?

Блед улыбнулся еще поганее.

– Нет, не угадал. Или притворился? Ты притворился, Хэт?

– Хорька моего отпустите.

– А оно нам надо? – натурально удивился Блед. – Ты ж эту крысу любишь, и она никого, кроме тебя, не слушается. Какой нам резон ее не трогать? Вот Яра ее пополам порвет, а ты помучаешься. Чем не развлечение?

Сука… Настоящее инфернальное зло, не человек. Как вообще можно себе представить желание порвать пополам Раздва?

– Сука.

– Не трынди. – Блед достал из подсумка упаковку галет. Распаковал и начал жевать одну. – Чего выберешь, Хэт? Помереть сейчас, но мучительно больно, или умереть позже и, возможно, быстро?

– Чего тебе надо?

– Пока не знаю. Надеюсь, подскажешь.

И помахал картой. Умный ублюдок. Понимает, что бродяга просто так не станет маршрут рисовать. Бродяга маршрут в голове держит. А вот когда задание картографическое выполняет, так запросто все на бумагу с пластиком переносит.

– Девочку мою отпусти.

Блед оскалился. Перебитый нос хищно дернулся. Шрам, пересекающий правый рыбий глаз, угрожающе выгнулся.

– Шер, выпусти ее. Выпусти, кому сказал!

Раздва прыснула ко мне одним длинным прыжком. Скоты, бл…дь! Я вам устрою личный Гринпис, как получится.

– Твоя меховая подружка у тебя. – Блед с хрустом дожевал галету. Отпил из фляги. Из моей, сука, фляги. – Теперь говори. Глядишь, скидка тебе будет, и впрямь убью быстро.

Запомните, господа бродяги, этот мир сгубит жадность. А уж Бледа – точно. Мог бы меня давным-давно прибить. Но в голове-то у него циферки знай себе крутятся. Ладно, упырь, расскажу. И рассказал. Как есть. До самой последней тайны. А что? Выход-то у нас с ним один, как ни крути. С улицы Салова уйдет либо его банда, либо я с Марой. Если, конечно, получится ее найти.

– Вот так, Блед. Так что, сам понимаешь, я тебе нужен. Просто так вы мою супругу не найдете, как бы Шер ни изображал из себя следопыта.

– Ну да… – Блед встал. – Тогда пошли, чего лежать?

Ага, щас пойдем.

– Блед?

– Ты еще чего-то хочешь?!

Уже не хочу. Вон он, ответ на мой вопрос, висит у Шера на поясе. «Невидимка», клубок от «перекати-поля», тесно оплетший матово переливающуюся белесым светом сферу «чертова глаза». Редкая штука и полезная для всяких там диверсантов. На пару десятков метров, когда находится сзади человека, блокирует ему все органы чувств. Ищут такие только в Третьем круге, а уж туда Блед с командой еще тот ходок.

Понятно, чего они так спокойно сидят. Здоровяк не тупой. Взял и ушел. Он никогда не попрет на четверку людей, вооруженных по самое не балуй. А уж отличить пулемет от автомата или охотничьей двустволки сможет на раз-два. Думаю, что в голову-то мне прилетело именно от Яры. Как еще, когда шлем не помог? Тут только такой медведь и справится, как Яра.

Ну, ладно. Пойдемте, господа бандиты. Где мой верный, как говорится, АК? Понятно, на самом бесполезном члене группы, на Вано. Чего ж с Цыганом случилось, интересно? Плакать по нему они не станут, не те люди, но все же?

А, да. Мне очень стыдно за мысли о Маре. Минутная слабость, думаю, не больше. Думаете, рассказал про нее из-за собственной шкуры? Верно, чего уж. Но не просчитывать план ее спасения – увольте. Это просто свинство. Так что топаем себе и думаем, да.

«Аленький» мы обходили по стеночке. Шажок, шажок, еще шажочек. Мне было даже удобно. Веса-то почти никакого. Стволы, ножи, вон, все у Вано. Подвижность не помешает. Ладно, магазины и шлем со мной. Только, если правильно понял, удар у Яры оказался куда сильнее, чем планируемые для шлема нагрузки. Вроде, если правильно помню, чего только он выдержать не должен. А поди-ка, один удар прикладом не выдержал. Вся начинка сдохла.

Так что мне оставалось только воспользоваться добротой Бледа и примотать к шлему, как уж вышло, подствольный фонарь. Подонки к этой затее отнеслись с пониманием. Все ж таки вроде и сами бродяги. Так и шли. Раздва, крутой перец Хэт, Шер, Блед с Ярой и Вано. Думаю, Вано шел последним из-за своей самой малой полезности и из-за расстояния между мною и моими драгоценными железяками, навешенными на него. Судьба-злодейка, что еще сказать? Вот и я думаю, что ничего. Будем думать, как выкрутиться.

Запас удачи у меня, думаю, еще не закончился. Так что все хорошо, дела пойдут. Не пойдут, так поедут. А уж не поедут, так дотолкаем. Не привыкать.

Так, «цветочек» мы обошли. Даже жаль, что никто из моих новых друзей-товарищей на него так и не напоролся. Я б посмотрел. О, что это у нас здесь? А здесь у нас топтался здоровяк. Точно вам говорю.

Раздва, обойдя разрытый чудовищной силой цемент пола, подняла хвост и произвела акт позорного унижения. Позади меня заматерились. Ну а что вы хотели? Это ж хорек-радужка. Как может, так и показывает неуважение. Воняет? Да уж явно не хуже, чем ваши носки. А, это вслух сказал? Серьезно? Молчу-молчу. Пока молчу. До поры до времени.

Луч фонаря прыгал в такт шагам. Раз-два, раз-два, что у нас тут? Ой, мамочки мои, сколько интересного. Кирпич, снова кирпич и еще кирпич. Странно, да, если тут стены им выложены… ага. Весь в грибке, потеках плесени, паутине. Раскрошившийся, старый, но пока еще вполне прочный. Умели ж строить в СССР. Сколько лет стоит? Скоро, поди, уже как сто. И держится.

И темнота, темнота. Повсюду один сплошной комок тягучей вязкой тьмы. Полный постоянно кружащейся пыли, снующих туда-сюда насекомых, капели и еле уловимого бега вездесущей питерской воды. Под ногами вместе с бетонно-цементной крошкой хрустят тысячи умерших жуков и тараканов. Еле заметно светится зеленоватая вездесущая плесень. Тянущийся по самому верху и едва уловимый ветерок уж наверняка нес с собой постоянно набегающие волны запахов. Жаль, электроника сдохла. Небось анализатор сейчас бы верещал и захлебывался, определяя количество и состав смертельно опасных для организма веществ. Хорошо, фильтры с собой есть. И герметичность шлема не пострадала.

У Бледа с товарищами глухие шлемы случились только у главаря и Яры. Вано с Шером обходились модными армейскими ПМГ-3. Разве что снайпер, вооружившийся коротким старичком «Бекасом», утянул капюшон с рукавами. Вано к этому отнесся не в пример хуже. Ну и зря. Под землей всяко хватит опасного дерьма. Лишь бы тумана не случилось. Тут от него не убежишь.