Я не померла, нет? А вы?
— Нет, — ответил, жарко прикасаясь губами к снежным волосам, хранящим ароматы крови, гари и дыма — Не померла. Но вполне можешь, если ещё раз мне "выкнешь". Сто раз тебе было сказано…
— Ты, Дейрил, ты, — шелестнула ответным шепотом — Ты. Голова кружится. Тело как не моё. И… спать хочется. Тошнит, как тогда, на казни.
"Снова переела, — осторожно погладив жену по спине, покачал головой Каратель — Хорошо, конечно! Быстрее оживет, но… Зачем ей столько? Прямо ведь из Источника пьет! Чистейшую Силу. Амелла… Твою мать, нейра Дангорт! КТО ТЫ ТАКАЯ?!"
…Приказав себе отбросить все мысли, аккуратно, но крепко прижал к себе жену.
Всё это очень интересно, но — потом. Всё позже. Пока же вперед выходили другие задачи.
Прежде всего, надо было выспаться. Обоим.
Довершить начатое Источник сможет скорее только, если пьющие из него забудутся сном. Ведь так, если верить записям, которые всегда считались сказками.
После — найти девчонке какую нибудь еду, поскольку проснувшись, маленькая обжора захочет чего нибудь плотского. Кстати, рыба из озера рядом вполне подойдет!
И последнее… нет, предпоследнее.
Нейра Дангорт уже спит, не понимая того, что близость её пропитанного Потенциалом и светом тела, по пробуждению сподвигнет мужа на другую близость… Напитавшись и окрепнув, Зверь не сможет долго терпеть рядом Пару — голенькую, розовенькую и беззащитную.
Нейер поворочался и скабрезно гыгыкнул, представив как супруга начнет краснеть, закатывать глаза, лживо стыдиться, хихикать и всё же тянуться к нему, поскольку по пробуждению захочет того же самого даже и больше, чем еды или питья.
И для этого, и для всего остального у них будет время.
И его будет предостаточно, потому что о том, как теперь выбираться из Параллели без помощи погибшего проводника — поверенного, нейер Дангорт просто напросто…
…не имел никакого понятия.
Глава 29
Разбудил Амеллу чудный аромат жареной рыбы.
Даже и не разбудил, а привел в чувство. Даже… нет, не так.
Поплавав некоторое время в теплом, уютном пузыре из нитей Потенциала, сотканном для неё заботливым Источником и набравшись сил, Амелла переместилась в сон.
Измученное навалившимися на него невзгодами, трудностями, усталостью и ранением тело, пройдя все стадии чудесного исцеления, потребовало отдыха, который и был ему сразу же предоставлен.
Самого сна девушка не помнила, и — что интересно, прошедшие события также припоминались плохо. Но, не потеряв из памяти основное, Хозяйка поместья не переживала о том, что прочие тонкие ниточки не удастся смотать в клубок.
— Потом… всё, — пробурчала Амелла, отвечая кому — то в ускользающем сне и, немного поворочавшись на каменных плитах, казавшихся ей мягче теткиных перин, распахнула глаза.
В лицо ей уставилось низкое, дымное небо. Аромат "жарехи" стал ближе и желаннее, во рту тут же забулькала слюна.
— Есть хочу! — хрипнула страдалица — И пить. Просто жутко хочу пить.
Сразу же поняв, что говорит с пустотой, нейра Дангорт оперлась на локти. Чуть приподнявшись, огляделась вокруг.
На камнях она была одна.
От плит шел легкий гул, напоминающий пение, недалеко дымился аккуратный костерчик, из которого торчало несколько палок с нанизанными на них кусками какой — то рыбы. От этого сооружения и шел дразнящий, жирный аромат.
О да! Уж кто, кто, а Амелла знала точно, насколько… нет, НАСКОЛЬКО вкусна бывает рыбка, зажаренная таким образом! Одним из увлечений деревенских детей, да иногда и взрослых тоже, была рыбалка и "жареха" — прямо у реки, в песке и камнях, под нетерпеливое "давай — давай!" мастрячились подобные костерки. Улов поедался тут же, редко когда удавалось доставить рыбку домой…
Но тогда — это понятно… Из деревенских мало кто не умел ловить рыбу и ладить костерки. Но сейчас… Кто всё это приготовил?!
Нейер Дангорт? Пф! Каратель только и может, что орать кликушей, махать кулаками (и крыльями, как выяснилось совсем недавно), снобничать, изображая из себя знатного, да рвать головы бунтовщикам. Светлый нейер, поди, до сих пор думает, что лепешки и булки растут на деревьях, а грибы и ягоды приходят из леса сами, прыгают в кузовки, да и отправляются на базар!
Но, если не её супруг так расстарался, то кто?
И не значит ли это, что здесь, на плитах возле Источника они не одни? Значит, ещё как значит! Скорее всего, здесь есть кто — то ещё, а она, Амелла… ГОЛАЯ!
— Мамоньки! — прохрипела девушка нудящим горлом — Ой!
Так быстро, насколько смогла, поднялась с плит и, упершись коленями в теплые камни, прикрылась руками и волосами.
— Чего орешь? — спросил Каратель, неожиданно показавшись из за острой каменной "пики" — Иди поешь, Мелли. Хотя подожди. Сейчас помогу тебе. Не ходи пока сама.
Всё ещё упираясь в камни, Амелла исподлобья посмотрела на мужа.
Вот же она дура, а…
Всё таки права была тетка, частенько называя племянницу "легонький умок"!
"Умишко у тебя, Амелли, цепкий, но легкий. Вроде и видишь хорошо, да не дальше куриного носа. Хотя, оно может и к лучшему? На кой карацит бабе большой — то ум? Одна забота, ровно от лишней тяглости…*"
Дура и есть…
Ведь он же красивый, Дангорт! Рослый, крепкий, весь словно выбитый из темного камня, на котором сейчас стоит… В этом дыму, в этом волглом воздухе, в плотном тумане — яркий, как ночной костер!
Эти мышцы, тяжело бугрящиеся под плотной, бронзовой кожей. Лицо, облепленное мокрыми и от этого вовсе темными волосами, крепкая, широкая грудь… Впалый живот, железный наощупь, лепные бедра… Шрамы россыпью, ровно чудесные летние "сетки" полусвета, полутени. Так, ведь точно так бывает, если в летний, жаркий день глянуть в предгрозовое небо сквозь дряхлую, выношенную тряпицу — то же ветренное волнение, те же сполохи…
Как? Отчего она не видела этого раньше?! Куда смотрела?
Его ребенок будет таким же! Таким же ярким, блистающим осенним светом и старой бронзой. Таким же… драгоценным. Таким же — сильным. Таким же прекрасным. И она дура, что когда — то собиралась убить его. Или не любить. Как можно не любить настолько совершенное существо?!
В том, что их с Дангортом сын или дочь будут совершенными, нейра Озарение теперь и не сомневалась. По другому просто быть не могло!
— Вы… ты купался где — то, Дейрил? — прошелестела, краснея и отводя глаза, наполнившиеся уже щипучими, ровно щелочь, слезами — Тут где — то река?
— Озеро, — кивнул Каратель — Вода теплая от плит. Хочешь искупаться? Знаешь, давай. Так будет даже лучше, наверное. Я имею ввиду, если тебя сейчас накормить, так
